Книга шипов и огня - Рэй Карсон

— Я надеюсь, вы хорошо спали, ваше высочество? — громко спрашивает он.

Ваше высочество. Я буквально чувствую кожей общий взгляд соседей по столу, удивленно рассматривающих меня.

Алехандро поворачивается ко всем лицом.

— Вы со всеми познакомились, Элиза?

— Только с княгиней Ариньей, которая была чрезвычайно добра ко мне.

Слева от нас дергаются усы лорда Гектора.

Алехандро смотрит поверх моей головы на красивую княгиню.

— Да, я уверен, что она была добра.

Его взгляд скользит по комнате.

— Я хочу представить вам Лючеру-Элизу де Рикеза, принцессу Оровалле. Она у нас в гостях на неопределенное время от имени своего отца, короля Хицедара.

Я готова рассмеяться, когда все, кто был так равнодушен ко мне, принимаются кланяться. Значит, я принцесса Оровалле. Ну хоть что-то. Хотя, открывая им, кто я, мы выдаем им тайну о Божественном камне. В Оровалле каждый знает имя Носителя. Может, в Джойе Д'Арена дело обстоит иначе. Много веков назад, когда мои предки оставили земли Джойи, чтобы захватить нашу маленькую долину, немного осталось людей, следующих Божественному пути.

Алехандро жестом приглашает меня сесть.

— Не хотел прерывать ваш завтрак, простите меня.

Я с удовольствием сажусь, думая о том, что в следующий раз, когда я встану, надо будет выковырнуть юбку из зада. Алехандро садится между мной и княгиней Ариньей. Лорд Гектор встает на страже за королем.

Я с трудом выслушиваю вежливую чушь от остальных людей. Хорошо спалось? Как завтрак? Дайте мне знать, если что-нибудь понадобится! И, конечно, расспросы о дороге, на которые я отвечаю односложно, не желая обсуждать ужасную смерть Аньяхи или сражение в джунглях. Алехандро представляет меня каждому, но их имена превращаются в кашу в моей голове. Помню только графа Эдуардо, генерала Луз-Мануэля и, конечно, княгиню Аринью. Я обычно хорошо все запоминаю, и надо было бы записать имя каждого, но сейчас мне трудно озаботиться этим. Я до сих пор чувствую себя очень уставшей, и мне одиноко.

Я ловлю себя на том, что склоняюсь к Алехандро. Вот бы он обнял меня, как в день атаки Заблудших или как ночью, когда я сказала, что доверяю ему. Но я останавливаю себя. В этом душном городе я не его жена и, несмотря на нашу дружескую беседу в первую брачную ночь, вряд ли даже его друг.

Возможно, он ощущает мою внезапную печаль, потому что я вижу вопрос в его взгляде. Я изображаю слабую улыбку на своем лице. Из-за его плеча за нами наблюдает очаровательная Аринья. Она недовольно надувает губы, как будто вот-вот заплачет. Она встречает мой взгляд и опускает глаза в тарелку. Заинтригованная, я изучаю ее профиль. Есть что-то в ее глазах, широко раскрытых, будто от боли, и в том, как она тяжело вздыхает.

— Что такое? — шепотом спрашивает Алехандро.

Есть ли что-то между тобой и Ариньей?

— Эм-м… спасибо за то, что прислали ко мне Косме, она очень помогла мне этим утром.

— К тебе пришла Косме? Я не посылал эту девушку. — Его голос звучит встревоженно. — Я вообще никого не присылал, я собирался завтракать с тобой в твоей комнате. — Он еще больше понижает голос. — Косме — служанка Ариньи.

— Понимаю, — говорю я и действительно все понимаю. Аринья хотела разузнать об «особой гостье» Алехандро. Что она предпримет, когда узнает о нашем браке?

— Я могу запретить ей приходить к тебе.

Я уже собираюсь кивнуть, как вдруг придумываю кое-что получше. «Не бойся быть королевой», — сказала мне Алодия.

— Благодарю, но не стоит. — Я ухмыляюсь. Я еще не королева, но собираюсь ею стать.

Я наклоняюсь через него к Аринье.

— Княгиня?

— Ваше высочество? — Какой милый, безобидный голосок.

— Благодарю вас за любезность, с которой вы предоставили мне в пользование вашу горничную. Я трагически потеряла свою фрейлину в нашем путешествии через джунгли, и появление Косме было как нельзя кстати.

— Всегда к вашим услугам, — отвечает Аринья, улыбаясь, отчего становится похожей на кошку.

— Я бы хотела узнать, не согласитесь ли вы предоставить мне ее на все время моего пребывания? Она отлично справляется с работой.

Ее лицо застывает на миг, столь краткий, что я почти верю, что сама придумала все это.

— Разумеется, ваше высочество. — Она кивает головой в знак безоговорочного согласия.

— Благодарю вас.

Несколько довольно длинных абзацев «Войны прекрасной» посвящены искусству приближения к себе врагов, и я точно знаю, Алодия это одобрила бы. Я завершаю завтрак с подлинным удовольствием, смакуя маленькие пирожки с острыми сосисками.

Глава 6

После завтрака лорд Гектор отводит меня в сторону. Я смотрю в его темные глаза — даже более темные, чем глаза Алехандро, на его суровое лицо с усами. Его кожа очень обветревшая и испещрена шрамами, что удивительно для его молодого возраста, но я не думаю, что он недобрый человек. Жесткий, трудный, но не недобрый.

— Ваше высочество, Алехандро приказал мне предупредить вас, — произносит он быстро и тихо. — Весь дворец и весь Бризадульче в вашем распоряжении, но куда бы вы ни пошли, вас всюду должна сопровождать Химена. Иначе это может быть небезопасно.

Я киваю, удивленная и его словами, и тем, что Химена предполагается способной меня защитить.

— На самом деле, — продолжает он, — если у вас нет планов на сегодня, Его Величество приказал мне провести для вас экскурсию.

Конечно, у меня нет никаких планов.

— Благодарю вас, лорд Гектор, я буду весьма рада.

Будь я сейчас дома в Оровалле, я бы готовилась к уроку мастера Джеральдо. Но что мне делать здесь со своим свободным временем?

— В таком случае через час. — Он кивает и возвращается к Алехандро.

Я отправляюсь в свои покои, чтобы написать письмо.

Дорогая Алодия,

Химена и я в целости и сохранности прибыли в Бризадульче. С прискорбием сообщаю, что из-за тропической лихорадки мы потеряли Аньяхи.

Мне нужен твой совет. Алехандро предпочитает держать в тайне факт нашей женитьбы. Он говорит, что сейчас для этого неподходящее время. Также он не хочет раскрывать, что я являюсь Носителем Божественного камня. Предполагала ли ты, что такое может случиться? Стоит ли мне и далее доверять ему?

С почтой я пришлю более подробное письмо, но подозреваю, что оно нескоро доберется до тебя. Пожалуйста, напиши, что ты думаешь, так скоро, как только сможешь.

Передай мои слова любви папеньке.

Я делаю три копии письма, надеясь, что моя сестра сумеет почувствовать мои злость и страх в суровых росчерках пера. «Из-за тропической лихорадки мы потеряли Аньяхи». Такая серьезная, ужасная весть — и сокращена до одной жалкой фразы, но это все, что я могу послать на ножке голубя. Я сворачиваю маленький пергамент и прячу его в цилиндр длиной не больше фаланги моего пальца. Химена берет их — все три с легкостью помещаются в ладони — и уходит из наших покоев в голубятню. Я быстро молюсь, благодаря за то, что голуби моей сестры пережили наши тропические испытания.