"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ) - Петров Олег Георгиевич

- У нас есть одна привязка, - напомнил Дорман. – Космический бюджет. Русские увеличили расходы на этот год, но основные деньги должны пойти года через полтора. Помнишь, мы это обсуждали? Это и есть граница полезного эффекта. Если у них появится что-то новое, непонятное, вне логики технического прогресса, то можно попытаться связать это с просчитанными сюжетами.

- Но пока никаких изменений нет, - нахмурился Ник.

- Они готовятся летать много и далеко, - заявил Дорман. – И под это создают инфраструктуру, причем не наземную, а космическую. Сильно расширили околоземную и окололунную сеть ретрансляторов. У них был всего один атомный буксир, но за этот год они ввели в строй второй, причем в лунном варианте, с посадочными движками и с «ногами».

- У них пока нет корабля для людей, - кивнул посол. – Чтобы на Луну соваться. У нас, кстати, тоже нет, мы больше заримся на Марс, по традиции.

- Поэтому они готовят три больших лунохода, - подтвердил Дорман. – И этот самый атомный «мул» их будет доставлять на место. Причем, со сбором образцов и возвратом их на Землю. Очень похоже на детальную разведку перед более серьезными шагами, особенно если учесть, что третья посадка должна произойти на южном полюсе. Там, где в тени кратеров есть водяной лед.

- Но все в рамках логики, - согласился Ник. – По технологиям нет ничего нового. И даже тот проект крылатого корабля, что ты мне показывал, не настолько революционный.

- Проект «Спираль»! – воскликнул Дорман. – Маленький симпатичный «шаттл» на четырех человек, двадцать тонн сухой массы. Та картинка, что у них нарисована… Ты ее видел? Я говорил с экспертами, у них такое ощущение, что этот аппарат и вправду умеет летать, уж больно он красив! И знаешь еще что? Такая тема есть в сценариях!

- Ничего удивительного, - почесал в затылке Ник. – В сценариях есть почти все, что можно придумать.

- Возможно, - кивнул Дорман. – Но и «Спираль», и новый корабль для дальнего космоса они не собираются строить прямо сейчас.

- Через полтора года? – усмехнулся Ник.

- Через полтора года, - кивнул в ответ адмирал. – Должно закончиться эскизное проектирование. Как раз тогда, когда пойдут денежки на освоение производства.

Несмотря на то, что ничего особо нового не прозвучало, Ник крепко задумался. Что бы ни произошло через полтора года, но готовиться нужно уже сейчас. Если предстоит новая космическая гонка, то потерянные полтора года могут стать критичными.

- Как, думаешь, - спросил он. – Будет новая гонка, Джин?

Дорман не стал раздумывать ни минуты.

- Мы должны исходить из того, что обязательно будет, - убежденно высказал он. – И я тебе даже больше скажу! Нужно исходить из того, что мы в этой гонке будем почти безнадежно отставать.

- Ну-ка, объясни, - попросил посол. – Насколько я помню, мы и в первой гонке нехило отставали, но на Луне оказались первыми.

- Никакого сравнения не может быть! - отрезал Дорман. – В «тот раз» мы даже не знали, что гонка началась, пока Советы не запустили Спутник! Фон Браун со своей командой существовал на птичьих правах, а все работы по спутникам были отданы флоту. Потенциальный престиж и деньги, сам понимаешь. Финансирования, можно сказать, не было вообще. И в этих Условиях Советы нас обошли, потому что за несколько лет создали огромную ракетную промышленность. И учти, что у них не было никаких инопланетных технологий.

- Уж это точно, - буркнул посол.

- А сейчас у нас есть промышленность, - продолжил Дорман. – И делать ракеты мы умеем. У русских все тоже неплохо сохранилось. И теперь представь, что у них в руках оказываются новые технологии.

- Какие? – с интересом спросил Ник. – Ты сам можешь вообразить что-то, что изменит баланс?

- Да что угодно, - развел руками адмирал. – Хоть управление гравитацией. Это называется, лети куда хочешь. Но давай возьмем что-нибудь попроще. Компактный сверхмощный источник энергии. Помнишь «чистые» взрывы, которые мы наблюдали? А что, если та же технология может давать не тупой взрыв, а управляемый поток энергии? И никакой радиации!

