Девочка и тюрьма. Как я нарисовала себе свободу… - Людмила Владимировна Вебер

укутанные ноги, смотрела и не раз выговаривала: «Людочка, что ж ты так паришься в своих гольфах! Жарко же! Сними их наконец!» А я не поддавалась: «Мне холодно! У меня ноги мерзнут!» И Вячеславна вдруг придумала, как можно использовать мою мерзлявость на благо.

Поначалу сверток очень сильно мне мешался, но я быстро привыкла к этому чужеродному элементу и перестала его замечать. Я решила, что буду заниматься всеми обычными вещами на прогулке: упражнениями, чтением. Делать все, как всегда. Чтобы никто ничего не заподозрил. Так все и вышло, я благополучно позанималась, почитала, и мы вернулись в камеру.

В камере я огляделась – где Маришка? Что мне делать дальше? Но Маришки я не увидела, никто никаких знаков мне не подавал, и я пошла на кухню – готовить себе чай. «Сколько же мне еще так ходить?» – думаю. И только подумала, как на кухню заходит Вячеславна с кружкой, проходит мимо меня и глядя куда-то в сторону шепчет: «Потом мне отдашь…»

Я даже не оборачиваюсь. Не спеша пью чай. Потом чуть ли не насвистывая, выхожу из кухни, иду на свое спальное место. Беру книжку, ложусь, типа читаю. Вячеславна сидит рядом с молитвенником в руках. Друг на друга мы по-прежнему не смотрим. Продолжаем разыгрывать сюжет из шпионского триллера. Мне и смешно, и в то же время таких захватывающих ощущений я давно уже не испытывала. Я словно участвую в какой-то азартной игре. Мне и страшно, и крайне интересно! Вячеславна шепчет: «Давай!.. Осторожно, главное, чтоб цыгане не заметили!» Под «цыганами» она имеет в виду Карму и ее верных прихлебателей – Мамику и Леру. Последняя все время шныряет по камере туда-сюда и зыркает глазами по нашей половине. Мамика ведет себя еще наглее. Подходит то к Ракият, то к самой Маришке с какими-то надуманными предлогами. Поэтому приходится держать ушки на макушке.

Я тихонько оглядываю камеру. Наших врагинь не видно. Я, не отрываясь от книги, засовываю руку в носок, достаю сверток и кладу его под сложенное вафельное полотенце рядом с собой. Потом захлопываю книгу. Спускаюсь со своей «пальмы». Иду в туалет. Когда возвращаюсь на место – под полотенцем пусто. А Вячеславна продолжает молиться…

Все, моя миссия выполнена! Я чувствую огромное облегчение. Все-таки таскать на себе нелегальный запрещенный предмет – невероятно нервное занятие! Это длилось от силы часа два, но по ощущениям словно бы целый день прошел!

Но нервное – это одно. Это было и безумно опасно! Ведь если бы меня поймали люди в форме, мне бы грозило суровое наказание. Занесение в личное дело, рапорт, всяческие объяснительные. Могли поставить полосу, отправить в карцер. Перевести в другую камеру, снова засунуть на спецблок. Да мало ли разных мер! И я ничего бы не смогла поделать, и никто в этой ситуации меня бы не защитил.

Никакое обладание телефоном не стоило таких жертв. Так почему же я вела себя так опрометчиво? Почему так рисковала? Не знаю… Об этой стороне медали – возможных санкциях – я в тот момент вообще не думала. Заботилась только о том, чтобы наш телефон не запалила Карма и ее компания. Мой здравый смысл в этой ситуации отключился напрочь, и я продолжила участие в этой авантюре.

Мы установили негласный ритуал. Часов в одиннадцать утра, перед прогулкой, Маришка передавала телефон Вячеславне, что было более естественным, ведь они общались намного чаще. Затем Вячеславна подкладывала ко мне на постель полотенчико, я доставала сверток и быстро засовывала его в свой носок. Шла в туалет, чтобы расположить его более аккуратно и незаметно. Потом в ожидании выхода на улицу я занималась обычными делами. На улицу шла под наблюдением Вячеславны. После прогулки возвращала сверток по ее же сигналу. Примерно одним и тем же способом…

Но это происходило не каждый день. Иногда меня не «загружали» и по два дня, и по три. И тогда я уходила гулять «пустой». На чем строился этот график, если он вообще на чем-то строился, я по-прежнему не понимала.

Так прошло примерно недели две. Пока вдруг я чуть… не попалась.

В тот день я пошла на прогулку «без груза». Занимаюсь себе во дворике, радуюсь, что сегодня мне не надо беспокоиться о том, видно ли из-под носка телефон, не выпадает ли он? Значит, можно подвигаться поинтенсивнее, на всю катушку…

Вдруг дверь в прогулочный двор открывается, и к нам заходят несколько незнакомых человек в пятнистой форме. Фсиновцы! У одной тетки в руках супернавороченная «ракетка». Нам приказывают построиться и подходить к ней по очереди для персонального досмотра. Обыск? Здесь? Во дворике? Ничего себе!

Мы подчиняемся. Выстраиваемся в шеренгу, подходим одна за другой.

Наступает мой черед. Фсиновка тщательно сканирует каждую складочку одежды. Заставляет вынуть все из карманов. Сканирует и перелистывает всю книгу. Как и всем тем, кто в закрытой обуви, велит ее снять. Я снимаю один кроссовок, второй. Вытряхиваю под внимательным зорким взглядом. Затем фсиновка меня ощупывает с головы до ног, добирается до моих гетр. И хоть я не была «заряжена», у меня в тот момент душа ушла в пятки. От мысли: «А если бы была?» Вот тут-то я и попалась бы!..

Когда фсиновцы ушли, я плюнула на свой спорт – не до того! И подошла к Вячеславне. Ходим по кругу и пытаемся обмозговать ситуацию, понять, что это вообще сейчас было? Почему эти архаровцы появились здесь? На моей памяти такого не было ни разу! Ни разу еще фсиновцы не заявлялись в прогулочные дворики. Да и «наши» дежура тоже никогда сюда не заглядывали. Вячеславна тоже не смогла припомнить, чтобы при ней когда-либо шмонали во двориках. Так в чем же дело? Самое логичное объяснение, что сейчас в нашей камере начался фсиновский шмон. Поэтому и нас пришли обыскать. На этом мы и сошлись…

Возвращаемся в камеру, в полной уверенности, что тут побывали фсиновцы. «Ну что? Что было? Нашли что?» – спрашиваем девчонок чуть ли не с порога.

На нас смотрят удивленно.

– Вы о чем?

– Как о чем? Об обыске!

– Каком обыске? Не было никакого обыска…

Мы с Вячеславной бросаемся к Маришке и рассказываем ей о произошедшем во двориках. Во всех подробностях описываем, как именно нас обыскивали-ощупывали. Маришка тоже ничего не понимает. Если у нас в камере не было никакого обыска, так почему к нам во дворик пришли фсиновцы? Это очень странно…

Вячеславна делает мрачный вывод:

– Это неспроста. Кто-то явно стуканул, что во дворике есть что искать… И нам просто повезло, что в