Секреты, скрытые в шрамах - Эстрелла Роуз

— Ну знаешь, если бы кто-то сказал мне, что ты насквозь фальшивая и эгоистичная, то и сам держался бы подальше от тебя. Проклинаю тот день, когда я заговорил с тобой в кафе, да еще и отдал свои деньги за твое кофе.

— Если бы ты знал, как мне было противно находиться с тобой на том ужине в доме Терренса и Ракель. Я только и делала, что считала минуты до того, как смогу наконец-то свалить и больше не видеть тебя.

— Я уже несколько раз успел пожалеть, что согласился поехать туда, где была ты, — грубо бросает Эдвард. — Мне не терпелось поскорее избавиться от нужды видеться с омерзительной лгуньей. Чье присутствие я едва мог выносить.

— Тогда предлагаю перестать притворяться, что у нас все хорошо, и мы все еще безумно любим друг друга. Я могу хоть сейчас поехать к Ракель и Терренсу домой и рассказать, что ты гнида, которая поступила со мной просто омерзительно.

— А поверят ли они тебе? Если я расскажу им, как ты обманула и предала меня, то эти люди предпочтут поверить мне и не будут сомневаться в том, что дружат с фальшивой дрянью!

— Ах, это я — фальшивая дрянь? — тыкнув в себя пальцем, громко удивляется Наталия. — А ты, значит, у нас такой невинный парень? Жертва, черт возьми! Жертва, отчаянно пытающаяся строить из себя хорошенького милого мальчика, которого все обязаны любить?

— Можешь хоть сейчас рассказать своим подружкам о том, что между нами произошло. Уверен, что ты выставишь все так, что я буду виноватым, и на меня ополчатся без причины. Ведь ты в этом настоящий профессионал! Откровенно лгать, смотря людям в глаза, — это твое призвание.

— Мои друзья прекрасно знают, какая я на самом деле. А вот тебя многие встретили едва ли не месяц назад и еще не успели узнать, какие тараканы сидят у тебя в голове. Однако если я очень сильно захочу испортить тебе жизнь и настроить других против тебя, то легко смогу это сделать.

— Прекрати строить из себя неизвестно кого! — сухо бросает Эдвард, становясь все более агрессивным и едва сдерживая свою злость. — Ты — жалкая трусиха, которая может только реветь, когда она сталкивается с проблемами, и ждет, когда ее кто-нибудь спасет. Все ждешь своего чертового принца на белом коне как полная дура! Ха! Да никогда его у тебя не будет! Потому что ты — фальшивая лгунья!

— Себя что ли описал? — грубо, громко интересуется Наталия. — Очень подходит тебе!

— Хватит лгать, Наталия! Ты и так лжешь уже несколько месяцев и делаешь вид, что ничего произошло. Пора бы уже рассказать ту правду, которую ты скрываешь от меня. От Ракель, Анны, Терренса и своих родителей. Все они ждут, когда ты хоть что-то расскажешь, но так до сих пор не услышали даже намеки.

— Я тебя не понимаю… — покачав головой, дрожащим голосом произносит Наталия. — Ты не знаешь, что говоришь!

— Я знаю, что говорю! — громко, раздраженно бросает Эдвард. — Наверное, только слепой не заметит, что ты скрываешь что-то ото всех. Ты пытаешься скрыть это, но у тебя это получается просто ужасно. Настолько ужасно, что тебя сразу же раскусили.

— Ха, ты и сам не блещешь талантом в притворстве. Думаешь, что твое милое личико и умение забалтывать и незаметно менять тему разговора все решат? И тебе удастся избежать лишних вопросов? Нет, МакКлайф, это не будет работать вечно. К тому же, я нисколько не сомневаюсь, что моя подруга и твой братец уже давно раскусили тебя.

— А ты, наверное, обрадовалась, видя, что Ракель и Терренс якобы забыли о нас и перестали интересоваться нашей жизнью. Нет, дорогая моя, эти двое не забыли! Они лишь притворяются и на самом деле продолжают наблюдать за нами и собирать всю информацию буквально по крупицам.

— А тебе-то какое дело, забыли они или нет? Они оба прекрасно понимают, что им лучше не влезать в наши дела, и нам самим нужно разобраться во всем.

— Да, а ты прямо так сильно хочешь во всем разобраться! — закатив глаза, громко хмыкает Эдвард. — Сама всю эту кашу заварила — вот сама ее и расхлебывай! Объясняйся со всеми, рассказывай всю правду и ищи оправдания своим поступкам и истерикам!

Глава 27

— Советую и тебе сделать то же самое. — Наталия расславляет руки в бока. — Ты и сам боишься, что кто-то раскроет все твои тайны, которые явно скрываешь ото всех. А, Эдвард? Не хочешь признаться во всех своих делишках и рассказать, что ты задумал на самом деле?

Эдвард резко бледнеет и начинает нервничать, перенося свой вес то на одну ногу, то на другую, так как прекрасно понимает, что Наталия абсолютно права.

— Ну и богатая же у тебя фантазия! — всеми силами скрывая свое волнение, но понимая, как часто бьется его сердце, презренно хмыкает Эдвард. — Теперь тебе начинает казаться, что я что-то скрываю. Начни понимать реальность, девочка! Ты живешь не в своих больных мечтах!

— Что? — слегка приподнимает голову Наталия, свысока смотря на Эдварда. — Нечего сказать? Или трусишь потерять доверие тех, кто еще не знает, что ты — не тот, за кого себя выдаешь? Уверена, что тебя неспроста доставали теми звонками. Я помню, как ты начинал нервничать при каждом звонке и после долгого разговора с какими-то людьми приходил весь ошарашенный. Это заставляет меня думать, что ты куда-то серьезно влип.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — чувствуя, как сильно напряжена каждая его мышца, сухо отвечает Эдвард.

— Нет, Эдвард, ты все прекрасно понимаешь. Не удивлюсь, если ты связан с какой-нибудь бандой преступников и ворвался в жизнь Терренса и Ракель, чтобы уничтожить их. Ты так хорошо притворяешься хорошеньким и порядочным, что все мгновенно полюбили тебя. Представляю, какое разочарование они испытают, когда поймут, что среди них находится самая настоящая падла.

— Нет, ты точно больная на голову!

— Могу поспорить, кто здесь больной на голову. Может, у тебя есть какие-то тараканы в голове, из-за которых ты можешь оказаться похуже своего братца. Так что не смей говорить, что я лгу тебе и даже больная, потому что ты ничуть не лучше меня.

— Хватит нести чушь, глупая ты дура! — громко прорычав, грубо бросает Эдвард. — В жизни не встречал столь истеричную безмозглую курицу, которая только и может делать, что реветь и вечно всем врать.

— Заткнись сейчас же, ты, чертова мразь! — раздраженно шипит Наталия, угрожая Эдварду пальцем. — А иначе ты так выведешь меня из себя, что я