О носах и замка́х - Владимир Торин

Когда доктор поинтересовался, что это значит, господин Ферро пояснил:

- Этот человек скупил все запасы ртути, что у меня были. Девять баллонов ртути – это очень-очень много! Так что я в накладе не остался.

«Зачем ему понадобилось столько ртути?- подумал доктор.- Для амальгам? Может, он зеркальщик? Или для изготовления шляп?»

Натаниэля Доу посетило недоброе предчувствие. Что бы здесь ни происходило, дело было явно не в шляпах. Скорее доктор поставил бы на то, что этот человек и его гремлин собираются отравить массу народа. Случаи злонамеренного вызова у людей меркуриализма уже имели место – вспомнить только печально известную миссис Кренли Фло, годы травившую постояльцев своего пансиона. Так что же, они имеют дело с отравителем?

- Как он забрал эти баллоны?- спросил доктор.- Или вы доставили их по какому-то адресу?

- Дьюи и Крюи, мои металлические помощники,- продавец жидких металлов кивнул на двух выключенных автоматонов,- под моим присмотром погрузили баллоны в экипаж, на котором полосатый господин прибыл в балку. Эта штуковина стояла под Беззубым мостом и была такой же полосатой, как и его пальто. Да и вообще, экипаж этот выглядел весьма причудливо – мало общего с нашими «Трудсами»: пять колес, крыша-гармошка и крытая рубка штурмана. Нет-нет, самого штурмана я не видел – был лишь этот полосатый мистер.

- Вы не знаете, куда он отправился?

- Не имею ни малейшего понятия,- прокашлявшись, сказал продавец жидких металлов.- Но, полагаю, дела его на рынке еще закончены не были, поскольку он поинтересовался у меня, где бы он мог приобрести шестеренки. Конечно же, я посоветовал ему господина Когвилла и его лавку в Пружинном ряду…

Вот так и вышло, что доктор Доу и его племянник отправились на поиски главного конкурента Артура Клокворка…

Что ж, спустя примерно пять минут после того, как торговец пружинами указал им направление, они действительно обнаружили здание из бурого кирпича, сплошь обклеенное плакатами, рекламирующими всевозможные шестеренки: «Только здесь!», «Только у нас!», «Все виды шестеренок!», «Самые качественные! Самые надежные!», «Не верьте шарлатанам!». Доктор сразу же догадался, о ком гласил последний слоган.

Натаниэль Доу толкнул дверь под кованой вывеской и вошел в помещение, племянник шагнул следом за ним.

Внутренним убранством лавка, освещенная несколькими газовыми рожками, отдаленно походила на какой-нибудь салон или выставку. На обитых бордовым бархатом стенах на специальных штырьках висели шестеренки. Все зубчатые колеса в лавке были дотошно распределены по размерам, видам, металлам. Ну, и, разумеется, по ценам. Прямо возле входа стояли ящики с самыми дешевыми шестеренками, а отдалением вглубь лавки цены становились все выше. В углу на треноге разместилась оптическая система с дюжиной подвижных увеличительных стекол: некоторые продающиеся в лавке шестеренки своим размером не превышали муравьиную головку, и иначе их было не разглядеть.

Покупателей в «Когвилл и сыновья» сейчас не было. Как и сыновей – видимо, они как раз гонялись по Железному рынку за каким-нибудь очередным конкурентом своего отца. Сам же господин Когвилл в бордовой (под стать обивке стен) жилетке и громоздких многолинзовых очках, закрывающих большую часть его лица, стоял за прилавком и взвешивал на весах крошечные серебристые шестеренки. Что-то неразборчиво играл радиофор в углу, и хозяин лавки немелодично бубнил, ему подпевая.

Услышав, что дверь отворилась, он даже не поднял взгляд, лишь монотонно швырнул в посетителей дежурную фразу:

- Все виды шестеренок! Лучшие шестеренки в городе! Вертятся-крутятся! Вертятся-крутятся! Лучшие шестеренки в городе!

- Мое почтение,- сказал доктор Доу, подойдя к прилавку, в то время как Джаспер задержался возле входа, завороженно разглядывая шестеренки на стенах. Разумеется, в сравнении с жалким чемоданчиком Артура Клокворка, здесь был настоящий дворец зубчатых колес.

Господин Когвилл на мгновение оторвался от своего дела, окинул профессиональным взглядом подошедшего посетителя и проговорил:

- Поступили новые часовые колеса.- Хозяин лавки кивнул, указывая на часовую цепочку доктора Доу.- У вас «Бриккинс» или «Крамп»? Вряд ли «Эглерс», да, вряд ли…

- «Крамп»,- сказал доктор Доу.- Но мне нужны определенные шестеренки.

- Могу вам предоставить перечни.- Господин Когвилл ткнул рукой в стопку огромных книг на полу, высившуюся до самого потолка.

Доктор Доу покачал головой.

- Мой… эээ… друг приходил к вам недавно – я бы хотел купить такие же шестеренки, какие купил он. Быть может, вы его помните? Джентльмен в полосатом черно-сером пальто.

- Я не запоминаю всех джентльменов в полосатых пальто, которые сюда захаживают,- недовольно проговорил господин Когвилл.- Еще чего не хватало!

- Это было в день туманного шквала,- уточнил доктор.

Лицо продавца шестеренок при этих словах тут же стало невероятно неприязненным. Он поднял голову и даже слегка оскалился, а его расчесанные волосок к волоску бакенбарды словно встали дыбом. Он положил пинцет, который держал в руке, поднял свои очки на лоб. Здоровенные глаза, прежде таковыми казавшиеся из-за линз, оказались крошечными, глубоко посаженными, а еще сильно прищуренными.

По взгляду хозяина лавки было видно, что он вспомнил человека, о котором шла речь.

- А ваш этот… гм… друг разве не сказал вам, какие именно шестеренки он искал?- процедил господин Когвилл, презрительно скривившись. Хозяин лавки сразу же понял, что этот тип никакой не друг полосатому, и что его вообще не интересуют шестеренки. Он понял, что здесь происходит, и ему это ой как не понравилось.

Доктор Доу, в свою очередь, прекрасно понимал, что это за человек. Грубый, жестокий, высокомерный, привыкший, что все кругом идет по его правилам. Доктор не обманывался окружением господина Когвилла – это был не просто продавец шестеренок. И, если верить рассказу мистера Клокворка, действовать он привык незатейливо и безжалостно, как самый обычный вожак преступной шайки. Господин Когвилл – это не мягкий открытый господин Ферро: с продавцом шестеренок нужно было говорить по-другому.

Доктор извлек из внутреннего кармана пальто аккуратно сложенный листок бумаги, развернул его и ткнул под нос хозяину лавки, присовокупив при этом:

- Как вы можете убедиться, мы здесь не случайно. Советую вам обратить особое внимание на то, что стоит внизу листка. Это гербы Дома-с-синей-крышей и личные печати господина комиссара Тремпл-Толл. Здесь сказано, что мы заняты полицейским делом и всем, кто видит перед собой эту бумагу, надлежит оказывать нам содействие.

Почувствовав, что ситуация накалилась, Джаспер подошел к прилавку. Он не знал, что дядюшка взял с собой предписание, выданное ему в полиции для предыдущего дела. Но Натаниэль Доу, очевидно, был готов к любым неожиданностям.

Господин Когвилл с хрустом сжал кулаки.

- Вы думаете, что можно