Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

Каждый шаг давался нам очень и очень тяжкими усилиями. Меня лично спасал лишь волшебный меч, не только обеспечивавший меня кровью, но и таинственным образом восстанавливавший силы и даже прибавлявший их. Так что всегда первым врывался в залы, комнаты и коридоры, неизменно получая молнию или огненный шар, а следом порцию отборной брани от Отто, едва успевавшим прикрыть меня щитом. Я же врубался в различные построения тремере, которыми они пытались увеличить силу своих заклятий, но усилия их не приносили никакой пользы — я успевал прикончить нескольких раньше. А там и Вильгельм с Квентином подоспевали.

И вот однажды я едва лоб себе не расшиб, врезавшись в непреодолимую стену, оказавшуюся на моем пути, хотя глаза совершенно ничего не видели — только открытый дверной проем.

— Повезло тебе, — усмехнулся Отто, разминая сведенные судорогой пальцы, слишком сложные пасы он постоянно проделывал. — Ты только что наткнулся на защиту лорда Сфорцы, за этим проемом его личные покои.

И тут, словно среагировав на его слова, дверной проем превратился в водоворот, он затянул нас внутрь и никто ничего не сумел ему противопоставить. Да просто не успел!

Через секунду мы оказались в большом зале, который, казалось, был вырублен в скале, как и убежище богемского лорда. Однако посреди его стоял не сгусток тьмы, как было в Кралове, а более-менее похожий на обычного вампира тремер в расшитой символами, вроде тех, что украшали ворота убежища, но вообще без капюшона. Лицо у него было самое тривиальное и более подошло бы халнцу-торгашу, нежели главе одного из самых могущественных и окутанных тайной кланов.

— Приветствую вас, господа, — усмехнулся он, — и благодарю тебя, Отто, за то, что ты привел ко мне таких гостей.

— Как это понимать?! — вскричал Вильгельм.

— Я же говорил о том, что в стане нашего ордена есть предатель, — усмехнулся маг. — Так это я. Об этом ведь знали только вы, а мне надо было замести следы.

— Мог бы выбрать момент и получше, — буркнул Сфорца. — Я отправил почти всех своих на войну с Орси, иначе бы вам не прорваться дальше холла.

Они разговаривали друг с другом словно нас тут и в помине не было, меня это начало тихо бесить.

— Довольно, — бросил я им. — Я пришел узнать о судьбе сестры Анны — монашки, похищенной из краловского монастыря. На вас мне плевать!

— Нет ее здесь, — как-то истерично рассмеялся Сфорца, — и не было никогда. Орси, ублюдок, скинул нескольких девиц в краловской капелле, а остальных продал чимискам. Он сказал, что они дали больше, даже деньги вернуть отказался! Поэтому-то я и отравил своих магов — пусть горит его особняк, он должен познать весь гнев клана Тремер. А сейчас его познаете вы!

Тут Квентин не выдержал. Он сорвался с места с диким рыком, замахиваясь секирой, но не добежал нескольких метров.

— Тебя ведь хотели превратить в гаргулью, не так ли? — совершенно невозмутимо произнес лорд. — Продолжим начатое. — И начал читать какое-то сложное заклинание.

Квентин замер, выронив секиру. Тело его сотрясли жуткие конвульсии, он рухнул на колени, продолжая тянуть пальцы к ручке секиры. И вот уже наш друг гангрел, изгибаясь в невозможных судорогах, начал превращаться в жуткую бестию, вроде тех, что украшали стены замка колдунов.

В хрипы и стоны Квентина внезапно врезался резким диссонансом высокий вопль. Я обернулся и увидел Отто, оседающего на пол, от головы его не осталось ровным счетом ничего. Ее снесли единым махом два шестопера Вильгельма. Увидел это не только я, но и Сфорца. Он замер, на мгновение замолчав, что стоило ему жизни, он потерял контроль над Квентином. Превращенный в чудовище гангрел кинулся на него — могучие лапы насквозь пробили тело и разорвали его в клочки. Затем он повернулся к нам.

— Квентин? — произнес я.

Но в глазах бывшего друга я увидел одну только ярость. Тупую, животную ярость, желание прикончить, убить, разорвать. Он поднялся на задние лапы, став похожим на льва рампан, попробовал расправить крылья. Вильгельм преспокойно вынул из-за спины трофейный арбалет и безо всякой жалости всадил болт, как нельзя кстати открывшему грудь Квентину. Вернее тому, во что он превратился.

— Гаргульи начисто забывают всю прошлую жизнь, — пояснил он. — На это ловили поначалу сентиментальных вампиров, придавая гаргульям сходство с их родичами и просто добрыми знакомыми.

— Познавательно, — буркнул я. — Выходит, мы лишь потеряли время здесь. А сестра Анна и не покидала Кралова. Если она, вообще, жива.

— Не стоит об этом думать, — бросил Вильгельм. — Поспешим в Кралов, у нас на очереди еще один подвиг. После штурма главной капеллы тремере, возьмем еще и Вышеград. Вытряхнем Вукодлака из его гроба.

Вукодлак — на это имя все мое вампирское существо отзывалось дрожью. Единственный из Патриархов, основатель клана Тзимицу, о котором можно точно сказать: он есть и известно, где именно он. Он находится в торпоре и лежит в гробу в замке Вышеград, что под Краловом. Кажется, у чимисков даже есть какое-то смутное предсказание, насчет того, когда именно должен проснуться Вукодлак, но его не знала даже Екатерина.

— Поспешим, — вновь поторопил меня Вильгельм, — а не то сюда вернуться тремере, громящие Орси, и нам не поздоровится.

По дороге из колдовского замка мы не преминули заглянуть на Внутреннее кольцо, посмотреть на особняк Орси. Он, действительно, полыхал в ночи, вокруг носились неясные фигуры, не то тушить пытались, не то — дрались. Мы не стали выяснять.

Глава 8

Я преспокойно прошел мимо стражи Высокого замка. Не обратила на меня внимания и личная охрана князя Конрада. Им было все равно, кто идет, особенно если он идет так уверено. Раз ведет себя подобным образом, значит, имеет на это право.

На лице князя Богемского домена отразилось легкое недоумение, однако оно немало не развеяло вечную скуку, царившую на нем.

— Что привело тебя сюда, бруджа? — поинтересовался он.

— Мое почтение, князь, — перво-наперво вежливо поклонился я. — Вы, верно, не знаете, но я покинул лоно своего клана. Моя леди, Екатерина, затеяла заговор против вас, я не мог этого терпеть. Я был вынужден бежать и лишь теперь возвращаюсь, чтобы сообщить вам о нем.

— Она все время злоумышляет против меня и моей власти, — отмахнулся Конрад. — Если это все, то — уходи.

— Я бы не стал отмахиваться от моих слов, — многозначительно заметил я, — ведь моя бывшая госпожа сговорилась с чимисками. По вашу душу уже выслан убийца. Он из тзимицу. Не думаю, что я сильно