"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ) - Петров Олег Георгиевич

- Ты считаешь, нам надо разделиться? - Альбина совсем неуловимо нахмурилась.

- Нам придется гоняться минимум за двумя зайцами, - объяснил Иван. – Это научная работа по порталу и поиск доверенных людей из твоего списка. Лучше делать это параллельно. А поскольку научная часть всегда на мне, то…

- Логично, - кивнула она, не желая отпускать его руку, - А где мы будем жить на время обучения?

Хоть что-то хорошее выйдет из этого кризиса, подумал Иван, не скрывая улыбки. Они смогут снова быть рядом, хотя бы ненадолго. Пусть пока не вместе, в романтическом смысле слова, но рядом. А все остальное, о чем они оба давно мечтают, но вслух не говорят, будет уже после. Если будет. Для этого сначала нужно победить и выжить.

- У меня есть несколько подходящих убежищ, – жизнерадостно заверил он, осторожно прижав Альбину к себе. – Условия спартанские, но мы с тобой, чай, не баре?

- Все предусмотрел, - в шутку проворчала она, обняв его и улыбнувшись в ответ. – С чего начнем?

Его улыбка пропала довольно резко, и сам он нахмурился, приняв какое-то решение.

- Знаешь, - начал он. – Я хотел отложить это на потом, но сейчас я вижу, что зря. Тем более, мы Варвару вспомнили. Пока все свежо в памяти…

Альбина кивнула, хоть даже не догадывалась, о чем пойдет речь. Она уже привыкла ему доверять.

- У меня есть послание от Варвары, - мрачно сказал Иван. – Она отправила его перед подрывом базы вместе с предупреждением. Там должно быть что-то важное, но послание зашифровано, и я пока не сумел подобрать ключ.

Альбина кивнула, вспомнив тот момент, когда они едва не взорвались сами.

- Я уверен, - продолжил Иван. – Что Варвара сама подорвала базу, когда увидела, что мы ушли достаточно далеко, за линию безопасности. И наверняка это послание зашифровано так, что подобрать ключ сможем только мы. Или только ты.

Альбина снова кивнула, хотя ей вспомнился один важный момент. Их было четверо, когда Варвара, как утверждает Иван, взорвала базу. Джины Лаваль, увы, больше нет. Лина теперь прячется неизвестно где. Что, если послание направлено именно Лине и предназначено только ей? Тогда все попытки его расшифровать будут тщетными.

- Что я должна сделать? – спросила Альбина, даже не стараясь заранее угадать, что придумал Иван.

Он выдержал небольшую паузу, собираясь с мыслями. Возможно, ему предстоит познать какие-то откровения, а возможно, в этих крупицах информации не будет ничего нового. Но чем больше этих крупиц, тем больше шансов на успех. Чуть отстранившись, он доверительно посмотрел ей в глаза и медленно произнес:

- Я хочу, чтобы ты вспомнила все, что знаешь про Варвару Нартову, чего не может знать никто другой.

Околоземная орбита, 1980 год

Жарко! Рука сама тянется к регулятору «холодильника», постепенно подкручивая его все сильнее и сильнее. Вскоре он дойдет до упора, и что тогда делать? Уже сейчас истрачена треть охлаждающей воды, а до тени еще почти десять минут. К счастью, есть запасные баллоны, которые можно подключить при необходимости.

Жарко! Такое ощущение, что солнце сегодня жарит сильнее обычного, но на высоте почти в пятьсот километров все дни и ночи одинаковы, а личные ощущения есть самообман. Тяжел труд монтажника, хотя в тени будет легче, а работа уже близится к завершению. Еще пара витков…

- Валя, сделай перерыв, - донесся голос сменного руководителя полетов. – Медицина настаивает.

Валентин Лебедев мысленно обругал себя. Нельзя так зацикливаться на дискомфорте, даже врачи заметили, как он напряжен. Напрягаться при такой работе должны только мышцы, а мысли должны быть спокойными и четкими. Как учили. И ведь не первый полет и не первая сборка в космосе, но он все равно волнуется, как новичок. С другой стороны, небольшая пауза сейчас не помешает. Можно еще раз продумать самые важные моменты этого выхода, чтобы потом не забыть записать в дневник. С дневником вышла забавная вещь, ведь поначалу он и не собирался этим заниматься. Не испытывал в предыдущих полетах такой тяги к ведению собственной «хроники». Разумеется, те полеты были короче, программа более сжатая, максимум две-три недели, и обратно. Некогда размышлять и записывать свои мысли, уж лучше поспать лишние полчаса.

