Перекресток прошлого: Холод войны - Даниил Витальевич Протасов

жить, так как нам нравиться! – заявил Иван, снова получив одобрительные возгласы собратьев, правда, те были уже не такими громогласными, как раньше.

– И долго ли вы проживете, в лесах? В такие морозы? С немецкой армией вокруг? – поинтересовался я, на что Иван угрожающе перезарядил ружье.

– Я уже сказал тебе, это не твое собачье дело! А теперь пошел прочь, пока я не отстрелил тебе хер! – вновь угрожающе рявкнул он, но ружье в его руках стало дрожать еще сильнее.

Но, несмотря на угрозы, я также невозмутимо сделал еще три шага в его сторону, держась за рукоять своего меча.

В этот момент все присутствующее в лагере словно замерли, всем было ясно, что конфликт неизбежен, но никому не хотелось в нем участвовать. Ведь это означало идти, либо против Ивана и его компаний, либо против меня. То есть, в любом случае, оказаться между молотом и наковальней.

– Ну что же ты не стреляешь? – с вызовом спросил его я.

Взгляд Ивана не сходил с рукояти моего меча, он был наполнен страхом. Ведь, несмотря на все свои насмешки и оскорбления в мой адрес, он знал, что я могу с ним сделать. Он видел, что произошло с людьми Марка и с теми немецкими разведчиками и, как и все находящейся здесь, он до чертиков боялся разделить их участь.

– Думаешь, я тебя боюсь? Черт раз-два?! – истеричным голосом, крикнул он – Нас здесь больше чем тебя, в разы. И ты даже со своим мечом нас не остановишь!

Он снова окинул взглядом свою братию, мысленно моля их о поддержке. Но никто так и не решился, не вступиться за него. Даже его ближайшие друзья сейчас, трусливо стояли в сторонке и стыдливо отводили от него взгляд.

– Ах, вы чертовы трусы?! – в отчаянии выкрикнул он.

Я же тем временем сделал еще несколько шагов в его направлений и теперь находился менее чем в десяти шагах от него.

– А ну стой! – трусливо взвизгнул он, продолжая целиться в меня из ружья, его зрачки в страхе метались, а ружье мотало из стороны в сторону, так словно оно было наэлектризовано – Что ты хочешь, порубить меня своим мечом, а? Также как остальных?! Ну конечно с этой штукой ты считаешь себя таким сильным, могучим. Но на самом деле ты жалкий червяк, ничтожный слабак, прячущийся за своей игрушкой, а сам-то ты что можешь?! Да ни хера!

«Он ведет себя как крыса, загнанная в угол» – сказал про себя я: – «Впрочем, так оно на самом деле и есть»

Его слова были для меня вызовом, и я готов был его принять.

Одним взмахом руки, я взялся за рукоять и с громким свистом вытащил лезвие из ножен, от чего все присутствующие разом вздрогнули. Они уже знали, что золотистый отблеск моего клинка не предвещал им ничего хорошего. Но к всеобщему удивлению, вместо того чтобы изрубить Ивана на куски, я лишь демонстративно повертел его в руке а затем воткнул в землю, и подняв руки, медленно направился к Ивану.

– Что ты делаешь?! – недоуменно спросил он, удивленный моими действиями.

– Ты хотел узнать, что я могу без своего меча? Так давай узнаем это – сказал я, подходя к нему вплотную.

Стоило только отойти чуть дальше от моего меча, как я начал чувствовать, слабость в ногах. Руки стали становиться ватными, а дыхание таким тяжелым, как будто я пробежал десяти километровый марафон. Но мне нужно было держать себя в руках, сейчас нельзя было показывать слабость.

– Я готов драться с тобой! – с готовностью заявил я. Но вместо боя, Иван направил дуло своего ружья прямо мне в лоб и громко рассмеялся.

– Ну, ты и идиот! – засмеялся он – Да на хрен, я буду с тобою драться, теперь, когда твой меч тебя не защищает, я могу просто вышибить тебе мозги.

И в ту же секунду он нажал на спусковой крючок.

– Прощай дурень! – насмешливо произнес он.

Но к его удивлению, после нажатия спускового курка ружье так и не выстрелило, издав лишь приглушенный щелчок. Иван испуганно посмотрел на меня, после чего нажал на курок второй раз, с тем же результатом.

– Да что за хрень!? – раздраженно крикнул Иван, начав нервно теребить ствол ружья.

«И это он меня идиотом, назвал» – саркастично подумал я: – «Я ведь с первого взгляда на его ружье понял, что оно не выстрелит. А этот даже сейчас не может ничего понять»

– Кажется у тебя проблема? – невозмутимым тоном, спросил я.

Но Иван сейчас был совсем не настроен, отвечать на подколки, ибо в панике пытался одной рукой починить свою винтовку, а другой старался продолжать держать меня на мушке, хоть в этом уже и не было никакого смысла. Он осознавал, в каком уязвлённом положений он находиться, и я уже чувствовал, как у него тряслись поджилки.

– Ну, давай…черт тебя подери,…давай тварь, сука! – сквозь зубы ругался он, пытаясь кое-как починить свое оружие.

Но внезапно, я одним движением выхватил оружие у него из рук. От чего тот с истеричным воплем, упал на землю. Я же в это время спокойно прочищал затвор ружья.

– Когда кладешь оружие на землю, неважно в песок, грязь или снег. В первую очередь всегда проверяй затвор – инструктировал я Ивана, пока тот медленно поднимался, смотря на меня дрожащими глазами – Потому что если в него что-нибудь забьётся, например снег, и затем его вовремя не прочистить. То оно может заклинить, из-за чего ты можешь попасть в довольно неловкую ситуацию, как например, сейчас.

Иван стал медленно пятиться назад, продолжая испуганно смотреть на меня. Он умоляющим взором смотрел на своих товарищей, но видел лишь отвернутые головы и избегающие взгляды. Всем стало очевидно, что он проиграл:

– Послушай, Исход. Я понимаю, что наговорил много плохого, но… – начал говорить Иван.

Но договорить он не успел, так как был прерван громким выстрелом из ружья.

С шокированным взглядом он опустил голову и увидел, что выпущенная мною дробь, пробила ему печень и селезёнку, и сейчас из его живота сочилась черная кровь. Не веря своим глазам, он с отчаянием, взглянул на меня, стоящим над ним с его собственным ружьем в руках, и в тоже мгновение, его бездыханное тело упало на землю, окропив белоснежный снег, темно-красным цветом.

Затем я презрительно посмотрел на его группу, которые все это время стояли неподалеку, упорно делая вид, что ничего не происходит.

– И вот с ним вы собирались идти? – надменно спросил я у них. Ответа от них не