Тайны Морлескина - Наталия Викторовна Шитова

– Вот именно! – поражённо выдохнул Ноэль и схватился за голову. – Так эта ошибка природы… – он кивнул на Дайру. – Этот горе-князь взял и уничтожил весь запас краппы?! Пусть миры по эту сторону грани рухнут, лишь бы мне не достались?! Ах, как умно!

И Ноэль расхохотался каким-то пугающим сатанинским смехом.

Ольгер терпеливо переждал короткий монолог взбудораженного Ноэля и спокойно вставил:

– Да, это было весьма умно. Потому что краппа, вопреки расхожему заблуждению, полностью восстанавливается после обратной кристаллизации.

Ноэль нервно хрустнул пальцами:

– Ты несёшь полную чушь, волчонок! Растворённая краппа – убитая краппа! Ты просто безграмотный невежда, княжич, это даже удивительно!

Ольгер улыбнулся:

– А ты не можешь допустить, что кое-какие тайны мироздания от тебя ускользнули, великий Ноэль?

– От меня ускользнули, а от тебя нет, так что ли? – недобро уточнил хозяин Амазора. – Когда это ты успел их постичь? Когда следы хвостом заметал?

– А вдруг? – прищурился Ольгер.

Ноэль приосанился.

– Что ж, открывай склянку, проверим, – прошипел он. – Если после обратной кристаллизации краппа окажется мёртвой, ты станешь моим метаморфом, волчонок… Не просто метаморфом – рабом, из которого я кишки тянуть буду!

– А если краппа окажется живой? – уточнил Ольгер.

Ноэль нервно фыркнул:

– Тогда не только в Морлескине, а в любом, даже самом замшелом уголке мироздания никто и пикнуть не посмеет о том, что ты – изначальный зверь! Слова такие все забудут!

Ольгер пожал плечами:

– Давай посуду.

Ноэль нервно поработал ладонями, сжимая и разжимая кулаки, и вдруг широким размашистым движением смахнул со стола почти всё, что там стояло. Посуда загремела и зазвенела, падая на пол, еда разлетелась в разные стороны, разбрызгалось по сторонам вино из разбитых бокалов и бутылок. Мне на колени прилетел какой-то обгрызенный кусок. Зато почти весь стол остался свободным.

– Отошли все! – коротко рявкнул Ноэль. Относилось это к нам троим, сидящим вокруг стола.

Я и Райс поспешили отойти в сторону, Дайру выдернул из-за стола один из охранников.

Ноэль прогулялся к шкафчику в дальнем углу, принёс несколько маленьких глубоких блюдечек, поставил на стол.

Ольгер свернул крышку на бутылочке и наполнил блюдце изумрудной жидкостью.

– Великий Ноэль! – Ольгер церемонно кивнул и жестом пригласил опытного мага дать мастер-класс.

Ноэль протянул руку, остановил ладонь над блюдечком, неторопливо зашевелил пальцами. Вино запузырилось, зашипело и довольно быстро выкипело, оставив на дне блюдца зелёный налёт и маленькую горку тёмного порошка, очень похожего на знакомую мне с детства марганцовку.

Закончив, Ноэль накрыл блюдце ладонью и через несколько секунд развёл руками:

– Проверь, волчонок, и убедись сам, что твоё представление не удалось. Краппа мертва.

Проверять Ольгер не стал. Он невозмутимо наполнил второе блюдечко, поставил его себе на ладонь. Даже на большом расстоянии от Ольгера я почувствовала холодок, и через несколько секунд жидкость в блюдце превратилась в рыхлый зелёный сугроб, который вспучился искристой шапкой. Затем Ольгер перевернул блюдце над столом, миниатюрный сугроб разбился о столешницу, превратившись в широкое пятно зелёного инея. А в самой середине пятна образовалась небольшое фиолетовое пятнышко краппы.

– Проверяй, великий маг, – кивнул Ольгер.

Ноэль внимательно посмотрел на Ольгера, потом на Дайру и решительно накрыл ладонью фиолетовое пятнышко.

– Те, кто пытались ставить над краппой разные опыты… – заговорил Ольгер, пока Ноэль с напряжённым выражением на физиономии держал ладонь на столешнице. – … дружно сделали одну и ту же ошибку. Они выпаривали растворы с краппой, нагревая их, высушивали при естественно-положительных температурах, и замораживать растворённую краппу – как это сделал я сейчас – они тоже пытались. Но все они растворяли краппу в воде, и никто не попытался растворить краппу в цветных винах, как это придумал сделать мой брат. Он считал, что должны отыскаться такие условия, при которых краппа восстановится. И надо же – выяснилось, что если краппу растворить в цветном вине, а затем заморозить, её свойства восстанавливаются… Кто бы мог подумать, да, Ноэль?

Ноэль не двигался, на лице его постепенно проявлялась паника.

– Но даже не это самое главное, – продолжил Ольгер. – То, что я тебе, Ноэль, показал, не просто возвращает краппу в живое состояние, но ещё и сохраняет в первоначальной силе заклятье, записанное на краппе до растворения.

Ноэль стоял, всё так же, не меняя позы. Но кое-что изменилось. Волны мелкой дрожи начали одолевать его. Лицо исказилось болезненной гримасой. Он попытался было оттолкнуться от столешницы и выпрямиться, но не смог, склонился ещё ниже и рухнул на стол вниз лицом.

– Не вини себя, Ноэль, – вкрадчиво сказал Ольгер, глядя, как великий маг корчится в судорогах. – Ты поддался азарту, это так по-человечески. Ты не принял всерьёз своего врага только потому, что он – обычный. И это тоже по-человечески. Ты хотел невозможного и не собирался никого щадить – и это я тоже понимаю, сам такой. Ты так легко поверил в чужую подлость – ну, тут без комментариев… Извини, эту войну ты проиграл.

Ноэль собрал силы, подобрался, оттолкнулся, наконец, от