Игра в супружество - Лора Шефнер

Мать вздохнула.

— Думаю, этот контракт — ошибка, Вай, но уже вижу по твоему упрямо вскинутому подбородку, что ты все равно не станешь слушать то, что я могла бы сказать.

Виола сжала плечо матери.

— Все будет прекрасно. Через шесть месяцев я стану безраздельно владеть «Домашним раем», вы с Уильямом выберетесь из долгов, и вся эта затея с фиктивным браком останется позади. Верь мне!

— Я верю тебе, но не верю этому богатому мужчине, — сказала мать, нахмурив брови.

— Не беспокойся, мама. На свете больше нет богатых мужчин, у которых был бы хоть малейший шанс вновь разбить мое сердце.

Длинный белый лимузин доставил Виолу и ее багаж в аэропорт. По настоянию Грея, она накупила кучу всевозможной одежды для их пребывания в Сноувилле. Среди этих приобретений была и отороченная мехом лимонно-желтая парка, в которую она сейчас и была облачена.

Не принадлежа к особам, которые любят упиваться жалостью к самим себе, Виола решила, что неожиданный оплаченный отпуск не должен пропасть даром. У нее вовсе не было желания проводить Рождество с Греем и его родственниками, но с ней, с ее устремлениями никто считаться не собирался. Что ж, еще ребенком, часто переезжая с места на место, она поняла, что и из не особенно приятных ситуаций можно извлечь максимум полезного для себя.

Это была как раз такая ситуация…

— Посадка на рейс пятьсот восемьдесят девять осуществляется через ворота двадцать два в белом вестибюле аэровокзала, миссис Джонсон, — сообщил ей представитель авиакомпании; когда она подошла к билетной стойке. — Ваш муж уже зарегистрировался.

«Миссис Джонсон», «ваш муж»… Непривычные слова резали Виоле слух. К тому же она не привыкла, чтобы о ней заботились. Вот почему внимательность Грея к ней во время полета застала ее поначалу врасплох. Он прекрасно играл роль молодожена, все время оставаясь рядом, нежно прикасаясь к ней и улыбаясь так, будто он и правда был ее любящим мужем.

Виоле даже стало доставлять удовольствие подобное обхождение. Хоть ей и не хотелось признаваться в этом, но она чувствовала себя как-то по-особенному, сидя рядом с красивым мужчиной в салоне первого класса и потягивая шампанское.

Поместье было восхитительным. Из окон окруженного заснеженными деревьями дома открывался такой вид на горы, что у Виолы перехватило дыхание. Высокие окна позволяли проникать внутрь помещений сверканию зимнего снега. Потолки с массивными поперечными балками, отделанные деревянными панелями стены, огонь в камине, сложенном из дикого камня, создавали атмосферу необыкновенного уюта.

Очень мило — вот как Виола оценила увиденное. Однако, когда Грей поставил ее чемоданы в комнату, которая непосредственно примыкала к его спальне, она опять начала мучиться сомнениями, насколько благоразумно было пускаться в это путешествие.

— Извини, но при этой комнате нет отдельной ванной, — сказал он.

— Не имеет значения.

— Возможно, ты переменишь свое мнение, когда сюда заявится вся моя родин, — усмехнулся Грей.

— Когда прибывают остальные?

— Завтра утром. Я обычно приезжаю на день раньше, чтобы все подготовить.

— Понятно.

Виола нервно огляделась. Между ними надолго установилось молчание.

— Виола, — наконец сказал он, судя по всему, угадав ее мысли, — ты, кажется, могла убедиться, что я веду себя, как джентльмен.

— А мне и в голову не приходило, что ты можешь вести себя как-то по-иному, — солгала она.

— Тогда хорошо. — Грей посмотрел на часы. — Устраивайся не спеша, а потом мы поужинаем в местном ресторанчике.

Виола кивнула, а сама подумала, что лучше бы он оставил ее в покое хотя бы до приезда братьев. Было нечто очень соблазнительное в том, как к ней начинали относиться люди, узнав, что она жена Грея Джонсона, а давать волю ложному тщеславию было весьма неразумно…

— Бизнес. Это всего лишь бизнес, — твердила себе Виола, убирая вещи в сосновый гардероб.

Она затолкала кружевное белье под гя желый шерстяной свитер, чтобы случайно открывшаяся дверца шкафа не мсчла прел ставить на всеобщее обозрение столь сугубо интимные предметы туалета.

Ему все труднее становилось подавлять в себе желание относиться к Виоле как к привлекательной женщине, а не как к деловому партнеру. А с того момента, когда он увидел ее в аэропорту, похожую на довольного жизнью желтого цыпленка, такую милую, непосредственную, сердце его забилось учащенно, а глаза повсюду искали точеную фигурку.

Грей не мог понять, что в ней так притягивало. Короткая стрижка, прямой носик, изящный подбородок, удлиненный овал лица, насмешливый взгляд. Обычная симпатичная женщина, каких тысячи. И в то же время ничем не похожая на утонченных красавиц из его окружения. Плюс ко всему Виола Ханнифорд определенно не проявляла к нему никакого интереса, кроме материального.

Однако Грей заметил мелькнувшую в ее глазах тревогу, когда выяснилось, что братья не приедут раньше завтрашнего утра. До сих пор он как-то мало задумывался над тем обстоятельством, что они остаются в огромном доме на ночь вдвоем. Теперь это было единственное, о чем Грей Джонсон мог думать. Вот почему он и потащил ее на ужин в ресторан, стилизованный под охотничий домик. Гораздо легче поддерживать отношения на деловом уровне, когда вокруг люди.

Войдя в зал, Грей почувствовал облегчение, увидев чету Миллер. Светская болтовня Оливии и военные воспоминания Джорджа помогут ему удержать мысли вдали от необычной женщины, повстречавшейся на его жизненном нуги.

Облегающие полосатые брючки и тонкий свитер подчеркивали прелестные формы Виолы. Этого было достаточно, чтобы вывести из равновесия любого мужчину. Если днем она выглядела как цыпленок, то сейчас походила на колибри. Свитер представлял собой переливающуюся радугу из пурпурных и розовых цветов.

Грею все время хотелось сделать ей комплимент, но он сдерживался. Только когда они уже покинули обеденный зал и направлялись к гардеробу, он спросил:

— Ты приобрела все эти вещи в «Серебряном лисе»?

— Да. А что? Что-нибудь не так?

— Нет, все замечательно. Тебе очень идет.

— Спасибо, — чопорно ответила Виола. Неожиданно до них донеслись звуки гитары и банджо, плывшие из открытых дверей соседнего помещения. — Ты не говорил мне, что здесь есть кантри-бар, — сказала она с упреком.

— Я понятия не имел, что тебя это интересует.

Она с тоской посмотрела в ту сторону, где бились о стены зажигательные ритмы.

— Обожаю кантри!

И прежде чем Грей успел что-нибудь предпринять, она уже стояла в дверях бара, притопывая ногой в такт музыке.