Весь Хайнлайн. Число зверя - Роберт Хайнлайн

— Не сомневаюсь, что она могла бы так сделать, и так же не сомневаюсь, что не сделает. У этой волшебницы строгие этические правила; ты не сможешь убедить ее, что у тебя достойные мотивы.

— Ты угнетающе логична, дорогая моя.

— Профессор, а вы действительно побывали в Стране Оз? — спросила Либ. — В самом деле?

— В самом деле. Дора, Ая на проводе?

— Тут как тут, Джейк, — это был голос Аи.

— Кто-нибудь видел нашу пристройку по левому борту?

— Они не могли. Капитан Хильда запретила.

— Но… Хильда?

— Нет, дорогой. Извините, что говорю так прямо, командор и доктор Либ, но я туда входить не разрешаю: там слишком много такого, что нельзя трогать. Но я буду рада сама принять гостей на «Ае Плутишке» — в любое время, хоть сейчас. Я уже позавтракала.

— Я согласна!

— Тогда пойдем, Элизабет. Кто-нибудь еще?

Лазарус сказал:

— Дора, оставь мой завтрак на плите, я поем потом.

— Это омлет-то с джемом? Да я сама его съем.

— На здоровье. Капитан, я готов.

Тут же появились неразлучные Лаз-Лор, которые тоже не хотели отстать от других. Так что получилась большая компания — восемь человек и два компьютера.

Хильда остановила нас у правой дверцы «Аи».

— Друзья, я опять вынуждена говорить прямо. Как только вы переступите этот порог, вы будете уже не на космической яхте «Дора» — вы вступаете на другой корабль, на «Аю Плутишку», пусть она и окружена «Дорой» со всех сторон. По ту сторону этой дверцы командую я, никому не даю отчета в своих действиях и пользуюсь неограниченной властью. Капитан Лор, вы понимаете и согласны с такой постановкой вопроса?

Капитан Лорелея разочарованно взглянула на свою сестру.

— Капитан Хильда, я согласна. Поэтому я не могу подняться к вам на борт. Не имею права оставить свой корабль.

У моей жены был очень расстроенный вид.

— О, я очень сожалею.

— Капитан Хильда, я тоже очень сожалею, но по другой причине, — вмешался Лазарус Лонг. — Я не согласен с вашей постановкой вопроса. У меня юридический опыт на две тысячи лет больше, чем у моей сестры… и я знаком с самыми разнообразными законами всевозможных цивилизаций. Я не говорю о справедливости — оставим это философам. Но я знаю, какие юридические теории пригодны для людей и какие пробовали к ним применить, но отказались от этого, потому что они оказались негодными. Ситуация не новая, она возникала тысячи, миллионы раз: корабль побольше и заключенный в нем корабль поменьше. Решение всегда одно и то же, независимо от того, идет ли речь о космических кораблях, рыбачьих лодках или авианосцах. Корабль, который меньше, представляет собой самостоятельную единицу до тех пор, пока находится вне корабля, который больше; но когда он внутри, он юридически становится его частью.

Моя дорогая ничего не ответила. Пока Лазарус говорил, она обменялась взглядами со мной, Зебом и Дити. Как только он умолк, она быстро произнесла:

— Ая Плутишка, открой правую дверцу. Свистать всех наверх, приготовиться к старту.

Я горжусь нашей семьей. Зеб молнией промелькнул мимо меня, нацелившись на дальнее сиденье, и я смог без помехи плюхнуться на свое место. В то же мгновение Дити схватила Хильду в охапку, засунула ее внутрь, сама пролезла вслед за ней и быстро убрала ноги с порога, крикнув:

— Ая, закрыть дверцы!

Пристегиваясь, я смотрел направо, где разыгрывались все события. Лазарус Лонг вцепился в дверцу с криком:

— Эй, погодите минутку!

Он понял свою ошибку как раз вовремя, чтобы уберечь пальцы. Как-то я поспорил с Зебом, обнаружив, что он убрал блокировку, устроенную как раз на такой случай. На все мои возражения он отвечал:

— Джейк, когда я велю закрыть эти дверцы, я хочу, чтобы они в самом деле закрылись. Если при этом кому-нибудь отрежет голову, можешь считать, что я решил — ему так больше идет.

Лазарус уберег пальцы, но дверцей его сшибло с ног — и я отчасти понял, как он умудрился столько прожить. Он и не пытался удержаться на ногах, а вместо этого собрался в комок и мягко приземлился на одну ягодицу.

— Доложите!

— Второй пилот пристегнут, проверяю герметичность.

— Первый пилот пристегнут, все системы в готовности. Еще раз проверяю герметичность дверцы.

— Навигатор пристегнут, готов»

— Правая дверца загерметизирована.

— АЯ, ПРЫГ!

Мы оказались в невесомости. Никаких звезд — вокруг кромешная тьма.

— Астронавигатор, ваше мнение?

— Не знаю, капитан. Надо спросить Аю, может ли она вернуться назад. Куда угодно — в Землю Обетованную или в любое место, какое есть у нее в памяти. Я потерял ориентировку.

Внезапно появились звезды.

— Это Дора, вызываю Аю Плутишку. Выйди на связь, Ая.

— Не отвечай. Зебби, подумай еще. Что случилось?

— Думаю. Они отказались от инкапсуляции, чтобы не рисковать потерять нас. Должно быть, очень встревожены, — И Зеб добавил: — У нас есть только одна вещь, которую не купишь в ближайшей лавке, — это искривитель пространства-времени Джейка. Как они о нем узнали и зачем он им, я не имею представления.

— Дора вызывает Аю. Ая, прошу тебя, ответь мне. Разве ты уже мне не друг? Я знаю, что наши хозяева устроили какую-то глупую ссору, — но мы-то с тобой не ссорились. Неужели ты больше никогда не будешь со мной разговаривать? Я люблю тебя, Ая. Прошу тебя, не бросай меня.

— Капитан Хильда, пожалуйста, можно мне поздороваться с Дорой и сказать ей, что я на нее не сержусь? Она хорошая, правда. Капитан, она разрешила мне смотреть ее глазами!

— Сначала дай я с ней поговорю.

— О, спасибо! Это Ая, выхожу на связь с Дорой. Дора, я слушаю.

— Ая! Ты так меня напугала! Не отключайся опять, очень тебя прошу. Командор хочет извиниться перед твоей хозяйкой. Она будет с ним говорить?

— Капитан?

— Нет. Но я буду говорить с капитаном «Доры».

На нашем центральном экране появилось лицо Лорелеи.

— Говорит Лор, капитан Хильда. Мой брат очень сожалеет и хотел бы принести извинения. Мои сестры и я ужасно огорчены и очень просим вас вернуться. Я ничуть не претендую на командование вашим кораблем, какие бы там глупости брат ни говорил. Либ тоже просит вам кое-что передать. Она говорит, что с топологической точки зрения нет никакой разницы, находитесь ли вы внутри нас или мы внутри вас. И в том и в другом случае мы будем заключены друг в друге.

— Я смотрю на это не с топологической, а с практической точки зрения. Но прошу вас передать Элизабет мою благодарность. А Лазарусу Лонгу передайте вот что. Кошка может угодить в любую ловушку, но только один раз; второй раз в ту же самую ловушку та же самая кошка уже не попадется.