А в этот раз все иначе. Длительная экспедиция, относительный комфорт, чуть больше времени и чуть меньше импровизаций. Хотя зря он так уверился в том, что все под контролем, как бы не накаркать!

Пристегнутый двумя фалами, он висит на самом торце огромной трехгранной фермы, в сердцевине которой находится небольшой переходной отсек-лаз. С обратной стороны к этой ферме пристыкован тридцатитонный жилой модуль со шлюзом. По сути, это «зародыш» орбитальной станции, где сейчас живут монтажники и откуда совершают свои вылазки за борт. А на «лицевой» стороне фермы имеется три параллельных стыковочных узла, к которым и предстоит присоединить огромные стотонные жилые модули. Когда они встанут на место, их зафиксируют с торца точно такой же фермой, и сборка жилой части комплекса будет завершена.

Пришлось принимать рискованные конструкторские решения, но иначе нельзя. Традиционное, радиальное крепление модулей может не выдержать поперечных нагрузок, когда заработают мощные атомные буксиры, выталкивая весь комплекс с околоземной орбиты. Может быть, именно это «железо» так и останется в ближнем космосе, если испытания выявят какой-то серьезный просчет, но не хочется терять еще пару лет на исправление детских болезней комплекса. В любом случае это пока не межпланетный корабль, а лишь его жилая часть, которой на будущий год суждено стать экспериментальной орбитальной станцией. Большому экипажу придется осваивать этот орбитальный дом и привыкать к нему, а многие участники этого эксперимента, почти все, войдут в будущий межпланетный экипаж.

Сборка еще только начата, а уже очень хочется представить, как все это будет выглядеть перед стартом в глубокий космос. Особенно, если сам приложил руку к этому делу. С обратной стороны от фермы, там, где сейчас их временное жилище, должен быть «мозг» корабля, большой модуль управления и резервная энергетическая платформа, где будет центральный пост, системы связи и обсерватория. А в трех гигантских цилиндрах жилых модулей будут припасы, оранжереи, кислородные станции и системы переработки отходов. И все резервировано с большим запасом, на всякий случай. Там, за второй соединительной фермой будет причал для буксиров и десантные модули, но это дело будущего.

Для начала требуется наладить жилую часть комплекса. Первый жилой модуль уже доставлен и ждет своего часа примерно в километре позади станции, крепко удерживаемый за стыковочную цапфу телеуправляемым «Паромом», который почти не виден за огромным цилиндрическим корпусом. Валентин вгляделся, и на фоне черного космоса увидел, как изредка бьют в стороны импульсы двигателей, удерживая на месте огромный объект.

Вскоре можно будет причаливать, если монтажники успеют закончить сборку усиливающих расчалок, которые после стыковки еще крепче свяжут ферму с огромным цилиндром. И уже ясно, что до «темной» части витка точно не успеть, и стыковка уедет «вправо» еще на виток или два. Впрочем, на этот случай монтажники предусмотрели один интересный вариант.

- «Бота» не дам! – заявил поначалу Джанибеков, командир станции, и он в своем праве, резервная телеуправляемая машина не должна участвовать в стройке, но это лишь теоретически. Когда стало понятно, что иначе отставание от графика не преодолеть, Владимир сдался и дал «добро», для очистки совести проконсультировавшись с Землей.

Валентин честно выждал навязанную медициной паузу, и едва собрался вернуться к работе, как комплекс плавно погрузился в темноту, пройдя через все оттенки исчезающего солнечного света, от ярко-оранжевого до темно-алого. Рядом вспыхнули нашлемные фонарики монтажников, но этот свет не дает ощущения комфорта. Слишком тускло, да и батареи не резиновые. Валентин зажег свой фонарь и вышел на связь с бригадой.