Persona Non Grata - Иван Максименко

Группа обступила комнату, в которой располагалось офисное помещение благотворительной организации. Спецназовец, возглавлявший вторгшуюся на второй этаж толпу, распахнул дверь офиса, на которой висел рекламный плакат фонда с изображением маленького мальчика, протягивающего тоненькие ручки к надписи «поможем тем, кто нуждается в помощи — фонд JCFI» у себя над головой, и ворвался внутрь.

Комната, в которую влетели бойцы, была относительно скромно обставлена: слева и справа от дверного проема стояли два простых письменных стола из шпона, за которыми располагались шкафы с разной документацией. На обоих столах были поставлены новенькие компьютеры с жидкокристаллическими мониторами, служебные телефоны и разные канцелярские принадлежности.

В этот момент двое работников благотворительного фонда стояли у окна, находившегося прямо напротив двери, и обсуждали что-то. Через секунду они уже сидели на корточках и, заикаясь, пытались объяснить, что они секретари фонда. Полицейские, не обращая особого внимания на их вопли, надели на них наручники и сообщив им, что они задержаны, повели их на улицу, к служебной машине. Два офицера и пара спецназовцев осталась в комнате, и начали обыскивать ее.

— Все проходит по плану. Тахир и участники контрабандной сделки задержаны, уже проводятся обыски фонда, строительной фирмы и казино, — начальнику ОБОП, подменившему на несколько часов Шифта и Мууса, чтобы те могли хоть немного отдохнуть, позвонил один из офицеров, посланных в Керстад.

— Понятно, пусть их везут прямо в столицу. Продолжайте с проверками.

— Есть…

Только начальник положил трубку, как телефон снова зазвонил.

— Алло, это Бертвольт, — начальнику звонил Генеральный прокурор Имагинеры, — Шифт в кабинете?

— Нет, его смена закончилась.

— Свяжитесь с ним и скажите, чтобы он взял с собой дело по исламскому фонду и зашел ко мне в кабинет.

— Хорошо, сейчас сделаю.

— Спасибо, до свидания.

— До свидания.

Начальник вышел из комнаты, в которой дежурили еще несколько полицейских из разных ведомств, и пошел по длинному коридору, в конце которого находился небольшой кабинет, а в нем — отдыхающий на потертом диванчике Гиорг Шифт.

— Гиорг, подъем. Сейчас Генпрокурор звонил. Хотел, чтобы ты прихватил с собой дело по фонду JCFI и шел к нему.

— А? — сонным голосом ответил Гиорг, успевший закрыть глаза всего на час. — Ладно, сейчас исполним. Хоть бы поспать дали… — пробормотал прокурор.

Минут через десять Шифт очутился в здании по соседству, у себя в кабинете, и начал собирать все справки и документы, касающиеся фонда, возглавляемого Саллехом Абдуллой. Еще минут через двадцать он стоял на пороге кабинета Бертвольта.

— Здравствуй, Шифт, присаживайся, — Генеральный прокурор жестом пригласил Гиорга присесть.

— Спасибо… — Шифт поставил свою толстую папку на стол и выдвинул стул.

— Итак. Сегодня произошли некоторые интересные вещи… я не знаю слышал ли ты, но СМИ весь день говорят только об исламских террористах, которые, оказывается, уже несколько лет безнаказанно действуют у нас в стране. Журналисты упоминали о каком-то исламском благотворительном фонде… — Генеральный прокурор начал перелистывать пачку документов перед собой и в конце вытащил один лист. — Вот, я приказал рано утром сделать для меня справки. Фонд называется JCFI, работает в стране уже несколько лет и имеет лицензию. Мне доложили, что против него ведется проверка. — Бертвольт посмотрел на Шифта.

— Да, проверку назначил я, кроме того проводится расследование причастности этой организации к табачной контрабанде. Недавно таможенники перехватили фуру, загруженную коробками якобы гуманитарной помощи от имени JCFI. Коробки оказались заполнены контрабандными сигаретами. Кстати, сегодня мы провели обыски в офисе этого фонда и задержали двух человек, которые в нем работали. Сейчас их везут в Калиопу. Задержаны и несколько участников контрабандной цепи.

— Хорошо. Результаты — мне на стол. Шумиха, которую устроило телевидение, грозит серьезным скандалом. Меня час назад вызывал к себе Президент и поручил взять это дело под личный контроль и разобраться что к чему… Я еще должен выяснить, почему ЦБТ[4] ничего по этому вопросу до сих пор не сделали. У меня после тебя встреча с замдиректором центра — посмотрим, что он скажет.

