Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна

— Террориста убедить, чтоб не взрывал бомбу и отпустил заложников! — с места выкрикнул Финниган.

— Ага, и Авадой добить, чтоб наверняка, — добавил Томас.

— Попрошу без ответов с места и без шуточек, — строго сказала Марина Николаевна. — Итак, вы убедились, что одно-единственное заклинание может быть использовано множеством разных способов. Однако классификация относит его к Темным искусствам, а якобы шуточные заклинания — нет. Например, я обратила внимание, что в школе распространено заклинание «ватных ног». Кто скажет, чем оно опасно? Мистер Лонгботтом?

— Если его применить к тому, кто идет по лестнице, он упадет и может покалечиться, — выговорил круглолицый паренек.

— Или решит, что его парализовало, — добавила с места Джонс.

— Мадам! — подскочил Томас. — А если им запустить в человека на метле… и Ступефаем тоже можно, и Петрификусом, тот запросто с метлы свалится! Шлёп — и в лепешку!

— Мне нравится ход ваших мыслей, — серьезно сказала Марина Николаевна. — Продолжайте. Мисс Грейнджер?

— Мадам, получается, даже шуточное заклинание можно превратить в оружие?

— Разумеется. Сами можете привести пример?

— Д-да… В прошлом году в меня рикошетом угодило заклятие роста зубов, — она приметно покраснела. — Они почти до груди доросли, пока я добралась до больничного крыла. И колдовать так невозможно, если не владеешь невербальной магией, слова не выговариваются.

— Еще немного, и ты б о них споткнулась, — фыркнул Томас.

— И сломала бы, а это очень больно! — вспыхнула Грейнджер.

— Ну вот, вы прекрасно все понимаете, — произнесла Марина Николаевна. — Даже простейшей Левиосой человека можно поднять… и уронить из окна башни.

— Рон, ты же тролля так завалил! — потыкал Финниган Уизли в спину.

— Еще примеры? Мисс Браун?

— Таранталлегра! Если у человека сердце больное или еще что-то, он не выдержит пляски! Да даже если просто слабый, может умереть от переутомления, если заклинание не снимут…

— Отлично. Если кто-то из магглорожденных или полукровок знает оригиналы сказок, то в одной из них злую мачеху заставили танцевать в раскаленных железных башмаках до тех пор, пока она не умерла, — напомнила Марина Николаевна. — Еще? Ступефай уже упоминали, Петрификус из той же области…

— Заклинание щекотки? — робко подал голос Невилл, неуклюже встал и добавил: — Мэм…

— Да, совершенно верно.

— Разве от щекотки можно помереть? — тихо удивился Томас, а индианка подняла руку.

— Да, мисс Патил?

— Если заклинание сильное, то будешь так смеяться, что не сможешь вдохнуть и… и всё! — выпалила она.

— Верно. Скажу вам больше, — произнесла Марина Николаевна, — в средние века существовала пытка щекоткой.

— Да ладно, как такое может быть? — не выдержал Уизли. — Э-э-э… простите, мадам.

— Может, желаете испробовать на себе? — предложила она. — Тогда идите сюда и разувайтесь.

— Ну, я готов, только… — он начал было вставать, но покраснел и сел обратно.

— Забыли поменять носки? — угадала Марина Николаевна. — Ну что ж… еще желающие есть?

— Можно я, мадам? — сорвалась с места Грейнджер. — Я читала об этом!

— Ну, — та посмотрела на часы, — у нас есть еще четверть часа, думаю, успеем. Хотя бы в первом приближении. Разувайтесь и садитесь на мой стол, чтобы всем были видны ваши ступни.

Она живо запечатала дверь, а то так вот директор войдет, а тут… то ли пыточная, то ли тематический клуб! (Подруга пыталась затащить Марину Николаевну в подобное заведение, но та не рискнула, почитав описания и посмотрев видео.)

— Ой! — сказала Грейнджер, когда на ее руках сомкнулись кандалы, а щиколотки оказались намертво заперты в деревянном хомуте. Кажется, идея уже не казалась ей такой привлекательной.

