Стеклянные цветы - Мери Каммингс

Виновник торжества отнесся к подарку безразлично: подстриженный, с накрашенными перламутровым лаком когтями, он возлежал на голубой атласной подушке и вид имел пресыщенный и сонный. Зато Иви пришла в полный восторг и через минуту уже фланировала среди гостей, держа наотлет мундштук со вставленной сигаретой и изредка, для проформы, затягиваясь.

Бруни мимоходом отметила, что новая прическа в стиле «взрыв» Иви не идет: короткие волосы подчеркивают, что глаза у нее слегка навыкате. Вслух она, естественно, ничего не сказала…

Обычно на вечеринках у Иви гостей бывало человек двадцать-тридцать, но сегодня та решила, очевидно, устроить «большой прием», и народу было куда больше. Бруни то и дело натыкалась глазами на незнакомые лица.

Она разговорилась с двумя симпатичными ребятишками, похожими друг на друга, как братья: оба рослые, темноволосые и спортивные. Выяснилось, что зовут их Грегори и Крис, и они даже не родственники — познакомились всего год назад, когда начали играть в одной команде в поло.

Парни наперебой начали расписывать, какой это сложный и опасный вид спорта — конное поло. Бруни стояла, прихлебывая мартини, и про себя хихикала: в поло она разбиралась не хуже этих младенцев. Впрочем, ребятки были забавные.

Они уже начали намекать, что неплохо бы продолжить вечеринку в более узкой компании, то есть втроем; Бруни подумала: почему бы и нет? — и тут подскочившая Иви дернула ее за руку.

— Эйми (в этой компании Бруни именовали так), можно тебя на минутку?! — Отвела ее на пару шагов и кивнув в сторону, полушепотом спросила: — Этот мужик — он что, твой новый хахаль? А чего он там в углу застрял?

Бруни машинально взглянула туда, и без того зная, кого увидит.

— Да нет, это мой телохранитель. Папочка прислал — он обо мне, видите ли, беспокоится. — Скривилась и закатала глаза, показывая свое отношение к подобной заботе. Говорить правду — что папочка специально прислал этого типа, чтобы отравлять ей жизнь — не хотелось.

— Может, сделаешь мне еще один подарочек? — хихикнула Иви. — Отпустишь его… на часок? Или он уже, так сказать, «чужое — не тронь»?

— Ты что — он же телохрани-итель! — с презрительной гримаской протянула Бруни, всем своим видом показывая, что подозревать ее, баронессу фон Вальрехт, в отношениях с каким-то там наемным слугой — это просто смешно.

— А мне плевать — телохранитель, не телохранитель. Люблю, чтобы мужик был шкаф такой здоровый и с членом соответствующим. Так я попользуюсь, можно?

Бруни бросила искоса взгляд на Филиппа — он смотрел на нее в упор, причем с таким видом, будто знал, что они тут обсуждают — и пожала плечами.

— Бери, если хочешь!

Но когда Иви уверенной походочкой направилась к нему, ей почему-то стало неприятно.

Она вернулась к Грету и Крису, прикинула, что можно смыться с ними прямо сейчас, пока белобрысый развлекается с Иви — и ему нос утереть (пусть побегает, поищет!), и хоть ненадолго от него избавиться.

Хорошо бы еще сигарет с травкой[3] раздобыть или еще чего-нибудь, для большего кайфа… Бруни обернулась — у кого бы стрельнуть косячок?! — и не поверила своим глазам: Филипп стоял на прежнем месте.

А где же Иви?

Она обвела глазами зал. Иви, помахивая мундштуком, болтала с кем-то, но Бруни знала свою подругу слишком давно, чтобы не заметить, что та раздражена.

Что случилось? Он что — отказался?! Может, еще и схамил впридачу?!

— Эйми, ну так как тебе наша идея?!

Господи, она совсем забыла про Криса и Грега!

— Ребятки, попозже об этом поговорим. Мне тут кое-что надо… — не договорив, Бруни сорвалась с места.

Подойдя к столу и положив на тарелку несколько канапе, она небрежной походкой профланировала к белобрысому. Хотя морда у парня была на редкость невыразительная, при ближайшем рассмотрении все же стало заметно, что он недоволен.

— Чего ты стоишь тут, как пень?! Расслабься, поешь хоть сходи! — посоветовала она вполне дружелюбно.

Белобрысый глянул на нее так, словно на ее месте была какая-то наглая попрошайка — и снова уставился куда-то мимо.

— Ты что, ей нахамил? — спросила она уже «в лоб».

На сей раз господин Берк соизволил открыть рот.

— Нет.

— А что?

— Ничего.

— А все-таки?!

Неведомая точка за плечом Бруни явно была ему куда интереснее, чем ее персона.

Похоже, ответа ей не дождаться… И похоже, Иви этот тип действительно отшил — во всяком случае, не стал делать вид, что не понимает, о чем его спрашивают.

— Ты все-таки сходи поешь! — оставила она за собой последнее слово.

Он не удостоил ее даже взглядом.

Домой Бруни вернулась глубокой ночью. Голова слегка кружилась и ноги гудели, но настроение было отличное. Наплясалась она вволю, а еще познакомилась с одной француженкой, работавшей в парижском журнале «Светская жизнь».

Они разговорились об интерьерах, и кончилось тем, что Эрика (так звали француженку) спросила, нельзя ли сфотографировать для журнала несколько комнат ее дома. Бруни сказала, что подумает — согласиться сразу было бы дурным тоном.

Иви крутилась среди гостей, но к Ней больше не подходила. Лишь один раз прошла совсем близко, покосилась сердито и молча отвернулась.

Ну чего она злится? Или, может, считает, что Бруни должна была связать парня и предоставить его ей в «упакованном» виде?! Еще штаны с него стащить?! Нетушки, отказался — так отказался, делать нечего! Он свободный человек и трахаться ни с кем не обязан!

Честно говоря, в глубине души Бруни была даже довольна, что он отказался. Ребятишки Грег и Крис ее больше не интересовали — у нее появилась другая идея, как достойно завершить этот вечер.

На этот раз Филипп открыл почти сразу — в трусах и босиком, но спать, похоже, еще не ложился.

— А, это ты…

— А кто это еще мог быть?! — возмутилась Бруни.

— Могла снова какую-то свою подружку мне подставить!

— Еще не хватало!

— От тебя всего ожидать можно.

— Ну, ты впустишь или нет?!

Он посторонился, пропуская ее.

— Ты так и не поел. На, я вот принесла! — Бруни поставила на стол «повод для визита» — тарелку с печеными картофелинками, нарезанными на половинки и политыми сметанным соусом и розетку с икрой.

— Забо-отливая! — белобрысый смерил Бруни насмешливым взглядом.

— Это надо на это класть — получается вкусно, — пояснила она.

Парень усмехнулся уже в открытую.

Ел он по-крестьянски — быстро, положив локти на стол и отправляя в рот по целой половинке картошки зараз; челюсти работали как заведенные. От этого зрелища Бруни тоже захотелось есть, она пожалела, что не принесла побольше, и, запустив в розетку палец, облизала его.