Ювелир. Тень Серафима - Наталья Корнева

Скрепя сердце, ювелир подчинился, Эрик, собрав осколки фамильного меча, понуро замыкал шествие. Опустевшие ножны били его по бедру.

Уже спустя каких-то пару минут лорд остановился у ничем не примечательной стены, которая беззвучно отъехала под его пальцами в сторону, и исчез в образовавшемся проеме.

- Тебе оказана высокая честь, Серафим, - насмешливый голос лорда донесся откуда-то из глубины просторной ниши, - ты будешь моим колесничим.

Безмерно удивленный, ювелир шагнул вслед за ним и замер.

Ну конечно, лорд Эдвард не собирался путешествовать пешком! Но откуда...

- Ты должен знать, как управляться с этими тварями, мой маленький сильф, - голос лорда бестактно вклинился в его мысли. - Кажется, только представителям твоего народа подчиняются они без применения силы? И это очень кстати, ведь я сейчас неспособен применить силу, которая сможет их обуздать.

Но ювелир не слушал. До глубины души он был потрясен открывшимся ему невиданным зрелищем. И поразила его не сама колесница, которая была, по всей вероятности, специально создана для поездок по Пустошам, - туда, куда лорд, не зная точных координат или по каким-то другим причинам, не мог телепортироваться. Не алмазные ободы огромных колес, к коим крепились длинные зачарованные лезвия, под корень срезающие всякую растительность, которая потенциально могла причинить вред.

Нет, внимание его привлекли удивительные творения, о которых ювелир только слышал и пару раз - в детстве, мельком - видел издалека. Это были кельпи - полупрозрачные, сотканные из ветра... даже не из ветра, а из более тонкого, первичного состояния воздуха - эфира. Как и все создания Виросы, они были опасны и недолюбливали людей, да и вообще живых. Отдаленно похожие на лошадей, они могли иметь самые разные расцветки, а головы всегда венчал узкий острый рог. Так же, как и сильфам, им не требовалась вода или пища, но они безмерно любили солнце и луговые цветы, - так же, как ночь и глубокие лесные озера. Если коротко, кельпи любили свободу, и Себастьяну не приходилось слышать о том, что их можно поймать, а тем более содержать в неволе.

Оказалось, можно.

Прекрасные грациозные создания были пойманы, заперты в магической клети! Сердце сильфа пронзила острая жалость. Он шагнул к прутьям и протянул руку к большеглазым пугливым мордам. Кельпи шарахнулись было в сторону, но уже в следующий миг доверчиво потянулись к нему, и пальцы сильфа запутались в длинных серебристых гривах, мягких, как весенняя трава. Глаза лошадок блестели, как роса, и казались полны слёз, длинные ресницы трогательно подрагивали. Сильф ласково гладил их прохладные, почти бесплотные тела и знал, что это обман. Кельпи завораживали людей - своей неувядающей красотой, гибкостью и силой. Но это были бездушные твари, которые не привязывались ни к кому. Они любили заманивать своих жертв в болота, непролазные чащи или просто сбрасывать, резко останавливаясь на галопе, совсем не касаясь земли. Только сильфы могли устоять перед этим страшным очарованием. Сильфам не нужны были даже кельпи.

- Похоже, вы нашли общий язык, - поторопил его заклинатель. - Выводи их по одному и запрягай, скорее. Успеешь еще насмотреться.

Ювелир обернулся на голос. Льдистые глаза лорда снова смеялись. Кажется, его настроение улучшилось. Ну, по крайней мере, до этой минуты, когда объявился новый сюрприз.

- Сдается мне, сегодня не ваш день, милорд, - ехидно раздалось откуда-то из мрака. И это вместо привычного "Осанна"! - Если не ошибаюсь, именно такие дни принято указывать на могильных плитах, не так ли?

- Брось, Рэйв, - махнул рукой маг. - Не поверю, что великий Литарх опустится до того, чтобы посылать своих лакеев убить простого смертного. Иначе это и вовсе последний день, не только для меня, но и для мира.

- Вы правы, - вынужден был признать оборотень. - Хоть вы и не простой смертный, и ваше существование изрядно уязвляет самолюбие Литарха и, напротив, услаждает непомерно раздутое самолюбие высшего.

- Не я причина их раздора, - отрезал заклинатель. - Так значит, вы двое открыли Кристоферу правду?.. Вот почему он поступил со мной так.

- Ошибаетесь, - покачал головой сателлит. - Хотя и мыслите в верном направлении. Когда представилась возможность, приближенный ваш задал великому другой вопрос. Впрочем, если это как-то утешит, он также касался вашей персоны... будто вокруг нее вращается мир!.. Нет, Кристофер не знает правды, хотя, мне кажется, чувствует её.

- Правды? - чуть слышно подал голос гончар, нутром ощущая какую-то новую тайну и уповая, чтобы она не оказалась еще страшнее той, что сломала ему жизнь. Тайны почти всегда бывают отвратительны и смертоносны. Нет, он решительно не желал больше слышать никаких тайн и сам не знал, зачем задал злосчастный вопрос.

Ворон смерил его уничижительным взглядом, который мог бы, кажется, прожечь насквозь.

- Лично я рассчитывал на тебя, Эрик, - презрительно фыркнул спутник, - хоть великий и заверил меня, что у тебя кишка тонка. Должно быть, ты надеялся вызвать лорда на бой и умереть, наконец прекратив свою бессмысленную жизнь, но просчитался. Твой лорд слишком жесток, чтобы убивать.

- Хватит, Рэйв, - оборвал правитель, поморщившись. - Говори, зачем пришел, и проваливай. Мы самую малость торопимся, знаешь ли.

Гримаса его не ускользнула от внимательных глаз оборотня.

- Опасаетесь, что я раскрою ваш маленький секрет? - в голос расхохотался он. - Не стоит бояться - хуже уже не будет. Возможно, вы еще не осознали, не смирились, но всё кончено. Вы потеряли свой драгоценный город. Отныне и вовеки им будет править законный хозяин. Как и должно. Как и предсказывал великий Литарх. Всё возвратилось на круги своя.

- Не возвратилось бы, если бы этому полоумному клоуну не взбрело в голову вмешаться! - сквозь зубы процедил заклинатель, глядя ворону прямо в лицо.

Если бы Рэйв не был так бледен, он наверняка бы эффектно побелел от ярости. А так он просто слегка позеленел и сделался похожим на мертвеца, пошедшего трупными пятнами. Впрочем, это также было весьма зрелищно, особенно если принять в расчет тот факт, что для стороннего наблюдателя ворон вдруг просто исчез и в ту же секунду появился рядом со своим обидчиком.

И если раньше он мог еще ввести в заблуждение своим внешним видом, то сейчас даже у самых наивных не осталось бы сомнений: это не человек. Это страшное, чуждое и очень древнее существо, мотивы и цели которого всегда останутся неясны. Дитя прежнего мира, живущее по совсем другим законам, по совсем другим векторам и параллелям, которым никогда не пересечься.

Никогда, ни в каких системах координат.

Лорд Эдвард не двинулся с места. Перемещения воронов всегда сложно предугадать. И он всё равно не успел бы избегнуть контакта с внезапно удлинившимися черными когтями оборотня, не уступавшими в прочности и остроте стали. Когтями, которые любовно тянулись к его открытому горлу.