Город потерянных душ - Кассандра Клэр

— На назначенную Королевой аудиенцию нельзя не явиться. Если жизнь дорога, конечно, — решительно заявила Изабель.

— Но она же просто заберет у Клэри кольца и не скажет ничего нового. Теперь мы многое узнали, и вопросы к ней уже другие. Но она не станет на них отвечать, а ответит только на старые. С феями всегда так. Они не помогают. Она же не позволит нам поговорить с Магнусом, а потом вернуться, — заметил Саймон.

— Неважно, — сказала Клэри; теперь глаза ее были сухими, и это придало ей уверенности — она не хотела, чтобы Королева видела ее заплаканной. — Но… Кольца я не взяла.

— Что?! — вскрикнула Изабель.

— Я так перепугалась, увидев Джейса и Себастьяна, что уже не смогла забрать кольца. Я выбежала из Института и открыла портал сюда.

— Тогда к Королеве идти нельзя. Она рассвирепеет, если узнает, что ты не выполнила ее просьбу, — нахмурился Алек.

— И это еще мягко сказано, — заметила Изабель. — Вы видели, что она сделала с Алеком? А ведь это были обычные чары. Она, наверное, превратит Клэри в лобстера или во что-то подобное.

— Она обо всем знала, — сказала Клэри. — Она сказала, что, когда мы найдем его, он будет уже не таким, как прежде… — В голове Клэри зазвучал голос Королевы, и она содрогнулась. Теперь она понимала, почему Саймон так ненавидит фей. Их слова застревали в мозгу занозой, их нельзя было забыть. — Мне кажется… она просто играет с нами. Ей нужны кольца, и только. Не думаю, что она в самом деле может нам как-то помочь.

— Может, ты и права, — произнесла Изабель. — Но если ей было известно об этом, возможно, она знает и еще что-то. К Совету обращаться нельзя. Но к кому тогда?

— К Магнусу, — уверенно сказала Клэри. — Он уже давно пытается расшифровать заклятие Лилит. Может быть, если я расскажу ему, что видела, это поможет ему, и…

Саймон поморщился.

— Хорошо, что среди нас есть бойфренд Магнуса, — вздохнул он. — Иначе нам бы туго пришлось. Например, продавали бы лимонад, чтобы собрать деньги и нанять этого великого колдуна.

— В таком случае лимонад пришлось бы заправлять метамфетамином, — недовольно произнес Алек.

— Да брось ты! Это же просто фигура речи. Всем известно, что услуги Магнуса стоят недешево. Просто… Не хочется бегать к нему по любому поводу.

— Он тоже от этого не в восторге, — сказал Алек. — Ладно, днем он занят, но вечером я поговорю с ним, а завтра утром мы все встретимся у него.

Клэри устало кивнула. Сейчас ей хотелось только одного — спать. Она чувствовала себя такой уставшей, будто потеряла в библиотеке половину крови, что текла по ее жилам.

Изабель наклонилась к Саймону:

— Получается, вечер у нас свободен. Может, пойдем в «Таки»? Ты там подкрепишься.

Саймон бросил взгляд на Клэри:

— Ты как, пойдешь?

— Нет, но вы идите. Я возьму такси до Уильямсбурга. Мне надо немного побыть с мамой. Она расстроилась из-за Себастьяна, и теперь…

Изабель отвела с лица черную прядь:

— Клэри, ей нельзя говорить о том, что ты видела. Джослин не сможет утаить это от Люка, а Люк — член Совета. Он обязан доложить им…

— Знаю.

Клэри окинула взглядом друзей, которые взволнованно смотрели на нее. Как так получилось? — подумала она. У нее никогда не было секретов от мамы, а теперь ей придется утаить от нее и Люка страшную тайну. Совсем недавно она и не подозревала о существовании Алека и Изабель, понятия не имела о том, кто такой Магнус Бейн, а теперь они помогают ей. Как быстро меняются жизнь и представления о том, кому можно доверять. Но, по крайней мере, рядом с ней по-прежнему оставался Саймон, верный, надежный друг.

Она подошла, поцеловала его в щеку, махнула остальным на прощание и пошла к выходу из парка, сминая кроссовками опавшие листья.

Алек соврал. Занят был не Магнус, а он сам. Он знал, что совершает ошибку, но ничего не мог с собой поделать — жажда выведать тайну похожа на наркотик. И вот теперь он стоял в подземке, держа в руке колдовской огонь, и думал о том, какого черта затеял все это. Здесь, как и на всех станциях нью-йоркского метро, пахло сыростью, ржавчиной, гнилью и металлом. Но были и отличия. Во-первых, тишина. Во-вторых, полное отсутствие народу. Стены и платформа — чистые, хотя и со следами подтеков. Арочный потолок выложен зеленой плиткой. На стене — название станции: «Сити-Холл». Эта станция не работала с 1945 года, но ее содержали в порядке. Иногда здесь делал разворот поезд шестого маршрута, но это «иногда» случалось крайне редко. Алек пробрался сюда через люк в Сити-Холл Парке (ему пришлось поискать его в зарослях кизила). Прыгнуть вниз надо было с большой высоты — обычный человек переломал бы ноги, но Алек не был обычным человеком. И вот теперь он стоял здесь, вдыхая пыльный воздух, и сердце его билось все быстрее.

На станцию он пришел, потому что так было указано в письме, которое передал ему вестник. Сначала он решил, что не примет предложение, но так и не смог заставить себя выкинуть письмо. Он смял его и убрал в карман джинсов. Но он ни на минуту не забывал о письме, даже когда встречался с друзьями.

С Магнусом — та же история. Алек все время думал о нем, как о больном зубе, хотя знал, что от этого ему будет только хуже. Магнус не сделал ничего плохого. В конце концов, он не виноват в том, что ему несколько сотен лет и что в его жизни, разумеется, случались романы. Но мысль об этом все равно не давала Алеку покоя. А тут еще Джейс… Ему нужно было поговорить с кем-нибудь, куда-нибудь пойти и что-нибудь сделать. Вот почему он был здесь.

Он медленно прошелся вдоль платформы. В центре арочного потолка находилось застекленное окно, пропускавшее свет. От него тянулись ровные линии плиток. Небольшая лестница в дальнем конце платформы вела наверх, в темноту. Алек понял, что без чар здесь не обошлось: обычный человек там, где он видел лестницу, увидел бы бетонную стену и ничего больше. Он бесшумно поднялся по лестнице и оказался в комнатенке с низким потолком; аметистовое окно наверху пропускало немного света. В углу стоял бархатный диван с гнутой золоченой спинкой, а на диване сидела Камилла.

В последний раз он видел ее прикованной к трубе в недостроенном здании, она была грязная и в рваном платье. Но сейчас на ней были дорогой черный костюм и красные туфли на высоком каблуке. Волосы спадали на плечи красивыми волнами. На коленях Камиллы лежала открытая книга: «La Place de l’Etoile» Патрика Модиано. Алек неважно знал французский, но сумел перевести название: «Площадь Звезды».

Камилла молча смотрела на него.

— Привет, — сказал он.

Она кивнула и холодно улыбнулась: