Экономика каменного века - Маршал Салинз

...Каждый, кто принимает участие в aha (пир, организованный тикопийским вождем), вынужден участвовать и в кооперации определенных видов, которая на данный момент выходит далеко за пределы его личных интересов и охватывает общество в целом. Такой пир собирает вместе вождей и людей из их кланов, в другое время соперничающих и готовых критиковать друг друга и злословить, но соединившихся здесь, чтобы проявить внешнее дружелюбие... Вдобавок к этому, подобная целенаправленная деятельность преследует определенные, социально более широкие цели, которые являются общими в том смысле, что каждый, или почти каждый, сознательно или бессознательно, стремится к их достижению. Например, посещение aha и внесение материальных вкладов на деле оказывает поддержку тикопийской системе власти (Firth, 1950, pp. 230-231).

Итак, мы имеем по крайней мере общую схему функциональной теории редистрибуции. Вероятно, теперь на очереди стоит изучение путей ее развития, задачи спецификации путем сравнительного анализа, филогенетическое изучение стимулирующих ее условий. Экономическая антропология реципрокности находится, однако, на другой стадии разработки. Одна из причин тому — это, по-видимому, модная тенденция рассматривать реципрокность как сбалансированный, безусловный обмен «ты мне — я тебе». Понимаемая как перемещение материальных ценностей, реципрокность на деле часто представ-

О социологии примитивного обмена

ияет собой нечто совершенно иное. В действительности именно путем тщательного ан«-пи:)а отклонений от сбалансированного обмена можно постичь взаимодействие между («•ципрокностью, общественными отношениями и материальными условиями.

Реципрокность — это целый класс обменных процедур, целый континуум различных форм. И это особенно справедливо в узком контексте материальных трансакций, — если его противопоставить широко трактуемому общественному принципу моральных норм, действующих в контексте «давать- брать». На одном полюсе располагается добро* вольно оказываемая помощь, незначительный материальный оборот в повседневных родственных, дружеских и соседских отношениях, «чистый дар», как назвал его Мали" нивский, в отношении которого открытое ожидание ответного дара немыслимо и антисоциально. На другом полюсе — эгоистическое стяжательство, присвоение с помоЩЫЙ сутяжничества или силы, ответом на которое может быть только равное и противодвяЛ ствующее усилие по принципу lex talionis*,

«негативная реципрокность», по выражен» 1 Гоулднера. В моральном

отношении это явно позитивная и негативная крайности. ПО межуточные формы — это не просто многочисленные градации степени материальн<| баланса при обмене, это промежуточные формы социабельности (дружественности Дистанция между полюсами — это, помимо всего прочего, еще и социальная дистанЦМдг

Unto a stranger thou mayest lend upon usury; but unto thy brother thou shalt not lend WUIL (Deuteronomy xxiii, 21).** •л

Туземные [сиуаи] моралисты утверждают, что соседи должны быть дружны и проявлять (Ий-имное доверие, тогда как люди издалека опасны и ненадежны с моральной точки зрения. Ни пример, туземцы подчеркнуто честны при взаимодействии с соседями, тогда как при торгов» ле с чужаками часто руководствуются принципом caveat emptor*** (Oliver, 1955, р. 82).

Выгода за счет других сообществ, в основном отдаленных территориально, и в особенности тех, которые воспринимаются как чуждые, не выглядит неприличной по нормам доморощенных обыкновений и привычек (Veblen, 1915, р. 46).

Торговец всегда надувает людей. По этой причине внутренняя торговля в достаточной Мере осуждаема, тогда как внешняя, межплеменная торговля приносит бизнесмену (капауку) ОД" повременно и выгоду, и престиж (Pospisil, 1958, р. 127).

Схема реципрокаций

Можно выработать сугубо формальную типологию видов реципрокности; ТИПОЛО* гию, основанную исключительно на таких критериях, как скорость возврата, WO эквивалентность, и других подобных материальных и механических измерениях обмена. Имея под рукой такую классификацию, можно приступить к поиску корроЛЯЦМА между подтипами реципрокности и различными «переменными», такими, как —"•—

* «Закон равного возмездия» (лат.).

" Чужаку можно давать под проценты, но брату не следует давать под проценты.

*" Покупатель должен опасаться (лот.), могут подсунуть «кота в мешке».

