Хаос и порядок. Прыжок в безумие - Стивен Дональдсон

Койна выбрала хороший момент. Заседание должно было начаться через десять минут: она успевала занять свое место и раскланяться с советниками, но лишала их помощников возможности пристать к ней с личными вопросами.

Когда Хэнниш и Лебуол вошли в зал, оставив за дверью часть своей свиты, их накрыла волна звуков – неразличимое бормотание помощников, возгласы советников, отдававших приказы секретарям, раздраженные споры консультантов и адвокатов. При появлении двух важных чиновников полиции Концерна шум резко оборвался. Советники и их персонал заметили Хэнниш и приготовились приветствовать ее. Но присутствие Лебуола застигло всех врасплох. После недавних событий его визит был, мягко говоря, неожиданным. Кроме того, он не посещал Сака-Батор по крайней мере двенадцать лет.

Лебуол остановился в проходе и спокойно осмотрел притихший зал, словно наступившее молчание было знаком уважения. Все советники заняли свои места: по два от каждого из шести политических блоков Земли и по одному от девяти крупных станций. Хэши не знал этих людей. Но он досконально изучил их биографии. Подробные досье на членов Совета ознакомили его с их достоинствами и пристрастиями, избирательными рейтингами и компрометирующими сведениями. Изумительная память Лебуола содержала такую же информацию о многих помощниках и консультантах. Сотрудники Бюро по сбору информации вполне обоснованно считали его «ходячим банком данных». В принципе, он мог обратиться по имени к любому человеку в зале – не считая разве что охранников.

Хотя члены Совета уже сидели, Эбрим Лен стоял у стола и кланялся всем, кто требовал его внимания. Кресло президента располагалось в центре полуовала, а места советников менялись от заседания к заседанию, чтобы никто не чувствовал себя фаворитом или аутсайдером. Возможно, это было делом случая, что два завзятых критика полиции Концерна разместились рядом с президентом: Сен Абдулла, старший советник от Восточного союза, сидел справа от Эбрима Лена, а Сигард Карсин, младший советник от Объединенного западного блока – слева от него. Тем не менее такие «случайности» обычно планировались заранее.

Некоторые лица по тем или иным причинам были особенно знакомы Лебуолу. К примеру, Блейн Мэнс, советник от «Примы Бетельгейзе», славилась своими ошеломляющими амурными подвигами. Панджат Силат от Объединенных островов и полуостровов Азии стяжал известность потрясающими трудами по филологии интеллекта. Советник от Рудной станции Вест Мартингейл сыграла видную роль в прохождении акта преимущественного права. Напротив нее сидел капитан Вертигус Шестнадцатый – человек, создавший первый контакт с амнионами. Именно он инициировал это чрезвычайное заседание. Его голова клонилась к спинке кресла. Глаза были закрыты. Похоже, он дремал.

Максим Игенсард разместился за спиной своей покровительницы – Вест Мартингейл. Особый советник походил на волка, влезшего в овечью шкуру. При других обстоятельствах его скромный и жертвенный вид позволил бы ему смешаться с толпой секретарей и помощников. Однако теперь он лучился напряжением, словно термоядерный реактор. Хэши подозревал – вернее, надеялся, – что Игенсард, узнав о сути законопроекта Вертигуса, пойдет на какой-нибудь критический маневр, или, как говорили копы, начнет «кидать понты».

Пробегая взглядом по знакомым лицам, Лебуол замечал на них остатки возбуждения и предвестие мрачных предчувствий. Затем он сам едва не замер от нежданного изумления.

Койна дернула его за рукав и прошептала:

– Хэши!

В конце стола, где не было ни терминалов, ни копий официальных документов Руководящего совета, сидел Клитус Фейн, первый исполнительный помощник Холта Фэснера, – человек, который был голосом, глазами и ушами большого червя.

Он обладал массивной фигурой, но вальяжность и незаурядная сила личности придавали ему еще более объемный и громоздкий вид. Зеленоватые глаза небрежно щурились. Пухлые губы растянулись в безжалостной улыбке. Седая борода скрывала грудь и шею. Усы походили на проволоку. Когда он говорил или двигал головой, конец бороды колотил по его животу, словно лезвие топора. Однако жировые накопления от этого нисколько не страдали. И вообще, как замечали многие люди, – он имел небольшое сходство с Санта-Клаусом.

Встретив удивленный взгляд Хэши, Фейн милостиво улыбнулся. Казалось, он явился сюда для того, чтобы излить благословение Дракона на всех тех, кто управлял человечеством. Эдакий рождественский дед, раздававший подарки генерального директора Концерна рудных компаний. Однако Хэши знал и другую его сторону. Помимо прочего, Клитус Фейн был карающей дланью своего хозяина.

Что он здесь делал? Логика событий выдвигала следующий ответ: Эбрим Лен, будь благословенно его робкое сердце, вне всяких сомнений, информировал офис Фэснера о том, что данное чрезвычайное заседание созывалось для рассмотрения законопроекта, представленного капитаном Вертигусом Шестнадцатым. Зная репутацию Вертигуса, Дракон тут же понял, что законопроект не сулил ему ничего хорошего. По этой причине он послал на Сака-Батор самого лучшего и ловкого помощника, чтобы тот отразил – или полностью нейтрализовал – ход старшего советника от Объединенного западного блока.

Шум в зале возобновился с новой силой. Сложилось впечатление, что все присутствовавшие внезапно захотели пообщаться со своими соседями. Вероятно, некоторые из них обсуждали неожиданный визит Лебуола и связывали его с присутствием Фейна. Чтобы скрыть секундную потерю самообладания, Хэши сделал поклон в направлении Клитуса. Его рот произнес беззвучные слова: «Мой друг, как приятно вас видеть». Затем он склонился к Койне и прошептал:

– Похоже, ставки в игре возросли.

Голоса советников и их свиты служили надежной защитой от чужих ушей.

– Как вы считаете, капитан Вертигус добьется успеха при таких условиях?

Койна взглянула на него и улыбнулась – скрытно, уголками губ. Затем она спустилась по ступеням к почетному месту, которое располагалось напротив Клитуса Фейна. Следуя за ее помощницами и Форрестом Инджем, Хэши заметил, что Эбрим Лен начал краснеть и пыжиться, как государственный чиновник, собравшийся выполнить свой служебный долг. Впрочем, Лебуола мало волновала осанка президента. Его беспокоило нечто другое – вопросы, возникшие в связи с появлением Фейна. Какой ответ шеф Мэндиш дал Форресту Инджу? И когда помощник шефа соизволит выполнить просьбу директора Бюро? Естественно, Хэши мог бы отчитать нерадивого служаку. Но ему не хотелось проявлять свое обиженное тщеславие перед членами Совета.

Тем временем его инстинкты уже трубили об опасности. Он терял контроль над ситуацией и не знал, что ожидать от будущего. Следовательно, его готовность к неожиданностям должна была стать еще сильнее. Когда Койна села в кресло и ввела в терминал пароль, тем самым получая доступ к каналам связи со станцией полиции Концерна, Хэши положил ладонь на плечо помощника шефа.