Разрушенный рыцарь - Милена Янг

— Рафаэль…

Тернер не ответил. Продолжая прожигать ее взглядом снизу, все еще стоя на коленях, он положил ее руки на подлокотники кресла.

Касание словно обожгло. Тереза впилась зубами в нижнюю губу, но боль не отрезвляла. Проклятие! Этот парень был слишком соблазнителен. И настолько же опасен.

— Что ты делаешь? — Тереза отодвинулась от него как можно дальше. Но чертов Тернер все равно вторгался в ее личное пространство.

— Мои друзья вернулись. Веди себя тихо, — приказал он, прислушавшись к глухому грохоту.

— Где они?

— Внизу.

— Ты прямо дракон со своими подземельями, только огня не хватает, — пробормотала она себе под нос, но он все равно прекрасно расслышал.

— Дымом выдыхать тоже умею, — игриво отозвался парень.

И… он что, подмигнул ей только что? Тереза только смущенно заморгала, не находя, что ответить. Ее глаза опустились к шее и рукам Рафаэля, которые были сплошь покрыты татуировкой. Замысловатый узор начинался сбоку на шее, но затем уходил куда-то под ключицу. Черная футболка облегала его крепкое тело, как вторая кожа. Она взглянула на красивый рисунок у него на предплечье — восходящее солнце с наполовину затушеванными лучами. На другом — извивающаяся черная змея, обвивающая руку от локтя до запястья.

— Что, тоже хочешь нательную живопись? — язвительно полюбопытствовал он.

— Ты меня раздражаешь…

— Можешь не беспокоиться, я уже понял, что тебе не терпится меня облапать, — прервал ее Рафаэль.

— Еще чего! Ничего подобного, придурок!

Девушка попыталась встать, но он держал руки на подлокотниках кресла, заблокировав любые пути побега.

— Тише. Ты же не хочешь, чтобы сюда ворвалась компания парней и скомпрометировала нас, застав в неподобающей… ситуации?

— Нет никакой неподобающей… — Она не договорила.

Рафаэль осторожно коснулся ее колена и провел ладонью дальше. Внутренне он приготовился к тому, что это будет мучительно тяжело, но отчего-то не почувствовал привычного отвращения. Почему?.. «Потому что цель оправдывает средства».

Тереза не знала, почему не могла и, главное, не хотела его отталкивать. Возможно, дело было в том, что парень был нежным и осторожным. Может быть, в любопытстве. Желании сделать хоть что-то не по указке родителей, а потому, что ей просто этого хотелось самой.

— И как же это тебя характеризует? — холодно произнес Рафаэль и поднялся с колен.

Тереза одернула юбку, вскочив на ноги. Внутри что-то оборвалось.

— У тебя есть парень. Возможно, даже жених. А ты позволила мне дотронуться до себя. Разве это не плохо, блудница?

Он с издевкой смотрел на ее руку, вцепившуюся в подол юбки. Тереза проследила за насмешливым взглядом. Кольцо на безымянном пальце дразнило нервы. Она повернула его камнем внутрь. Ее словно окатили ледяной водой. Ему даже не пришлось ничего говорить. «Ну и где твои принципы? Твоя верность?» Тереза читала это в его остром взгляде. Полном презрения, отвращения. «Уйти отсюда… Уйти… Убежать как можно дальше…» Она попятилась к лифту. «Беги сколько хочешь. Ты уже в капкане». Он отвернулся от нее.

* * *

Тереза бежала по улице, ощущая предательские слезы в глазах. Во что она умудрилась вляпаться за пару несчастных дней?! «Прости меня, Господи Иисусе. Я позволила себе поддаться искушению и греху. Я раскаиваюсь». Девушка не могла поверить, что позволила почти незнакомому парню касаться себя. Что была готова умолять о большем. Он справедливо высмеял ее. Она все это заслужила. Стыд и чувство вины сдавили горло. «Ты жертва. И тебя все устраивает». Сволочь! Она сердито стерла слезы с лица. Кем он себя возомнил? Тихий писк уведомлений заставил девушку проверить мобильный. Новое сообщение. Она с опаской открыла его.

Неизвестный номер: «Ты все же выполнило свою часть. Теперь у тебя есть мой номер телефона. Кинь почту, отправлю план. Внесешь туда позже свои коррективы, святоша».

Она скрипнула зубами, читая этот текст надменным голосом Тернера. Нехотя отправила свою почту. Несносный придурок.

Три месяца. Три проклятых месяца. Учитывая ее синдром отличницы, она не могла оставить дело незавершенным. К тому же ей не хотелось портить оценки из-за какого-то идиота. Словно назло ему, Тереза собиралась сделать идеальный проект.

Девушка прищурилась, сжимая телефон в руках. Нет. Она не позволит ему больше топтать свою гордость. Резкий прилив гнева и уверенности заставил ее улыбнуться. Пошел он куда подальше. Она отплатит подлецу той же монетой. «Война так война, Тернер. Ты это начал, а я закончу».

Глава 6

Тереза нервно ерзала на месте, ощущая на себе тяжелые взгляды родителей. Несмотря на ее переезд, семейные ужины по воскресеньям были устоявшейся традицией. Девушка всегда чувствовала себя рядом с ними не в своей тарелке. Когда она оказывалась в чем-то виновата, родители начинали играть с ней в молчанку. Вместо того чтобы сесть и все обсудить, они давили на нее психологически до тех пор, пока девочка сама не поймет свои ошибки.

В детстве это ужасно угнетало Терезу. Но со временем она свыклась. Сегодня они снова были в игре. Девушка сжала зубы. Иногда ей хотелось плюнуть на все. Перестать делать первые шаги им навстречу. Но она не могла себя пересилить.

— Мам, пап, что произошло? — наконец выдавила она из себя.

Слабачка. Так важно их мнение? Они считают тебя объектом исследования. Игрушкой. А ты все терпишь и терпишь. Действительно святоша.

В ответ молчание. Был слышен лишь тихий лязг ножей и вилок о тарелки. Терезе кусок в горло не лез. Она неуверенно посмотрела на маму, которая подчеркнуто ее игнорировала.

— Пап? — Девушка повернула голову к отцу, но тот делал вид, что занят газетой.

— Простите меня, если чем-то вас огорчила, — извинилась девушка, не зная, за что просит прощения.

Минута. Другая. Все еще давящая на мозги тишина, от которой выть хотелось.

— Я недавно виделась с деканом, — решила наконец вступить с дочерью в диалог Эмили.

Выглядела она, как всегда, безупречно: элегантный брючный костюм, идеальный красный маникюр и помада в тон — мать неизменно была при параде. Даже во время семейных вечеров. Казалось, что и в такие минуты ее мысли витали около работы. Эмили бросила на дочь тяжелый, хмурый взгляд.

— Она сказала, что ты устроила в университете потасовку.

Тереза нервно разгладила расстеленную на коленях салфетку. Она чувствовала себя так же, как в школе, когда мать устраивала ей вынос мозга из-за четверок или вторых мест на олимпиадах. Ведь их дочь всегда должна была быть лучшей. Во всем. Но как бы Тереза ни старалась, она не могла угодить родителям. Они постоянно были ею недовольны.

— Это произошло случайно, — пробормотала девушка.

— Ты ударила Рафаэля