Экономика каменного века

близости родства между взаимодействующими сторонами. Преимущество такого способа представления материала состоит в том, что он «научен» или может показаться таковым. Среди недостатков — то, что это общепринятый прием подачи материала, не раскрывающий подлинную творческую «лабораторию». Таким образом, с самого начала необходимо иметь в виду, что выделение различных типов реципрокности более чем формально. Такой аспект, как ожидания, связываемые с отдачей, кое-что говорит о духе обмена, о корыстности или бескорыстии, его обезличенности или наличии эмоционального участия. Любая кажущаяся формальной классификация содержит в себе все эти значимые вещи, является схемой в той же степени моральной, в какой и механической. (То, что признание морального качества относит отношения обмена к числу социальных «переменных», в том смысле, что эти переменные логически связаны, таким образом, с разновидностями обмена, неоспоримо. Это признак того, что классификация хороша.)

Реальные виды реципрокности очень многочисленны в любом конкретном примитивном обществе, не говоря уж о примитивном мире в целом. «Движения vice-versa» могут включать взаимный процесс дележа необработанной пищей, неформальное гостеприимство, церемониальный обмен между свойственниками, заимствование и возмещение, компенсацию специальных и церемониальных услуг, передачу материальных ценностей, скрепляющую мирное соглашение, обезличенный торг и т. д. и т. п. Имеется несколько этнографических попыток уложить в типологию все это эмпирическое разнообразие, например известная схема трансакций сиуаи, принадлежащая Дугласу Оливеру (Oliver, 1955, pp. 229-231; ср. Price, 1962, р. 37 и след.; Spenser, 1959, р. 194 и след.;

Marshall. 1961, и др.). В «Преступлении и обычае» Малиновский достаточно широко и неопределенно писал о реципрокности; в «Аргонавтах», однако, он развил классификацию тробрианских видов обмена, базирующуюся на различиях в балансе и эквивалентности (Malinowski, 1922, pp. 176-194). Именно с этой выгодной позиции, ориентированной на непосредственность возврата, был показан весь континуум явлений, названных реципрокностью:

Я имею целью рассмотреть формы обмена, дара и ответного дара, а не бартера или торговли, так как, хотя существуют простые и чистые формы бартера, между ними и чистым даром существует так много градаций и переходных форм, что невозможно прочертить четкой границы, жестко разделяющей торговлю и обмен дарами... Чтобы не допустить ошибок в разборе этих фактов, необходимо дать полный обзор всех форм оплаты и подарка. В этом обзоре на одном полюсе должны быть представлены случаи чистого дара, который дают, ничего не ожидая взамен [см. однако Firth, 1957, pp. 221, 222]. Далее, через множество традиционных форм дара или платы, возвращаемой частично или условно, что накладывается одно на другое, мы подходим к формам обмена, в которых наблюдается более или менее жесткая эквивалентность, и, наконец, к реальному бартеру (Malinowski, 1922, р. 176).

Схему Малиновского можно отделить от тробрианцев и широко применять к реци-прокному обмену в примитивных обществах. Кажется возможным представить весь континуум видов реципрокности, основанных на принципе взаимности обмена {wice-versa»), в виде некоего абстрактного пространства, в котором можно в виде многочисленных точек рассеять эмпирические случаи, содержащиеся в конкретных этнографиче-

0 социологии примитивного обмена

(-них описаниях. Правила, обуславливающие материальный возврат, говоря менее элв» 1ЛНТНО, «сторонноеть» обмена, будет иметь решающее значение. Для этого существуют очевидные объективные критерии, такие как терпимость к материальному дисбалансу и длительности отсрочки: начальное перемещение ценностей из одних рук в другие •Ol* мещается в большей или меньшей мере, существуют также различия в отводимом ДЛЯ ргципрокации (ответного дарения) времени (см. снова Firth, 1957, pp. 220-221). Говор! другими словами, дух обмена кружит между бескорыстной заботой о другой сторОНя» взаимностью и эгоистическим интересом. Выраженный таким образом принцип «СТфт ронности» может быть дополнен, помимо критериев временной отсроченное™ и НЮлу риальной эквивалентности, другими, эмпирическими критериями: первоначальная JЛr редача может быть

добровольной, не добровольной, предписываемой, договорной) , во )врат может быть свободно предоставляемым, вытребованным или отвоеванным; ОЛрл мен может сопровождаться или не сопровождаться торгом, а обмениваемые предмет пересчитываться или нет. И так далее. • щ|С{

Классификация видов реципрокности, предложенная в целях ее дальнейшего 1ЙР-рокого использования, включает крайние формы и усредненный вариант: '*'***