Алхимик в Пустыне - Лана Туулли

Когда Клеорн, покончив с выволочкой, отправился беседовать о чем-то важном со Смотрителем Колодцев, Лео несколько секунд стоял, переводя дыхание. А фантом Лотринаэна ехидно хихикал ему в ухо:

— Нет, мы все-таки молодцы! Клеорна так пробрало на расследования, что уже к вечеру завтрашнего дня здешние тюрьмы будут забиты раскаивающимися грешниками под завязку!

— Тебе смешно… А вдруг заклинание перестанет действовать, и он вспомнит, что хочет отыскать мэтрессу Далию?

— Спасибо, что напомнил, — голос Лотринаэна стал серьезным. — Пожалуй, ее и в самом деле стоит поискать. Я временно отключусь, не возражаешь?

Лео не возражал. Тем более, что гостей пригласили разделить с хозяевами скромную трапезу.

Вместе с остальными гостями мэтр Лео прошел в большой зал, еще более красивый и пышно убранный, чем предыдущий. Главным украшением трапезной залы были фонтаны, тихо журчащие вдоль стен, и яркие мозаики — на полу, на потолке и между колоннами. Стол был необычно низок, гостям предлагалось сесть на подушки и пользоваться собственными пальцами вместо вилок и ложек. В отсутствие салфеток Лео разложил на колене носовой платок и внимательно проинспектировал ближайшие кушанья.

— Не желаете ли отведать? — с напряженной улыбкой спросила его та самая хозяйка, которая чуть раньше подавала воду для омовения. На золотом блюде, которое она держала в своих нежных ручках, были затейливо выложены небольшие жареные кусочки, благоухающие дивным ароматом.

Лео с удовольствием согласился — ему, в отличие от прочих гостей-эльджаладцев, которые вежливо отказывались от персонального угощения, не захотелось оскорблять хозяйку.

В итоге соловьиные языки, зажаренные с трюфелями, достались не почетному гостю, Кадику ибн-Самуму, а варвару-иноземцу. Не забывая сохранять на лице вежливую улыбку, хозяйка прошла-проскользнула на кухню, где толпились повара, и громыхнула золотое блюдо об пол.

— Не волнуйся, — успокоила ее вторая маменька городского судьи. — Есть еще утиные яйца, которые нам привезли из Нан-Пина, есть печеное мясо кобр, есть большая рыбина из северных земель — та самая, которую прислали в бочке со снегом, есть и сам снег, если наш дорогой сын еще не успел до него добраться…

Почтенные вдовы выглянули, чтобы посмотреть, как справляется сиятельный судья Радж со своими светскими обязанностями. Час был поздний, и мальчишка откровенно зевал, не мешая господину Кадику о чем-то спорить с господином Иолинари.

— Смотри! — с ужасом воскликнула первая вдова.

Вторая хозяйка дома посмотрела в указанном направлении и почувствовала, как жемчуга и парча сдавили ее грудь: варвар-чужеземец, тот самый, который был похож на нашкодившего пса, жестами объяснял слуге, что хочет отведать рыбки… Ну, нахал! Мало того, что вел себя с хозяйкой, как с прислугой, мало того, что сел на место господина Смотрителя Дорог, мало того, что съел предназначенный для самого почетного гостя деликатес…

Мирные отношения Эль-Джалада с соседними королевствами оказался под угрозой.

Торжественный ужин между тем продолжался. Звучали здравницы — за хозяина дома. За эмира Джаву — да правит он триста лет! За встречу старых знакомых (предложил мэтр Пугтакль), за состязания, за магию, снова за хозяина дома. За закон и справедливость (этот тост озвучил господин Иолинари), за победу (тост от мэтра Мориарти), за Пустыню (с очень хитрой улыбкой предложил Кадик ибн-Самум). Потом, где-то через полчаса, гости почувствовали себя свободнее, дошли до того состояния, когда лица соседей стали сливаться в легкой дымке симпатии, постепенно становясь родными, знакомыми и все менее и менее коварными…

С третьей переменой блюд появилась другая хозяйка. На этот раз — не в жемчугах, а в переливчатых опалах.

— О драгоценный гость, стало известно мне, что любитель экзотических блюд вы! И дабы порадовать ваш желудок неземными яствами, дозволено ли будет жалкой хозяйке этого скромного дома предложить вам кушанье, достойное вашего придирчивого вкуса?

Вторая маменька судьи Раджа была стройна, как змейка и невысока ростом. Она сумела расположиться так, что мэтр, обернувшийся на ее вкрадчивый голос, уткнулся носом точно в разрез парчовой накидки. Под которым переливалась разноцветным шелком тонкая, натянутая на груди, рубашка. Очень разрез. И очень переливалась…

— Кушайте, драгоценнейший гость, кушайте, — ласково попросила вдова. Так как мэтр Лео не отрываясь смотрел на дивное достижение эльджаладской легкой промышленности, женщина сама скатала немного плова (Особого! Специального! По тайному бабушкину рецепту!) и затолкала жирный кусочек в приоткрытый рот варвара. — Кушайте, он очень вкусный…

С помощью вдовы Лео проглотил две пригоршни плова, почти не успевая распробовать нахваливаемый вкус, запил вином, который подал по знаку хозяйки слуга…

Не подозревающий о том, что буквально в шаге от него совершается преступление, Клеорн обсуждал с друидом из Фносса, господином Заркавусом, вопросы, касающиеся проникновения некоторых сильнодействующих растительных экстрактов на земли Кавладора. Отвлек сыщика странный звук — будто кто-то пытался извлечь звук из алхимического перегонного куба.

Оказывается, звук издавал мэтр Лео, лицо его побагровело, испачканный жиром рот был открыт и судорожно втягивал воздух, из вытаращенных глаз лились слезы…

— Что с вами, мэтр? Эй, — осторожно позвал Клеорн, потому как волшебник лишь стонал в ответ. — Вы живы?

— Омарский перец, — подоспел какой-то эль-джаладец. Круглолицый парень, невысокий, с короткой стрижкой и странной — очень тощей косичкой из десятка волосков, одетый в расшитый звездочками халат, подхватил Лео под мышки, вытащил его из-за стола и увлек за собой в один из соседних залов.

Клеорн счел своим долгом пойти следом.

— Очень острый перец, который выращивают в оазисах по соседству с Омаром, — объяснял ученик мага, представившийся как Далхаддин-Улитка. — Странно, что ваш друг его попробовал — обычно хозяева предупреждают, какое блюдо сильно приправлено, а то гости могут не оценить острый вкус… Ну вот, господину магу сейчас полегчает — я заблокировал ему вкусовые ощущения.

— И что? — строго спросил Клеорн. Лео пока не выглядел спасенным — он тяжело переводил дыхание, вытирал слезы и хрипел.

— Острота, оставленная перцем, не будет растворяться в ротовой полости. А потом смоется — если он будет пить много воды, только чистой, родниковой, — объяснил Далхаддин. — И всё будет хорошо.

— Спасибо.

— Был рад помочь гостям нашего прекрасного города, — вежливо поклонился ученик мага и оставил варваров приходить в себя.