Литературная Газета 6241 (37 2009) - Газета Литературка

Полозкова Вера, Паволга Ольга. Фотосинтез. - М.: Livebook/Гаятри, 2008. - 112 с.

;ЛГ; - рейтинг

amp;#61548; Архив А.П. Платонова. Книга 1: Научное издание. - М.: ИМЛИ РАН, 2009. - 696 с.: ил.В книгу, выпущенную к 110-летнему юбилею Андрея Платонова, "сокровенного человека" России и мира, выдающегося прозаика XX века, вошли уникальные материалы его архива в ИМЛИ РАН: автографы черновых редакций известных и неизвестных произведений, заметки, наброски, письма, биографические документы, фотографии. Эмоциональной доминантой книги стала публикация писем А.П. Платонова его жене М.А. Кашинцевой-Платоновой. Эти "письма о любви и горе" раскрывают глубинного Платонова, в котором нераздельны живущий, чувствующий человек и художник, творчески претворяющий материю жизни. Обширные и содержательные научные статьи представляют историю текста произведений, восстанавливают исторический, биографический, культурный контекст их создания, вводят в творческую лабораторию писателя. Первая книга серии "Архив А.П. Платонова", труда-спутника научного собрания сочинений, работа над которым ведётся в ИМЛИ, выходит с посвящением любимым женщинам писателя, жене и дочери - Марии Александровне и Марии Андреевне Платоновым.Материалы к юбилею А. Платонова

amp;#61548; Игорь Гамаюнов. Свободная ладья: Рассказы, роман-хроника, эссе / Вступ. cт. Льва Аннинского. - М.: АСТ: АСТ МОСКВА, 2009. - 413[3] с.Автор - многолетний сотрудник "ЛГ" - пришёл в литературу из журналистики, где зарекомендовал себя как яркий очеркист и авторитетный социальный диагност, остро реагирующий на болезненные явления нашей жизни.В прозе же И. Гамаюнов заметно расширяет свою палитру. Л. Аннинский, например, отмечает "мягкую, лиричную стилистику "Майгуна" - центральной вещи сборника, романа во многом автобиографического, вместившего шесть десятилетий жизни как героя, так и страны, что предопределило выход автора на историко-философские обобщения. Основная сюжетная линия романа - непростые отношения главного героя Виктора со своим отцом, пережившим коллективизацию, фронт, плен, лагерь. Лишь после его смерти Виктор приходит к пониманию взглядов и мотивов поступков отца. Возможность диалога поколений, его насущная необходимость - тема, волнующая автора. К ней он возвращается в одном из эссе: "Как бы ни выматывали тебя тяготы жизни, как бы ни казались напрасными душевные траты, к тебе вернётся энергия твоего душевного порыва - обновлённой. И будет двигаться дальше - от одной души к другой, осуществляя процесс бессмертия".

amp;#61548; Елена Краснощёкова. Роман воспитания - Bildungsroman - на русской почве: Карамзин. Пушкин. Гончаров. Толстой. Достоевский. - СПб.: Издательство Пушкинского фонда, 2008. - 480 с.В Европе уже более двух с половиной столетий бытует жанр, судьба которого в России пока не привлекала специального интереса исследователей. Но недаром XIX век именуют веком "великого русского романа", отличающегося богатством форм. Автор монографии исследует этот жанр, привлекая тексты Н.М. Карамзина, А.С. Пушкина, И.А. Гончарова, Л.Н. Толстого, Ф.М. Достоевского. Суть своей задачи Е. Краснощёкова увидела в том, чтобы обнаружить среди романистов XIX века некое единение в естественном влечении к забытым традициям века XVIII. Автор пристально вглядывается в уникальность концепции детства - отрочества - юности - молодости, которую этот жанр в XVIII-XIX веках внёс в литературу, способствуя постижению природы взросления человека, открытию психологической линии формирования личности.

Русь древняя, таинственная

ШЕСТЬ ВОПРОСОВ ИЗДАТЕЛЮ

Издательство "Северный паломник" существует с 2000 года, выпускает книги, посвящённые русской культуре во всех её проявлениях: архитектура, иконопись, традиционный костюм, народные промыслы и многое другое. Сегодня у нас в гостях его директор Сергей ОБУХ.

- Как сложилась такая специализация издательства?

