Восход Акроникса (СИ) - Максим Сорокин

— Нет!!! Он мой!

Викар не просто проснулся. Его подкинуло над землёй так, что он оказался на ногах и даже ещё не понимая что происходит, и где находится, тут же схватившись за оружие. Тьма перед глазами продолжала порождать кошмарные образы, в его ещё не отошедшим от произошедшего разуме и он принялся нещадно тереть глаза, будто это могло как-то помочь видеть в темноте.

— Успокойся, это был сон, плохой сон, — мягкая ладошка легла на его руку, держащую метательный кинжал — а здесь всего лишь, я.

Кто такая эта «Я», Викар понятия не имел и исходя холодным потом, продолжал дико озираться, постепенно привыкая к царившему вокруг мраку.

— Ну же, тише, кошмары бывает мучают каждого из нас, но мы просыпаемся и от их лжи остается лишь зыбкий туман.

Беда в том, что Викар знал, произошедшее вовсе не было кошмаром. Над храмом простер свою длань бог и Агонис был не в силах совладать с ней, но в мире снов, этот барьер был зыбок, и гораздо менее надежен. Оставаться здесь, значило либо не спать, либо рано или поздно вновь попасть в расставленную ловушку. Парень уже начал жалеть о той секунде, когда решил сыграть с краснолицым рабом демонов в эту игру, понадеявшись, что темный голем сумеет убить его по дороге.

Все это пронеслось у него в голове за секунду, а тонкие пальцы второй руки незнакомки уже скользнули ему под плащ, коснувшись шеи. Девушка приблизилась, прижавшись к нему всем телом и его обдало потрясающим ароматом Моря Цветов Вардемы. Все мысли в туже секунду испарились. Он лишь продолжал вглядываться в темноту, надеясь разглядеть черты лица своей спасительницы, разбудившей его. Наконец удалось разглядеть, укрытые пушистым мехом капюшона, медные водопады длинных, вьющихся волос, прекрасную чистую кожу и идеально правильные черты лица, без единого изъяна. К великому сожалению, это была не Беатриса, но его все равно тянуло к этой девушке с такой непреодолимой силой, что сопротивляться не было никакой возможности, да и не хотелось. Он подался вперед, едва найдя в себе силы, чтобы сделать вдох. Пленительный аромат её тела тут же наполнил его легкие, погрузив и без того отказывающее сознание, в сладостный туман желаний.

— Кто ты? — из последних сил прошептал молодой человек. Его сила воли утекала, словно вода сквозь пальцы, когда он до хруста сжал кулаки, чтобы тут же не заключить девушку в объятия. Мимолетно он вспомнил зверя, но ему было уже плевать. Это не могла быть никто иная, кроме его Беаты, ведь она принесла с собой частицу светлого мира. — Зачем я нужен тебе, что ты от меня хочешь?

— Я та, кто мечтала о тебе с момента нашего расставания.

В этот момент их губы встретились и мир вокруг Викара перестал существовать. Остался лишь он, она и жар тел, слившихся этой ночью, под сенью магического кристалла, посреди десятков мирно спящих людей. Волны огня накатывали на них, испепеляя все вопросы и тревоги. А сладкая боль от впившихся в его плечо зубок, да тихие, едва сдерживаемые стоны, напоминали что он все ещё жив, но уже очень близок, чтобы попасть на небеса от счастья и наслаждения. Они не могли оторваться друг от друга до самого утра, упиваясь не гаснущей страстью. Лишь к первым лучам, силы окончательно покинули их и мокрые, но счастливые любовники, наконец угомонились, не выпуская друг друга из объятий. Девушка положив головку Вику на грудь, мирно заснула, однако тот такой роскоши себе позволить не мог, хотя и был выжат за эти несколько часов до нитки.

Опасность смерти во сне быстро привела его в чувство и потому он лежал лишь прикрыв глаза, пытаясь сообразить что же теперь делать дальше, при этом испытывая странное чувство, чем-то напоминающее стыд. Незнакомка была действительно прекрасна, но она не была Беатой и когда его тело насытилось, неведомой до того момента любовью плоти, оно предоставило разуму отдуваться перед совестью. А тот в свою очередь, не мог найти ни единого оправдания, случившемуся этой ночью. Парень чувствовал, будто совершил предательство и никак не мог взять в толк, как такое могло произойти. И ведь самое поганое было в том, что Зверь ко всему случившемуся не имел никакого отношения.

Погруженный в невеселые мыли о произошедшем, Вик не сразу заметил, как вроде бы уснувшая девушка, аккуратно выскользнула из его рук. Подарив на прощание легкий, слово дуновение летнего ветра, поцелуй, успокоивший терзающую его совесть, она порхнула в сторону выхода. Видимо та думала, что он испит, а потому решила уйти не попрощавшись. Второй раз что-то кольнуло внутри, намекая что сейчас он совершает очередную мелкую подлость, сначала предав Беату, а теперь, надеясь что ночная гостья, спасшая его от Агониса, после разделившая с ним ложе, исчезнет из его жизни так же внезапно, как и появилась. Будто бы её никогда и не было, будто все произошедшее, лишь часть того страшного кошмара. Но обмануть самого себя не получалось.

Викариан нехотя приоткрыл глаза, провожая взглядом босоногую, стройную фигурку, поплотнее запахивающую плащ. У самого выхода, укрытое медью рыжих волос лицо обернулось в его сторону и на секунду парню показалось, что на месте, где вчера были алые лепестки бархатных губ, образовалась широкая пасть, наполненная острыми клыками в палец величиной. Будто бы щек не было и рот скалится в зловещей ухмылке мертвеца. Сонливость слетела, будто её и не бывало, а незнакомка рванулась наружу.

— Да какого ж черта! — почти застонал Викар, уже не понимая, явь это или он всё-таки уснул, и опять попал в тенета кошмаров, расставленных приспешником демонов. Он бросился наружу, перепрыгивая через продолжавших спать людей, в чем мать родила и с ходу вылетел на утренний мороз. После тепла общего шатра, ледяной холод оглушающим молотом ударил в грудь молодого человека, напрочь выбив воздух из его легких. Рыжеволосая была уже далеко, зато у самого порога оказался Рах, державший в руках пустой котелок, с удивлением глядящий на обнажённого Вика.

— Я так понимаю, тебя можно поздравить? — немного сонно, но весело спросил он. — И по уже заведённой тобой традиции влипания в неприятности, из всех женщин нашего лагеря, ты умудрился выбрать гетианта.

— Кого? — дрожа всем телом спросил Вик.

— Наемную убийцу, видимо и прибывшей за твоей головой сюда.

— Но тут нельзя убивать, да и я ещё вроде жив. — резонно заметил парень, однако Раха это нисколько не смутило:

— Ты жив ровно до того момента, пока она в пределах храма, то есть находится во власти Бога Вечной Переправы, но стоит ей покинуть этот холм и тебя уже ничто не спасет. Рекомендую поймать эту девку раньше, чем она скроется за барьером. Быстрее! — последнее анархомаг выкрикнул, толкая обнажённого парня вслед уносящейся фигуре в пушистом меховом плаще.