Вельяминовы.Дорога на восток.Книга вторая - Нелли Шульман

Капитан расхохотался и чиркнул кресалом: «Элайджа в меня, дорогая, он еще не скоро женится.

Но,- Стивен поднял палец, - на той, кого полюбит так, как я - тебя».

Мирьям обняла его. Они просто посидели, глядя на залив, держась за руки, молча. Они и на

озерах часто уходили на берег, разжигая костер. Устроившись рядом, они смотрели на

бесконечную, водную гладь. «Четверть века мы вместе, - Мирьям чувствовала рядом тепло мужа.

«Господи, дай ты нам состариться, увидеть, как внуки растут…»

-Мирьям, - раздался спокойный голос Марты сверху, с балкона. «Поднимись, пожалуйста. Мораг

помощь нужна, она шаль не может выбрать».

Женщина усмехнулась и погладила мужа по щеке: «Я сейчас».

Марта зашла в спальню и недоуменно позвала: «Мораг!». Она оглядела комнату - на туалетном

столике, в фарфоровой вазе, стояли розы, немного пахло сандалом. Дверь в гардеробную была

полуоткрыта.

-Мораг! - ахнула Марта. Встав на колени, она приложила пальцы к белому, тонкому запястью

женщины. Марта пошлепала невестку по щекам. Мораг, застонав, неразборчиво что-то

пробормотала. Марта, взяв ее за талию, усадила на кушетку. Она наклонилась и потрясла

женщину за плечи: «Мораг!».

Темные глаза приоткрылись и Мораг покраснела: «Тетя Марта! Что такое?»

-Ты упала, - ласково сказала Марта, взяв серебряный кувшин, наливая воды. «Что случилось? - она

подала ей стакан. Мораг, жадно выпила: «Просто голова закружилась, тетя, ничего страшного».

-А крови у тебя, когда были? - Марта улыбнулась и вдруг отпрянула - алые губы Мораг

искривились. Лицо женщины исказилось. Она, уронив голову в ладони, выдохнула: «Четыре

месяца назад..., Я хотела…Я травы пила, я даже к акушерке ходила, чтобы…». Мораг не закончила.

Вытерев глаза, она сглотнула: «Я все понимаю. Я попрощаюсь с Тедом, когда он вернется, и уеду.

Тедди я оставлю записку, чтобы он подавал на развод. Я виновата, тетя Марта».

Женщина поднялась. Марта жестко сказала: «Сядь и молчи. Сейчас мать твою сюда позову. Нет, -

она оглянулась и взяла ключ: «Я тебя запру. Окна здесь нет, веревок - тоже».

-Тетя Марта! - измучено пробормотала Мораг. «Дайте мне…».

Марта, уже у двери, обернулась: «Сбежать - проще всего. Умереть, - зеленые глаза затуманились,

будто она что-то вспомнила, - тоже. Жить, Мораг, - она помолчала, - это сложнее. Ты куда бежать-

то собралась? - спросила Марта.

-Мой брат здесь, - Мораг скорчилась, будто раненая птица, забившись в угол кушетки, - Менева.

Он в Бостоне. Он меня спас, увел от акушерки, когда я…- женщина повела рукой. «Я хотела с ним

уехать, на запад, - крупные, блестящие слезы ползли по бледным щекам. «Он на постоялом дворе

Уильямса живет, в порту».

-А, - только и сказала Марта. Выйдя, она заперла гардеробную.

Мирьям уже стояла на пороге.

-Ты сядь, - посоветовала ей женщина. «Вот и сигары, - Марта чиркнула кресалом и посмотрела в

синие глаза Мирьям: «Мораг беременна. Не от Тедди, разумеется».

Мирьям открыла рот и закрыла его. Опустившись в кресло, она сжала загорелые пальцы:

«Сколько?»

-Четыре месяца, - Марта затянулась. Пристроившись на ручке кресла, женщина грустно заметила:

«От кого - она не скажет, конечно. Да и не кажется мне, что тот…отец…ребенку обрадуется».

-Надо Тедди рассказать, - слабым голосом проговорила Мирьям. «Нельзя такое скрывать, Марта».

Та качнула бронзовой головой. «Я своего сына знаю, он ее выгонит вон, в чем была. У нас внук

общий, Мирьям, не хочу я Теда без матери оставлять. А что она, - Марта кивнула на гардеробную, -

ошибку сделала, так не она первая, не она последняя».

Мирьям помолчала, и, вдыхая запах жасмина, неуверенно сказала: «Я могу Мораг на озера

забрать...». Женщина посчитала на пальцах: «В ноябре ей рожать. Стивен к тому времени еще из

плавания не вернется, у них большая экспедиция, на северный берег. Он и не узнает ничего…, Вот

только Тедди…, И дитя…кому-то чужому его отдавать придется, - Мирьям вытерла пальцем слезу в

уголке глаза.

-Не придется, - Марта поднялась: «Иди, уложи ее в постель. Пусть твой муж отправится за

доктором Хантли. Он осмотрит Мораг и найдет, что у нее плохо с легкими, порекомендует ей

пожить, там, где сосны, где не так сыро. У вас, то есть, - Марта потушила сигару.