Амбридж любила котят, поэтому Марина Николаевна живо трансфигурировала парочку из подручных предметов и натравила их на розовые пятки Грейнджер. У кошек языки шершавые, то, что надо…

Сперва девушка хихикала и поджимала пальцы. Потом начала смеяться уже истерически и извиваться всем телом, пытаясь высвободить ноги. Потом взмолилась:

— Хватит, мадам, я больше не могу-у-у-у!

Марина Николаевна, сама стараясь не засмеяться, мановением палочки убрала котят и освободила ученицу.

— И как ощущения? — спросила она.

— Сп-перва просто щекотно… — выговорила та, сидя на столе и нервно вздрагивая. — Потом… странно как-то… Вроде смеешься, а судорогой сводит, и чем дальше, тем хуже…

— А теперь представьте, что это длится часами и даже сутками, пусть и с перерывом, — спокойно сказала Марина Николаевна, — пока не сознаетесь в каком-нибудь прегрешении. От подобного нервная проводимость увеличивается, вы начинаете дергаться от любого прикосновения… Вы в порядке, Грейнджер? Видимо, у вас чувствительность высокая, надо было раньше попросить прекратить.

— Но мне же было интересно узнать, сколько я выдержу, мадам! — сказала та, обуваясь и все еще подергиваясь.

— Погодите, я вам успокоительного накапаю на всякий случай, — вздохнула Марина Николаевна, благо запаслась этим добром у мадам Помфри.

Прежде-то носила в сумочке «корвалол» с «валидолом», обычный дамский набор, да только где тут добудешь даже аналоги?

В классе шушукались.

— Итак, — сказала Марина Николаевна, — надеюсь, теперь всем ясно, что даже так называемые шуточные заклятия могут быть смертельно опасны?

— Да они чего-то как-то не шибко от непростительных-то отличаются, если подумать, — передернувшись, сказал Томас.

— Вот и подумайте. И о листочке не забудьте!

Вместо ответа вернувшаяся на место Грейнджер протянула ей заполненный листок.

— Надо же, какое единодушие, — сказала Марина Николаевна, посмотрев на ровный столбец имен слева и пустое место справа. — Хорошо. Домашнее задание: законспектировать первую главу учебника, можете коротко, а также выбрать два любых известных вам заклинания и написать минимум по три нестандартных способа их положительного и отрицательного применения. То же самое — для Круциатуса, до которого мы сегодня добраться не успели. Можете быть свободны.

Время Марина Николаевна рассчитывать умела — сразу после ее последних слов ударил колокол.

— Мистер Лонгботтом, задержитесь, — сказала она и подошла к тому круглолицему пареньку. Марина Николаевна (то есть Долорес) знала, что его родители были замучены Круциатусом до потери рассудка, потому и предпочла дать ему альтернативное задание. — Вы про Круциатус не пишите. Возьмите третье заклинание по своему выбору. Вот, например, для ускорения роста растений. Кстати, тоже есть такая пытка!

— Это как? — удивился тот.

— Пленного растягивают на земле над ростками бамбука, привязав к колышкам за руки и ноги, — ответила она, — и садятся пить чай. Однако некоторые сорта бамбука могут вырасти за сутки на три фута, так что участь пленного незавидна. Конечно, если это всё не маггловская легенда…

— У магглов, может, и легенда, а если с заклинанием роста или волшебными растениями… — Лонгботтом задумался.

— Вот и напишите об этом, сколько получится, — Марина Николаевна развернула его к дверям. — Идите, у вас скоро другой урок! И приходите в субботу после занятий к заброшенным теплицам, поможете их разгребать.

— Да, мадам, я приду, профессор Спраут уже сказала! — обрадовался он и умчался.

— Ах да, вечно забываю, пятьдесят баллов Гриффиндору, — сказала Марина Николаевна в потолок.

Со слизеринцами было проще, они неплохо разбирались в сути непростительных, хотя о нетрадиционном применении обычных заклятий тоже не думали. Рэйвенкло — там сплошь исследователи, они это приняли на ура, а Хаффлпафф подумал-подумал и тоже согласился, что идея имеет право на существование.

С первыми курсами проблем вообще не возникало: малышне пока достаточно теории, именно по учебнику, чтобы система в голове уложилась, третьим-четвертым курсам самое время изучать боггартов и прочую мелкую нечисть. Ну а самые старшие уровнем знаний мало отличались от пятого, к ним и подход был таким же с небольшой поправкой на возраст.