Тонкости эльфийской социологии - Татьяна Патрикова

А потом я выдвинул предложении, еще раз прошерстить Иркину сумку. Мерцающий сначала не понял, что я от него хочу. Напомнил ему о том, что кроме дополнительных телевизоров и ноутов, мы с ним еще много чего из техники накупили, пока наши колокольчики в университете экзамены сдавали. Так на свет божий был вытащен принтер для цветных фотографий и мой фотоаппарат, в памяти которого еще хранились наши с ребятами фотки с прогулки по Холёбаску. Так что остаток дня мы шумной компанией занимались составлением фотоотчета для родителей колокольчиков. Фоткали друг друга во всех самых примечательных местах в замке и даже за его пределами. Потом скидывали к нам с Иром на ноут и выбирали самые удачные кадры. Только их и распечатывали, под лозунгом: 'По две фотографии на рыльце!', провозглашенном Томом, когда выяснилось, что краски для принтера и фотобумаги на всех не хватит. В общем, развлекались от души.

А к вечеру в Аналой прибыла целая делегация. Оказывается, в Ложе прознали о том, что Мих с сыновьями у нас второй день пропадает, поэтому решили выяснить, не сожрал ли тут Дюрмеймов кто-нибудь из драконьего племени. Меня в компании Ира на этот раз к обсуждению сложившейся в Речном Крае ситуации не привлекали. Закрылись в обеденной зале и все. Но мы, собственно, не особо и рвались присутствовать при рыцарских разговорах. Пусть Мих с Витом сами со всем разбираются. Они же тут главные. Да и Финик – тот еще фрукт, им в помощь.

Ужин нам слуги принесли в комнату для игр, так как взрослые продолжали заседать до поздней ночи. Набив животы, расползлись по кроватям, так как сегодня моими стараниями, ухондокались все так, что подушка стала самым вожделенным предметом обихода. Я сам отрубился, как только голова коснулась подушки. Даже не стал дожидаться, когда там Ир выползет из ванной. А утро следующего дня опять началось для меня слишком рано. Толком выспаться не успел. Но надо было вставать. Так как сегодня, четвертого журчанья по местному календарю праздник начала весны. И наши рыцари еще вчера клялись и божились отвезти меня на самую настоящую деревенскую ярмарку. Вот туда-то мы с утра пораньше стопы и направили.

Думал, придется ехать с Иром на одной лошади. Я ведь конным спортом никогда не занимался, поэтому честно признался, что самостоятельно ехать верхом не смогу. Тогда Гарри тут же предложила забраться к ней в седло. Я только навострил копыта, как вмешалась Иля, самая мудрая из нас всех. До простого народа слух о том, что рыцари пробуют с драконами помириться еще не дошел, это определенно. Поэтому темная предложила представить себе реакцию простого люда на то, что в небе над ярмаркой появится дракон. Судя по тому, как вытянулись рыцарские лица, они себе это все представили в красках. Поэтому снова встал вопрос об одной для нас с Иром лошади. Но тут уж вмешался сам мерцающий.

– Мы пойдем порталом. А вы потом к нам присоединитесь.

– Но тогда Андрей не увидит всех красот Речного края! – Запротестовал Пауль, которому хотелось похвастаться своей страной.

– Ничего. Когда завтра улетать будем, с дирижабля насмотрится, – отрезал Ир, и никто его переубеждать больше не стал.

Лично мне так вообще было без разницы, как до места проведения ярмарки добираться. Никогда не питал особой слабости к красотам природы. Недаром же, когда только попал в университет, на пейзаж за окном особо не засматривался, чем и удивлял поначалу командоров, выделенных мне ректором в качестве экскурсоводов. К Иркиным порталам я уже привык, так что смело шагнул в черную дыру вслед за мерцающим. Когда проморгался и сумел снова вспомнить кто я и где нахожусь, не сразу услышал Ира, который, казалось, стоял совсем рядом. Вокруг бесновалась шумная толпа. Точнее, мне в первый момент так показалось. Но потом дошло, что все эти кричащие и бурно переговаривающиеся люди, движутся куда-то в одном направлении, обтекая нас с обеих сторон, как досадное препятствие, не более того. Мы пошли вместе со всеми.

Цепляться за Ира было как-то несолидно, так что я старался лишний раз рот не разевать и по сторонам не смотреть, чтобы не потерять из виду мерцающего, снова ставшего эльфа. Так мы добрались до большого луга, расположенного чуть в стороне от деревенских домиков. И первое, что привлекло мое внимание были красочные шатры и величественно парящие над всей этой земной вакханалией дирижабли. Последних я насчитал восемь штук. На некоторых развивались пестрые флаги, и сверху нам всем, оставшимся внизу, махали и что-то выкрикивали люди, успевшие вознестись к небесам. Захватывающее зрелище. Но вернусь к земному.

Торговых палаток, шатров и наспех сколоченных павильонов тут было столько, что наш московский Черкизон, слава о котором до сих пор гремит по всей России, отдыхает и нервно курит в сторонке. Тут все что-то покупали, каждый что-то продавал, в одну общую мешанину звуков сливались людская речь и вскрики странных животных, некоторые из которых казались мне смешными, некоторые страшными, но в большинстве своем были ничем иным, как деревенским скотом или домашней птицей. Куда идти, на что смотреть было непонятно. Глаза разбегались. В какой-то момент я выхватил взглядом крупную надпись, выполненную в виде разноцветных букв, парящих прямо в воздухе над одним из шатров. Мой переводчик дословно перевел её так: 'Формула любви', а дальше, чуть ниже и помельче, – 'Узнай, как прожить с любимым до глубокой старости, вырастить внуков и умереть счастливым'. Самое интересное, что в шатер входили в основном совсем еще молодые парочки. Те, кто постарше обходили это место стороной.

– Я так понимаю, это и называется программа максимум, – прокомментировал, привлекая внимание Ира.

– А?

– Влюбиться, состариться, настругать выводок внуков, умереть в один день. Все как доктор прописал.

– Где?

– Да, вот же! – Показал мерцающему надпись. Тот завелся в один момент.

– Шарлатанство! – Прочитав до конца, безапелляционно заявил мой личный почти архимаг тоном оскорбленного до глубины души профессионала. – Любовь и счастливое будущее не поддается никакому прогнозированию, тем более на столь длительный срок. Там слишком много сторонних факторов, которые просто невозможно учесть все сразу. Ну, сейчас я с этими пустобюрехами разберусь! – И даже попытался рукава засучить для пущей убедительности, но я вовремя поймал его за локоть и оттащил в сторонку.

– Не надо, дай людям заработать. Лучше иди сюда!

– Зачем? – Вопросил мерцающий, все еще недовольный увиденным, когда мы оказались в небольшом промежутке между двумя шатрами, где кроме нас, понятное дело, больше никого не было.

– Разговор есть.