Черный мел - Кристофер Эйтс

— Нет, все правильно, — возразил Джек, — твои слова лишний раз доказывают, что психологам до историков далеко. — Джек изобразил, будто раздирает рубашку у себя на груди.

— Эмилия, а вдруг он прав? — сказал Джолион, испытующе глядя на нее. — Что, если Джека победить невозможно?

— Еще как возможно! — презрительно ответила Эмилия. — Ему щитом служит чувство юмора. Остается выяснить, от чего он себя защищает, и наш историк… уйдет в историю. — Она поморщилась: — Каламбур получился. Извините, я не хотела!

— Видите, милая с виду студентка-психолог уже на шаг впереди всех нас, — произнес Марк, и его локти безвольно заскользили по полу. Наконец его голова снова очутилась на подушке, и он пробормотал: — А это уже интересно.

— Десять тысяч фунтов, Эмилия, — сказал Джолион и присвистнул. — И потом, представьте, как будет весело! Наверное, Игра нас всех очень сплотит. А нам нужно держаться вместе, не забывайте.

Эмилия поерзала в кресле, как будто ей вдруг стало неуютно, и призналась:

— Лично для меня дело вовсе не в деньгах.

— Не в деньгах? — удивился Джек. — А ты подумай, сколько красивых туфель ты сможешь на них купить!

— Джек, заткнись, а?

— Да ладно тебе, Эмилия, скажи «да», хотя бы на время, — сказал Джолион.

Чад узнал знакомые интонации в его голосе, такую просьбу Джолиона не разочаровывать его.Но Джолион, похоже, как будто не сознавал силы своих слов. Чад полагал, что друг не был бы и вполовину убедителен, будь его методы всего лишь уловкой, трюком.

— Эм, пожалуйста… ради нас всех!

Эмилия какое-то время смотрела в пол, а потом перевела взгляд на друзей:

— Ну ладно… Допустим, я участвую. Но прежде чем мы пойдем дальше, мне бы хотелось узнать больше об этом странном маленьком «Обществе Игры».

С закрытыми глазами Марк еще раз затянулся и помахал самокруткой в воздухе.

— Да ведь это почти самое интересное, — заметил он, когда Джолион забрал из его рук бычок.

— Кто они такие, я не знаю, — начал Джек, — зато могу точно сказать, кем они не являются. Они не скрытые гомосеки, как «носочники».

— Джек, да ты гомофоб! — воскликнула Эмилия.

— Что тут гомофобского? — наигранно возмутился Джек. — Неужели надо называть человека гомофобом только потому, что он признает в другом настоящего скрытого гея? Достаточно взглянуть и увидеть в его глазах то, что он прячет свое истинное «я» от равнодушного общества! Согласитесь, прежде чем на самом деле посочувствовать человеку, вначале необходимо разобраться, кто он такой! Разве моя проницательность и склонность замечать, что кое-кто подавляет свои истинные потребности и желания, — гомофобия? Он подавляет свои мечты, свою жажду… свою всепоглощающую любовь к длинному и твердому мужскому члену!

Джолион закашлялся дымом, он пошел у него из носа, и глаза наполнились слезами.

— Вот видишь, Джек, — сказала Эмилия, — ты считаешь нетрадиционную ориентацию чем-то смешным. Ты постоянно шутишь про голубых, хотя на самом деле нет ничего смешнее, чем секс обычный. Одни сплошные поезда и туннели. С помощью юмора ты пытаешься отгородиться и защититься от всего, что тебя пугает. А это тебя явно пугает. У тебя настоящая фобия, Джек, страх — это и есть фобия.

— Слушайте, — начал Джек, — ничего я не боюсь. А гомосеков так просто обожаю. И потом, мне кажется, у нас нет особых причин для разногласий. Наоборот, мы можем кооперироваться, чтобы достичь целей. Взять, к примеру, женщин. Нам хочется их трахнуть, а геи любят с ними разговаривать. Ни мы, ни они не интересуемся действиями друг друга. Так что мы, конечно, можем прийти к какому-то взаимовыгодному соглашению.

— По-моему, они шпионы, — произнес Марк, вдруг садясь. — Ой, Джек, извини, я имел в виду не геев, а «Общество Игры». Я не хочу сказать, что моя догадка гораздо любопытнее твоих постоянных шуточек и подколок.

Тут Марк и Джек переглянулись, как дуэлянты, которые оценивают расстояние до барьера. Затем Марк продолжил:

— Всем известно, что наш университет долгое время был и, возможно, остается до сих пор вербовочной площадкой для британских спецслужб. Кстати, Джек, ходят слухи, что твой наставник по истории — один из их «охотников за талантами».

