Вельяминовы.Дорога на восток.Книга вторая - Нелли Шульман

показывала, как сталь льют. Только в шахте мы не были. У нас, в Америке, их нет пока».

-Будут, - уверенно заметил Дэвид: «А ты, Мартин, в шахту спускался?»

-Меня Майкл брал, - кивнул подросток, - мой брат старший. И на самоходной тележке я катался, по

рельсам. И на воздушном шаре поднимался.

-Это все делали, - отмахнулась Тони. Девочка лукаво усмехнулась: «Когда поедем в Нью-Йорк, там

нас ждет сюрприз. Только я не могу говорить - какой, вдруг этого и не случится».

-Секреты, - недовольно пробурчал Мартин и оживился: «Смотрите, дверь кухонную открыли.

Выходит кто-то».

Невысокий, крепкий человек в испачканном мукой переднике появился на пороге: «A mon retour,

nous al ons couvrir le petit déjeuner».

--Eh bien, monsieur François - донесся до них мальчишеский голос.

-Вот сейчас, - Мартин проследил глазами за поваром, что пошел к пристройке для слуг. Подросток

дернул Тони за руку: «Пошли!»

Нат, наклонившись над очагом, медленно помешивал томившийся на водяной бане голландский

соус. На кухне было еще пусто. В столовой, рядом, три длинных стола для слуг, каждый на два

десятка человек, блестели простыми, фаянсовыми тарелками.

Подросток посмотрел на сланцевую доску: «Бекон, яйца, каша, блины, кофе. Теперь пятнадцать

завтраков в постель. Остальное накрыть в гостевой столовой с десяти утра. Это еще три часа,

можно не торопиться».

Он взглянул на густой, желтоватый соус. Опустив туда деревянную ложку, Нат кивнул: «В самый

раз. Месье Франсуа меня больше не заставляет блины печь, каждое утро по двести штук, -

подросток усмехнулся. Сняв соус, перенеся его на другой очаг, со слабым огнем, Нат вздохнул.

Отец приезжал несколько раз в год. Нат знал, что у него можно попросить почти все - любую книгу,

деньги, пони, новую одежду. Как-то раз, мальчик замялся - они сидели с отцом в гостиной, Дэниел

проверял его французское сочинение: «Папа, помнишь, когда мы в Париж ездили, я там ходил в

коллеж. Там были цветные мальчики, даже смуглее меня - с Мартиники, с Реюньона…, И никто

внимания не обращал».

-Ты можешь ходить в Свободную Африканскую Школу, - удивился отец.

-Я и хожу, папа, - Нат помолчал. «И за учителей тебе спасибо большое. Но вот университет…»

Красивое лицо отца замкнулось: «Университет тебе ни к чему. Тебе надо будет заниматься

гостиницей, для этого дипломы не нужны».

Нат погрыз перо и промолчал.

-Незаконнорожденный, - он почувствовал, что краснеет. «Я незаконнорожденный. Во Франции

никто и не знал об этом, а здесь…». Нат смахнул слезы, что наворачивались на глаза, и сердито

велел себе: «Хватит».

Дверь скрипнула. Нат, не поднимая головы от соуса, сказал: «Tout est prêt. Qui va faire cuire les

oeufs».

-Très bien, et nous voulons avoir, - раздался с порога смешливый, мальчишеский голос. Изящный,

ниже его подросток, протянул крепкую руку: «Мартин Кроу, твой кузен, из Лондона. Это Тони и

Дэвид, сестра твоя, и брат. Дай нам поесть, что ли».

Они сидели за кухонным столом. Нат, оглянувшись, понизил голос: «У нас полчаса, не больше.

Сейчас месье Франсуа вернется, он не терпит посторонних. Он был главным поваром герцога де

Брольи, а как тот умер - в Америку приехал. Он очень строгий, - Нат покачал головой и

спохватился: «Вы ешьте».

Мусс из лосося, - подумала Тони, - был похож на нежные, розовые облака. «И хлеб ты сам пек? -

удивленно спросила девочка. «Он ведь свежий совсем».

-В пять утра поднялся, - ухмыльнулся Нат. Он посмотрел на брата и сестру: «Марта мне

рассказывала. Это дети тети Констанцы. Господи, хорошо, что мама с папой поздно встают. Папа

бы такого не потерпел, конечно».

-Как здорово, что вы пришли, - вдруг сказал Нат.

-Ты нам расскажи, - потребовала Тони, намазывая на хлеб свежее, блестящее янтарем масло, -

расскажи о себе. Я тебе наш адрес оставлю, в Нью-Йорке, ты сможешь писать.

-И мне, - попросил маленький Дэвид, - мне пиши, в Экзетер. Я на каникулы сюда буду приезжать, к

дяде Тедди и тете Мораг. Мы с тобой увидимся еще, обязательно.

Нат говорил, а Тони гневно раздула ноздри: «Какая косность! Почему он не может пойти в школу, в

тот же Экзетер, в университет…»

-Это все чушь, - спокойно прервал Мартин Ната, размешивая сахар в чашке с кофе. «Со мной в

Итоне учится мальчик, он сын низама Хайдарабада, это наше вассальное государство в Индии. У

него кожа в сто раз смуглее, чем у тебя. Я думаю, ты спокойно сможешь поехать в университет, в

Англию, или во Францию».