— Имея в виду накопленные данные, я могу судить, что лица, связанные с этим фондом, используют Имагинеру как контрабандный коридор, а так же отмывают деньги. Предстоит выяснить и вопрос об их причастности к терроризму, — объяснил Шифт.

— Хорошо… Я потом выпишу постановление. — Бертвольт снял очки. — Будешь мне своевременно сообщать все новые данные. Если понадобится помощь — обращайся сразу. Руководство требует быстрых результатов. Кстати, что насчет владельцев этого фонда?

— Возглавляет его некто Саллех Абдулла, иорданец по происхождению. Как мы выяснили, он сейчас живет под другим именем и, предположительно, находится в одной из балканских стран… — прокурор Шифт заглянул в папку, — …в Живице. Это одна из бывших югоравских республик. JCFI зарегистрирован на имя Салли Абдуловича. Мы уверены, что Абдулла и Абдулович — это один и тот же человек. Проблема в том, что у нас нет никаких договоренностей с этим государством, и даже если у нас будут все основания, я не уверен, что они его выдадут нам.

— Понятно. Я обсужу это с Президентом.

— Вот, и еще… КФП проводят финансовые проверки фонда и компаний, которые с ним связаны. Выявляются финансовые операции на предмет отмывания денег. Ждем результатов, — дополнил Шифт.

— Их справки здесь? — Генеральный прокурор кивнул в сторону папки Шифта.

— Да, там доклад…

— Хорошо… оставь мне эти бумаги и можешь идти. Я тебя, небось, от сна, оторвал — вон у тебя какие глаза, — Бертвольт улыбнулся.

— А, пустяк… сначала всех пересадим, потом будем отдыхать, — отшутился Шифт.

— Ладно, иди немного отдохни. — Бертвольт взял толстую папку, положил ее на собственную кипу документов и перенес их на письменный стол. Шифт попрощался, вышел из кабинета и, зевая, пошел обратно к себе.

9

Тринадцать часов того же дня. Зал заседаний в Палате Президента Имагинеры

— Уважаемые коллеги, нам нужно обсудить сейчас одну очень серьезную проблему, а именно — статью, которую сегодня перепечатывают все газеты, и комментирует телевидение. Речь идет об исключительно серьезной проблеме. Журналисты твердят, что в Имагинере существует подпольная исламистская сеть террористов. Если это правда, то тогда безопасность страны находится под серьезной угрозой, — Ален Одест, Президент Имагинеры, обращался к высшим представителям имагинерской власти, сидевшим по обеим сторонам длинного стола: Премьер-министру, Министру внутренних дел, Генеральному прокурору, Директору ГРУ и Заместителю директора ЦБТ. — Я предлагаю сначала дать слово Замдиректору ЦБТ, чтобы он пояснил нам, что известно его ведомству насчет террористов.

— Значит… — Замдиректор ЦБТ, Давид Молибден, открыл свою папку — … данные, которыми мы располагаем, показывают, что пресса немного преувеличивает сложность ситуации… мы не отмечаем повышения террористической угрозы, к тому же в последнее время мы провели ряд результативных операций и задержаний.

— Вы говорите, преувеличивают, но ведь журналисты говорят, что террористы людей здесь вербуют, собирают деньги и много чего другого. В Вест Лендс[5]тоже, по-моему, до одиннадцатого сентября прошлого года о террористах не говорили. А потом — теракты, взрывы, жертвы… нам такой сценарий не нужен. На этих преступников нельзя смотреть сквозь пальцы, — возразил Президент. — Кстати, господин Остент, как ведется борьба с внешними связями этих террористов? Им нельзя позволять свободно перемещаться и получать помощь извне…

— Мы активно работаем по этим вопросам… — начал Остент, Директор ГРУ Имагинеры. — Мы следим за исламистами и успешно пересекаем любые попытки организации терактов на территории Имагинеры. По данным, которые у нас имеются, мы можем судить, что радикальные исламисты не рассматривают Имагинеру как мишень…

— А рассматривают ее как место, где они могут безнаказанно отсиживаться и собирать деньги, так ли это понимать? — перебил его Президент.

— Мы принимаем все меры противодействия… Преступники действуют мелкими закрытыми группами, что требует дополнительного времени на обнаружение и борьбу с ними, — как бы оправдываясь, ответил Директор.

— Я понимаю, но что делать, например, если завтра у нас, не дай Бог, произойдет теракт и погибнут люди? Я должен будут объяснить, почему этому не смогли помешать. Я же не могу сказать общественности, что террористы слишком изворотливы, поэтому их не могли остановить, — парировал Одест. — Нимиц, что у вас?