Алая Завеса. Наследие Меркольта - Роман Александрович Покровский

Она, как и все близкие Юлиана, и раньше была в опасности, но слова Сорвенгера обозначили её как одну из приоритетных целей.

– Это просто невинная девушка, – сказал Юлиан. – Она никогда не перейдёт вам дорогу. Для издевательств у вас есть я. А её оставьте в покое.

– Разве я говорил, что собираюсь нарушить её покой? Нет ничего милее улыбки такой прелестной девочки. Мне не чуждо прекрасное, Мерлин.

Сорвенгер улыбнулся. Если улыбка Магдалены была самым милым явлением в мире, то с Сорвенгером всё обстояло в точности наоборот. Его фальшивый оскал пробуждал рвотные порывы.

Юлиан кивнул. Он не хотел отвечать, продолжая тем самым разговор.

– Сожалею, что наша встреча вышла такой недолгой, но у меня ещё много дел, – откланялся Сорвенгер. – Полагаю, ты не против, если я пойду?

Юлиан был обеими руками «за».

– Никаких проблем, – проиронизировал он. – Конечно, идите!

Сорвенгер выдал демонстративно невежественный лёгкий поклон головы, после чего вышел через дверь. Юлиан ожидал, что он растворится в воздухе, как это было прежде, но Сорвенгер решил оставить эти фокусы в прошлом.

Юлиан облегчённо выдохнул. Он пережил очередную встречу с Сорвенгером, и это могло считаться за небольшую победу.

Едва дверь захлопнулась, Магдалена пришла чувство. Разбив наконец яйцо, она застыла, разглядывая сковороду.

– Что случилось? – спросила она у Юлиана. – Я только что поставила её на плиту.

Услышав этот голос, Юлиан почувствовал, как его нутро наполняется счастьем. Сорвенгер вернул ему Магдалену.

– С тобой всё в порядке? – обняв девушку, спросил он.

Та непонимающе посмотрела на него.

– А что со мной могло случиться?

– Как самочувствие? Дыхание?

– О чём ты?

– Я сам приготовлю, – выхватил Юлиан из руки Магдалены лопатку. – Иди отдохни.

– Я не устала!

Она искренне не понимала его. Возможно, Юлиан слишком переусердствовал в заботе.

– Мне нужно сказать тебе кое-что важное, – размеренно произнёс он. – Возможно, у нас не всё хорошо. В ближайшие дни ты не должна отходить от меня ни на шаг.

– Мы итак всегда вместе.

– Да, я знаю. Но обещай мне.

– Что случилось, Юлиан? Ты пугаешь меня!

Юлиан не мог рассказать ей всю правду прямо сейчас, и на это было несколько причин. Во-первых, она всё равно ему не поверит, потому что его слова будут выглядеть нереалистично. Во-вторых, это может напугать её. Лучше оставаться в неведении, будучи уверенной, что Юлиан сможет защитить её от кого угодно.

К несчастью, он и сам не был в этом уверен. Разумеется, он приложит все усилия для этого, но окажется ли их достаточно? В любом случае, плохая защита куда лучше её полного отсутствия.

– Мы в опасности, – произнёс он. – Это всё, что ты должна знать. Не задавай мне лишних вопросов.

– Я требую ответов.

– Тебе достаточно знать, что я не хочу потерять тебя.

Магдалена не была такой же настойчивой, как, к примеру, Хелен, но всё ещё оставалась женщиной. Этот пол отличался излишним любопытством, поэтому Юлиан решил применить простой, но действенный метод – поцеловать её.

Уловка сработала – Магдалена в эту же секунду забыла вопрос.

Последующие три дня Юлиан не посещал академию, справедливо рассудив, что благополучие Магдалены на данный момент важнее нескольких малозначащих занятий. Никто и не думал преподносить этой паре никаких сюрпризов – было настолько спокойно, что в голову невольно прокладывались подозрения.

Магдалена готовилась к дипломной работе, поэтому ей не приходилось ходить на учёбу. В свободное от ласк с Юлианом время она корпела над работой – стол был завален кипой различных бумаг с исследованиями.

Юлиан знал, что через три года его ожидает то же самое. Он рассчитывал, что к тому времени его жизнь будет свободной от нынешних проблем, поэтому особо не переживал по этому поводу.

Многим страшнее было происходящее сейчас.

Сорвенгер отлично знает, где они находятся и, если захочет, может прийти в любой момент. К своему сожалению, Юлиан не знал, как противостоять ему в этом случае – дьявольская сила не проявлялась в нём по щелчку пальцев.

Магдалена уже сопела, но Юлиан совсем не хотел спать. Оставаясь наедине с самим собой, он погружался в омут переживаний и размышлений, откуда не было обратной дороги. Времяпровождение с Магдаленой каким-то образом блокировало его сознание от дурных мыслей, и он забывался, становясь чуточку счастливее.

– Магдалена? – прошептал он.

Юлиан не хотел её будить. Он назвал её имя на всякий случай – если она не спит, он сможет немного отвлечься, в противном же случае не сильно расстроится.

– Спи уже, – недовольно пробурчала девушка.

– У тебя когда-нибудь возникало чувство, что ты теряешь себя?

– У меня возникало только чувство злости к тем, кто не даёт мне спать. Который час уже?

– Не знаю, – ответил Юлиан. – В последнее время мне начало казаться, что я не Юлиан Мерлин, а кто-то другой. Я ощущаю злость по отношении ко всему, что движется, и порой совершаю поступки, которых раньше бы не совершил.

Поняв, что спокойный сон откладывается, Магдалена открыла глаза.

– То, что случилось с тобой в последнее время, не могло оставить тебя прежним, – прошептала она. – На твоём месте я бы и вовсе не справилась.

– Я всегда считал, что сила заключается в том, чтобы сохранять человечность независимо от того, что с тобой происходит. Тебе тоже жизнь тоже приносила немало сюрпризов. Как ты могла остаться собой? Такой же милой и доброй, какой я привык тебя знать?

– Я не знаю никого добрее тебя.

– Мне кажется обратное. Все близкие люди начинают отворачиваться от меня. И мне сложно обвинить их в чём-то, потому что я осознаю свою неправоту. Но не могу ничего поделать с собой. Не могу измениться. В последнее время я всё больше и больше становлюсь уверен в том, что в конечном итоге останусь один.

– Я не позволю тебе остаться одному, – пообещала Магдалена. – Что бы ни было.

Для Юлиана много значили эти слова. Но он уяснил для себя то, что не бывает ничего вечного. Рано или поздно всё сгорает, оставляя после себя лишь горький пепел из разочарований и несбывшихся надежд.

– Я боюсь сам отвергнуть тебя, – признал Юлиан. – Мне сложно представить, зачем я это сделаю, потому что лучше тебя в моей жизни никого нет. Но в моей душе поселилась какая-то… Чернь. Она провоцирует меня на ужасные поступки.

– Ты убил кого-то?

– Почти. Я не рассказывал тебе, но недавно я пытался призвать своего доппельгангера, потому что думал, что это он охотится за моими близкими. Но вместо этого я столкнулся с… Ты не поверишь. В своём сне я видел того, кто назвался Халари.

– Ты видел