- Это не только космоса касается, - проворчал Ник.

- Разумеется, - кивнул Дорман. – Но на массовые изделия это пока не распространится, они слишком легко могут попасть в чужие руки, и тогда плакала вся секретность. А вот на ракетах, а особенно в дальнем космосе…

- Конкретнее, – слегка надавил на друга Ник.

Дорман подошел к консоли и быстро вывел на экран проектора картинку «Спирали», какой она была показана на презентации.

- Чтобы эта штука оказалась в космосе, - начал разъяснять адмирал. – Ее нужно поставить на ракету, сверху или сбоку, без разницы. Ракета нужна тяжелая, минимум 20-тонного класса, поэтому такой запуск обойдется в копеечку. И это только для того, чтобы доставить на орбиту четверых человек и не больше пяти тонн груза.

- Так всегда и было, - кивнул Ник.

- А теперь представь, - усмехнулся Дорман. – Что вот такая крылатая «птичка» взлетает сама с аэродрома, набирает высоту и без всякой ракеты выходит на орбиту. Через шесть часов стыкуется со станцией, два-три дня на погрузку-разгрузку, потом расстыковка и через пару часов эта штука садится на тот же аэродром. Причем не просто садится, опасно планируя, как утюг, и не имея возможности уйти на второй круг. Машина имеет тягу двигателей и имеет пространство для маневра. Ну, и насколько это удешевит только снабжение станции?

- А ты мне скажи, насколько, - заинтересованно попросил Ник.

- При экипаже станции в три человека, как сейчас у русских, они запускают два-три корабля с экипажами в год и четыре-пять грузовиков. Вот и можно вычесть стоимость всех этих ракет. Это очень простой пример, который иллюстрирует простой факт. Все сто с лишним лет космической эры нас отделяет от реального освоения космоса только стоимость килограмма на орбите.

- Которая за это время почти не изменилась, - понимающе кивнул Ник.

- Именно! – воскликнул адмирал несколько более эмоционально, чем хотел. - Полный застой в технологиях космических полетов и нежелание двигаться дальше. У нас пытались до войны устроить конкуренцию между частными компаниями, но беда в том, что космическая техника слишком сложна, и не только в разработке, но и в эксплуатации, и цена ошибки непомерно выше. Самолет с половиной отказавших двигателей может вернуться на свой аэродром и сесть, а с ракетой такой фокус не пройдет. Все рассчитано до секунды, до метра и до килограмма, и любой серьезный сбой означает провал всей миссии с весьма вероятной потерей полезного груза. Дешевой такая техника быть не может.

- Но конкуренция все же полезна, - резонно отметил Ник. – До какой-то степени.

- Вот именно, - согласился адмирал. – Сколько было споров о «невидимий руке рынка», которая за счет частной конкуренции якобы способна создать дешевые средства доступа в космос. Конкуренция, безусловно, способна несколько удешевить услуги, сократить расходы, которые может позволить себе монополист, сидящий на государственном финансировании. Но разница в цене получится не на порядок, само собой.

- Как всегда, - вздохнул посол. - Из трех пунктов «дешево», «быстро», «надежно» можно выбрать только два.

- Именно поэтому, - согласился адмирал. – Космические полеты это дорого, опасно и всегда на грани фола. А в условиях гонки тем более. Но мы должны уже сейчас начать подготовку.

- Все, что ты сейчас сказал, - задумчиво проговорил посол. – Есть в разных частях множества документов, которые мне попадались. Отчеты комиссий, рекомендации рабочих групп и так далее. Но пока не существует цельной картины, с которой можно идти и выкручивать руки начальству. Там сейчас совсем другие требования. Они хотят получить все эти технологии в собственные руки, и я их за это не виню. И никто не захочет вступать в гонку, имея заведомо проигрышную позицию.

- Русские не выпустят эти технологии из рук, - уверенно проворчал Дорман. – У них после войны госбезопасность на пике могущества, секретность будет адская. Рано или поздно у них что-то утечет, но вряд ли это случится раньше, чем через несколько лет, а мы за это время так отстанем, что толку не будет.