- С самого начала мы намеревались работать с провинциальными музеями и выпускать книги по истории древнерусских городов и тем материалам, которые находятся в их музейных хранилищах. Одним из главных направлений деятельности издательства стало издание альбомов серии "Древнерусская живопись в музеях России", планируем выпустить в ней около 60 книг. Она ставит перед собой задачу широкой публикации как знаменитых, так и недостаточно известных прежде произведений иконописи, хранящихся в музеях древних русских городов - Ярославля, Ростова Великого, Кириллова, Углича, Вологды и Костромы, Пскова и Новгорода, Суздаля, Мурома, а также Москвы и Санкт-Петербурга. Сходную задачу выполняют ещё две серии: "Монастыри России" и "Житие и сказание в русской иконе". Но буквально через год после создания "Северного паломника", когда мы встретились с ныне покойным Алексеем Ильичём Комечем, наша программа сильно расширилась. Появилась серия иллюстрированных монографий о русских храмах XI-XVIII веков "Памятники художественной культуры Древней Руси". Они не только содержат ценные, нередко уникальные сведения о замечательных произведениях архитектуры и монументальной живописи, но и позволяют представить себе их значение в широком культурном и художественном контексте той или иной эпохи. Зачастую эти монографии являются первыми полноценными публикациями о тех или иных памятниках.

- Есть ли у вас издания, которые можно особо отметить?

- В первую очередь - новое издание "Истории русского искусства", охватывающее более чем тысячелетнюю историю нашей художественной культуры. Этот труд не имеет аналогов в отечественном и зарубежном искусствознании. Впервые в рамках проекта объединены история зодчества, изобразительного и декоративно-прикладного искусства, музыки, театра, эстрады, фотографии, кинематографа России. Оригинальные тексты ведущих исследователей истории России и стран СНГ, рассчитанные на самый широкий круг заинтересованных читателей, дополняет обширный иллюстративный ряд, дающий наглядное представление об исторической смене художественных стилей.

Новая "История русского искусства" наследует традиции двух предыдущих изданий - дореволюционного и советского времени, вышедших под редакцией И. Грабаря - основателя Государственного института искусствознания. Там речь шла в основном о центральных памятниках, без привязки к историческому окружению, плюс чёрно-белые иллюстрации Сами понимаете, назрела необходимость нового полноцветного издания, тем более что за последние десятилетия накоплен огромный фактологический материал, нуждавшийся в новом осмыслении. Семь лет шла подготовка, и в прошлом году наконец-то вышел первый том. Надеемся, до конца 2010 года выйдет ещё пять томов.

- Возможны ли сейчас открытия в тех областях искусствоведения, которые посвящены древнерусскому искусству?

- Конечно, возможны - и открытия, и находки, и новые трактовки. Тайн ещё много, и раскрытие одной из них приводит нас к необходимости разгадывать десяток новых. Не зря же говорят, что конец света наступит только тогда, когда на земле не останется тайн Да и интересы читателей меняются. Вот, к примеру, мы очень серьёзно стали заниматься темой народного костюма, которая долго не разрабатывалась вообще. И оказалось, что людям это очень интересно. У многих сейчас такое хобби - они кукол делают, причём одевают их в аутентичные народные костюмы, а информации о традиционной одежде не хватает. Снова начало развиваться домашнее ткачество, можете себе представить? Русские женщины всегда много вязали и шили, потом это ушло - в магазинах появилась масса готовых вещей, - но в последнее время опять возвращается. Существуют небольшие ткацкие станки, на которых можно изготовить, например, коврик-дорожку для дома. Пустяк? А вот мы выпускаем книжку по материалам собрания Кирилло-Белозерского музея-заповедника, что недалеко от Вологды, и там 150 этих половичков - красота невероятная!

- Духовная составляющая важна в старинных произведениях искусства, как по-вашему?

- По всем направлениям древнерусское искусство тесно связано с православием. Многие искусствоведы преподают в Свято-Тихоновском институте. Среди наших постоянных читателей много иконописцев и художников, заново расписывающих сейчас храмы. Но в последнее время появилось столько эзотерических направлений, уводящих от христианства к язычеству, что люди запутались.

Традиционный орнамент всегда содержал сакральную информацию, но мы об этом забыли. Сейчас наконец-то выходят хорошие книги, разъясняющие значения символов, и вполне возможно, что, когда человек обращается к творчеству, им, пусть даже неосознанно, движет желание понять, кто он и откуда. Это хорошо, этого нам остро не хватает. В Европе национальные традиции чётко прослеживаются, а мы привыкли метаться. Странное желание - свою культуру куда-то задвинуть, принизить Вот вы знаете, что до революции в Архангельской губернии крестьянки по воскресеньям носили одежду из золотой парчи, в их сундуках хранились французские модные журналы?.. Крестьянки, не барыни! Что-то нам в детстве неправильно рассказывали об истории нашей страны