Джек кивнул и одними губами ответил:

— Так и есть.

— Вероятно, «Общество Игры» подыскивает умных и предприимчивых молодых людей, а игра, чем бы она ни кончилась, — своего рода проверка, испытание. Достойны ли мы вербовки?

— Но если они из английской разведки, с какой стати они прислушались ко мне, американцу? — спросил Чад. — Всем остальным, кто подходил к ним до нас, они тут же отказывали!

— Ты что же, думаешь, что англичане не шпионят в Америке? — поинтересовался Марк. — Я не сомневаюсь, американцы, в свою очередь, тоже шпионят за нами. И, наверное, делают это гораздо лучше, чем мы. А вдруг они увидели в тебе потенциального двойного агента? — Марк допил коктейль одним мощным глотком. — Вот смотрите: мы все, кто сейчас здесь, друзья. Но я вовсе не ожидаю, что мы все время будем говорить правду о себе самих. Не сомневаюсь, то же самое происходит с так называемыми англо-американскими особыми отношениями. И потом, кто еще, кроме спецслужб, способен выкинуть на ветер десять тысяч фунтов?

— Кстати, денег мы еще не видели, — заметила Эмилия. — Может, это обман, какой-нибудь дурацкий студенческий розыгрыш?

— Я знаю, кто в состоянии себе такое позволить, — сказал Джолион. — Помните, позавчера Тоби рассказывал о каком-то тайном обществе? Как они называются?

— «Сарацины», — произнес Джек и в ответ на вопросительный взгляд Эмилии пояснил: — Клуб для пафосных богатых мальчиков. Помните, фото на паспорт, мы сдавали их вместе с анкетами и заявками на комнату в общежитии? Так вот, «Сарацины» каким-то образом раздобыли фото всех первокурсниц и отобрали самых симпатичных. Они собираются приглашать тех девушек на свои вечеринки с шампанским, кокаином и сексом.

— Элизабет поделилась со мной на приеме у ректора, — вспомнил Марк. — По ее словам, с неделю назад она тоже получила приглашение на какую-то таинственную вечеринку с шампанским.

Джек пытливо посмотрел на Эмилию и заметил:

— Не переживай, Эмилия. Наверное, твое приглашение просто затерялось на почте.

Эмилия снова замахнулась ногой, но Джек успел подготовиться: отъехал подальше от опасности, ведь его стул был на колесиках.

— Как будто мне хочется, чтобы на меня плотоядно пялились богатенькие мальчики в дурацких бабочках, у которых счета в банке «Куттс»! — Эмилия грязно выругалась. Она редко это делала, поэтому после ее слов в комнате воцарилась тишина, как будто кто-то сказал: «Аминь».

— Нет, «Сарацины» не подходят, — возразил Марк. — Судя по их внешнему виду и разговорам, у них просто мозгов не хватит тратить деньги на что-нибудь получше, чем выпивка, кокаин, охота за девочками и возмещение ущерба после того, как они разнесут рестораны, где встречаются.

— Не похоже, что троица из «Игры» любит устраивать дебоши, — заметил Джолион.

— Вовсе не обязательно, что за всем стоят «Сарацины», — сказал Чад. — Разве в Оксфорде мало других богачей? И тысячи клубов. А может, это психологический эксперимент? По-моему, студентов часто используют в качестве подопытных кроликов…

Все посмотрели на Эмилию. Хотя в университете они пробыли недолго, но уже привыкли считаться с мнением друг друга в тех специальностях, которые они для себя избрали.

— В наши дни такие опыты считаются неэтичными, — ответила Эмилия. — В отличие от недавнего прошлого, когда проводились эксперимент Милгрэма или Стэнфордский эксперимент. [6]— Она отмахнулась от Джека, протянувшего ей самокрутку: — Убери от меня эту гадость!

Джек пожал плечами и сказал:

— Эм, соглашайся! Ты ведь прекрасно понимаешь, рано или поздно мы все равно тебя соблазним. Букмекеры даже ставок не предлагают. Ты и сама прекрасно знаешь, что так будет.

XVIII(ii). — Первым делом нужно решить самое главное, — сказал Джолион. — Кого еще нам пригласить? Нужно шесть игроков. А нас пока только пятеро. — Он помахал своим листком бумаги со списком из двадцати с лишним имен, он их вычеркнул. — Так никого и не придумал, — признался он.

— Давай сначала обсудим задания, — предложил Джек.

— Нет. Игра должна вестись честно и демократично. Пока не соберется полный комплект, больше ничего решать не будем. На обсуждении должны присутствовать все участники. И все вопросы необходимо решить голосованием.