-А ребенок? - Мирьям тоже встала. «Что с ним будет?».

-Я тебя внизу подожду, - велела Марта. «Ты надевай шляпу и приходи». Дверь закрылась. Мирьям,

повертев в руке ключи, подошла к гардеробной. Оттуда были слышны сдавленные рыдания.

Она протянула руки: «Доченька…, Доченька моя, не надо, не надо, все устроится…»

Мораг, как в детстве, нырнула в объятья матери. Та, поглаживая ее по голове, шепча что-то

ласковое, повторяла: «Устроится, устроится…».

Две женщины вышли на набережную. Мирьям, пробираясь вслед за Мартой, через полуденную

толчею, подумала: «Бедная моя доченька. Все это в себе носить. Виновата она, конечно, но ведь

она изменится, обязательно. Так вот почему она так плакала после больницы. Господи, - Мирьям

вздрогнула, - спасибо, что уберег Ты ее от такого…»

-Куда мы идем-то? - она взяла под руку Марту. Та была в уличном рединготе светлой шерсти,

отделанном медной тесьмой. Марта вскинула острый подбородок и улыбнулась: «Брат ее здесь,

дорогая моя. Менева. Нашел он сестру, все-таки».

Мирьям вспомнила крупного, белокожего, темноволосого младенца, вспомнила шепот Гениси:

«Мирьям…позаботься о девочке, пожалуйста…». Женщина твердо сказала себе: «Я ей обещала. На

смертном ложе ее обещала. Сколь я жива, Мораг всегда под моим крылом будет».

-Менева, - повторила Мирьям и Марта остановилась: «Ты не ходи..., Все же это его сын, Мирьям».

-А Мораг - дочь его, - тихо ответила та, - а ведь я ее грудью кормила, Марта. Да и потом, - Мирьям,

невольно, улыбнулась, - если он сюда приехал, с запада, чтобы кровь свою найти - не такой уж он

дурной человек.

В нижнем зале постоялого двора Уильямса было тихо, час обеда еще не настал. Марта, подойдя к

стойке, любезно спросила у лысоватого хозяина: «У вас тут вояжер остановился, с территорий…-

она пощелкала пальцами. Уильямс усмехнулся: «Мистер Маккензи». Трактирщик кивнул на

деревянные столы в маленьком саду: «Сидит, книжки читает. Мой сын в библиотеку записан, ему

носит. У них, там, на западе, и книг вовсе нет, - недовольно заметил хозяин.

-Имбирного пива налейте нам, - распорядилась Марта. Распустив бархатные ленты шляпы, она

прошла в крохотный садик, где пахло летними травами, и жужжали пчелы.

Менева сидел, склонившись над столом. Сестра сказала ему, что их отца звали Маккензи. Менева,

в тот же вечер не преминул расписаться в книге постояльцев: «Мистер Маккензи».

Уильямс тогда рассмеялся: «Как заезжали, говорили, что неграмотный, мистер. Получается, и

читать, и писать умеете».

Он отложил: «Пепельную розу Луизианы»: «Все равно, мне больше нравится, когда песни

печатают. Вордсворта, например. Но этот М.Ф., - он посмотрел на обложку, - был на территориях,

сразу видно. Знает, о чем пишет».

-Он на Гениси похож, - едва слышно сказала Мирьям, рассматривая изящного, смугловатого

молодого человека, что сидел, углубившись в книгу. Он был в темных бриджах и льняной рубашке,

рядом, в глиняной пепельнице, дымилась короткая трубка.

-И на миссис Франклин, - так же тихо, отозвалась Марта. «Подбородок ее, решительный». Она

взяла у хозяина кружки с пивом: «Пошли».

На Меневу повеяло чем-то сладким, зашуршала ткань. Он, подняв голову, встретился с зелеными,

твердыми глазами маленькой женщины. Рядом стояла вторая, - загорелая, в простом, шерстяном

платье, и таком же капоре. Ее щеки были усеяны веснушками, а глаза были синие - как летнее

небо над Бостоном.

-Меня зовут миссис Кроу, - сообщила зеленоглазая, опускаясь по левую сторону от него.

-Меня тоже, - синеглазая села справа.

Менева недоуменно посмотрел на них.

-Мы потом вам все расскажем, - отмахнулась зеленоглазая дама и отпила пива: «У нас к вам есть

разговор, мистер Маккензи».

Тед присел на большую постель и робко, испуганно спросил: «Мамочка, а ты выздоровеешь?».

Синие глаза мальчика наполнились слезами и он всхлипнул. Мораг внезапно почувствовала боль в

груди. Проглотив ее, женщина горько подумала: «Мама сказала, я весной вернусь. Если вернусь.

Нет, нет, все будет хорошо. Менева едет на озера, будет там жить с индейцами, а мама найдет

кормилицу. Как маленький подрастет, Менева его заберет, на запад».

-Конечно, выздоровеет, - уверенно сказала Марта внуку. «Маме надо пожить там, где сухо, где

лесной воздух и нет сырости. Весной вы с ней увидитесь. А мы с тобой, - она присела на кровать и