-Французский язык у меня, как родной, - смущенно пробормотал Нат. «Только вот деньги..., Это же

дорого».

-Придумаем что-нибудь, - решительно сказала Тони. «Придумаем, обещаю. Мне очень нравится,

как твоя сестра старшая пишет. Мама говорит, она очень талантливый журналист».

-Мне тоже, - улыбнулся Нат и прислушался: «Месье Франсуа возвращается. Я вас через главный

вход выведу, за конторкой еще нет никого. Возьмите, - он сунул им завернутые в салфетку булочки,

- это круассаны, их в Бостоне только у нас пекут».

Он посмотрел на белокурые косы Тони, на русую голову Дэвида и улыбнулся: «Брат и сестра. Как

хорошо. Маме не буду говорить, не хочется ее расстраивать, а папе тем более. Просто будем знать,

что мы есть друг у друга».

Они простились у ворот гостиницы. Тони, оборачиваясь, видела, как Нат машет им рукой.

«Отличный у вас брат, - одобрительно сказал Мартин: «Дэвид, дай-ка мне этот самый круассан».

-Один остался, - облизываясь, пробормотал ребенок. Они с Тони, вдыхая ветер с моря, любуясь

черепичными крышами Бикон-Хилла, что лежал на той стороне гавани, расхохотались.

Мораг подошла к окну спальни и посмотрела на газон. Взрослые, сидя на мраморной террасе,

пили чай.

-Элайджа с Деборой послезавтра отплывают, - женщина комкала в руках кружевной платок.

«Мама с папой после этого уезжают, на озера. Господи, как с мамой поговорить, чтобы она Теда

взяла, до осени? Или в Нью-Йорк его отправить? Но это тетю Марту просить надо..., Не знаю, я

ничего не знаю…- Мораг прошла в свою гардеробную. Схватившись за дверь, она пошатнулась.

-Сейчас и корсеты не носят, - поняла она, - платья все свободные. Как же я затягиваться буду? Надо

новые наряды сшить…- женщина поднесла руку ко лбу. Голова кружилась, на коже выступил

холодный пот. Мораг почувствовала, как у нее подкашиваются ноги. Она даже не успела позвать

на помощь. Комната погрузилась во тьму. Женщина, упав на персидский ковер, потеряла

сознание.

-Пики козыри, - капитан Кроу стал тасовать колоду.

-А что Мэри на континенте делает? - поинтересовался он.

Они сидели за столом втроем. Тедди был в конторе, Констанца повезла Питера, Джованни и

Изабеллу на бостонские текстильные мануфактуры. Мирьям отпила чая и посмотрела на паруса

кораблей в гавани.

-Послезавтра, - вздохнула она. «Господи, увижу ли еще свою девочку? Там семья хорошая, она

счастлива будет. А Элайджа с нами останется, невестку приведет…, Они с сестрой решили перед

отъездом на боте всех детей покатать. Славные дочери у Марты с Изабеллой, подружились они с

нашими мальчиками. И Мартин с Тони - тоже».

Марта хмыкнула: «Как ты понимаешь, она нам о таких вещах не рассказывает. Но к августу уже

вернется. Майкл с маленьким в Лидс поехал, там Рэйчел со своими девочками - все веселее будет.

У Рэйчел и Пьетро уже два десятка детей в приюте, мы им помогаем, конечно, - Марта улыбнулась,

- однако они и сами, хорошо справляются».

Она подняла голову и озабоченно заметила: «Что там Мораг? Хотела шали принести, ветер

прохладный, и пропала. Пойду, посмотрю».

Мирьям проводила глазами ее тонкую спину, прямые плечи, - Марта была в домашнем, темно-

зеленом, шелковом платье, бронзовые волосы стянуты в небрежный узел. Вздохнув, найдя руку

мужа, женщина пожаловалась: «За Мэри беспокоюсь. У нее ведь ребенок…Мало ли, Стивен, вдруг

это опасно».

-Наверняка нет, - уверенно ответил капитан Кроу, набивая трубку. «Это просто дипломатическое

поручение, она ведь курьер. И потом, у нее титул, неприкосновенность. Не волнуйся, - он

поцеловал теплую, загорелую, в мелких веснушках, щеку.

Мирьям, оглядевшись, села к нему на колени. «Ты такая же легкая, - смешливо шепнул ей муж.

«Вернемся с тобой на озера, зима начнется, и будет у нас медовый месяц, даже несколько. Раз

дети разъехались».

Стивен прижал ее к себе - пахло травами, и чем-то сладким. Он вспомнил: «Печенье с утра пекла, с

Мартой и Деборой. Детям дать, на пикник».

-А вообще, - он покачал жену, - закончат в Европе воевать, и мы с тобой туда выберемся, обещаю.

Дебору навестим, Мэри….- Мирьям положила голову ему на плечо: «Интересно, от кого у нас

третий внук появится? Ставлю на Дебору».