Опасная игрушка - Марина Серова

— Катя, позволь тебе представить, это мой… друг, Татьяна. Она помогает мне искать украденное.

— Очень приятно, Катя.

Мы кивнули друг другу и тут… я уронила бутылку на пол. Звон стекла, лужа вина.

— Ой, как нескладно! — такое горе изобразилось на моем лице, что Катерина торопливо стала меня успокаивать и затем побежала за тряпкой, метелкой и совком. Пленник с иронией смотрел на меня: его забавляло, как я выкручиваюсь из двусмысленной ситуации.

Вдруг раздался жуткий визг, и я бросилась в ту сторону. Как назло, секретарша зашла именно в тот туалет, где лежал охранник… Она визжала не переставая.

— Катя, — я попыталась обнять ее за плечи, но она стряхивала мои руки, — я тебе сейчас все объясню.

Но она вдруг с необычайной резвостью побежала к входной двери, я едва успевала за ней.

А там уже стоял Кульбицкий и пытался, согнувшись, зубами оттянуть дужку замка. Мне ничего не оставалось, как вытащить из кармана пистолет и заявить:

— Если вы оба сейчас же не успокоитесь, я уложу вас на пол.

Босс разогнулся, а его секретарша, перестав визжать, с ужасом уставилась на меня.

— Пошли обратно в кабинет. Катя, я тебе сейчас все объясню, раз уж так получилось.

Алексея я усадила в кресло рядом с девушкой и начала:

— Понимаешь, твой шеф редкостный подонок…

— Я попросил бы! — с достоинством воскликнул тот.

— Увы, это печальная действительность. Я и вправду являюсь частным детективом, и меня попросили солидные люди расследовать эту кражу со взломом, — я кивнула на сейф.

К страху в глазах Катерины прибавилось недоверие. Все это было слишком похоже на плохое кино.

— Да, Катя, и твой шеф был не против моего участия в этом деле. Только он просчитался, думал, что я глупая взбалмошная баба и ничего не узнаю. А я до всего докопалась, и Алексей признался…

Кульбицкий резко отрицательно замотал головой. А я сказала громче:

— Да, признался, что кражу ценностей организовал он сам при помощи братьев Углановых…

Тут Катерина вздрогнула и поморщилась, и я поняла, насколько эти типы ей тоже омерзительны.

— Об этом узнала и его подруга Елена, которая, кстати, лежит наверху, обколотая наркотой. Он теперь боится ее, так же, как меня, как будет теперь бояться и тебя, Катя, потому что ты узнала правду.

— Но зачем Алексей Владимирович это сделал?

— Хотел получить и уже получил страховку, в придачу к этому шантажировал одного человека… Грязная, в общем, история. Так что нечего, Катерина, его жалеть…

— Я… я не знаю даже… что мне делать… Это так неожиданно, — девушка была в полном смятении.

— Не верь ей, Катенька, эта сучка все врет, потому что я ее отверг, оттолкнул, когда она лезла, вот она и мстит теперь. — Кульбицкий врал с необыкновенным вдохновением, понимая, что сейчас от выбора Катерины многое зависит.

— Он бесстыдно и подло лжет. Если ты, Катерина, будешь верить ему и помогать в этих грязных делишках, то в итоге попадешь в неприятную историю. Лишишься не только работы, но и честного имени, а возможно, и свободы. Подумай! — я говорила тихо, уверенно, проникновенно.

Девушка молчала и водила носком туфельки по ковру. Потом глубоко вздохнула и сказала:

— Я всегда знала, что шеф… непорядочный человек. Но я от него зависела… Сами знаете, как сейчас тяжело найти хорошую работу… Он способен на все, так что в этой истории нет ничего удивительного!

— Ах ты, дрянь! — лицо Кульбицкого перекосилось.

— И не смейте меня оскорблять, — с достоинством произнесла Катерина, поднялась и вышла из комнаты.

Я догнала ее в коридоре.

— Катя, спасибо, что поверила мне. Это страшный человек, и мне, возможно, понадобится твоя помощь… ну… кое-что расскажешь о нем, о его делах… Будь эти дни дома, я найду тебя. Никому пока ни слова. А с работой и деньгами я тебе помогу, когда все закончится, не беспокойся.

Мы пожали друг другу руки, и я закрыла за девушкой дверь. Эх, бедняжка…

— Ну что, Кульбит, как кличут тебя подельнички, редеют ряды? Скоро совсем один останешься. Не пора ли угомониться? Последний раз предлагаю: отдаешь пистолет, возвращаешь деньги «Мамонту», и мы забываем об этой истории.

Он с ненавистью посмотрел на меня.

— Если ты, сука, от меня что и получишь, то только гвоздь в крышку твоего гроба!

— Суров ты, парень! — я насмешливо глянула на него и быстрым движением сильно стукнула рукояткой пистолета по темечку. Пусть пока полежит в отключке, а я схожу к Елене.

…Слава богу, она уже подавала признаки жизни. Я усадила ее, растерла виски нашатырем, сделала массаж. Лена открыла глаза и сфокусировала взгляд на мне.

— Ты?.. Откуда? А где я? — Она медленно осмотрелась.

— Твой женишок (уже, надеюсь, бывший), спасая свою шкуру, напичкал тебя какой-то дрянью и запер здесь. Но я сообразила, где искать, и вот…

— Алексей… Что с ним?

— Лежит у себя в кабинете. Я попросила его немножко отдохнуть. А в туалете (если зайдешь — не пугайся) лежит его персональная охрана. Так что все в лучшем виде. Ты идти можешь?

— Попробую.

Мы спустились вниз. Елена отправилась на кухню сделать кофе, а я решила кое-что выяснить… С замком «дипломата» Кульбицкого пришлось повозиться, но вот он открыт. Меня интересовала записная книжка. Так… так… ничего не понятно… а, вот: вечером собирался съездить к художнику, записан его точный адрес — Беговая, 12. Боюсь, Кульбицкий сегодня никуда не поедет. Сейчас я свяжу ему ножки… Вот, хорошо! С помощью Елены я перетащила обмякшее тело туда же, в сортир, под бочок к «шестерке». Чтоб не скучали до завтрашнего утра.

— Ты где живешь? — спросила я Елену.

— Возле моста, с родителями.

— Ну, тогда я за тебя больше не опасаюсь. Езжай к маме с папой, приводи себя в порядок, отдыхай и — жду твоего звонка (я продиктовала ей телефон) завтра с утра. Нам надо будет плотно посидеть-погадать, обсудить кое-что, подключим Катю…

— Какую Катю?..

— Его секретаршу.

— А с чего это вдруг она понадобилась?

— Девочка приходила сюда, видела все это безобразие, я ей рассказала кое-что. В общем, она теперь на нашей стороне. А поскольку, работая с Алексеем, она была в курсе многих дел, то… Ну, понятно?

— Хорошо. Пойдем быстрее отсюда, я отвратительно себя чувствую.

Мы захлопнули за собой дверь особняка и как будто вырвались из темного царства на светлую поляну.

Глава 7 В ГОСТЯХ У ХУДОЖНИКА

…Я поймала машину и назвала адрес за вокзалом. Там располагался огромный поселок частной застройки, который взбирался все выше и выше, пока не замер у подножия холмов, покрытых лесом.

— Зачем Кульбицкий собирался ехать туда? — соображала я по дороге. — Неужели этот… как его… Витя Цветлин… его сообщник и прячет там «пушку»?

Мы подъехали чуть не на самый верх поселка по Беговой улице, я расплатилась и вышла из машины. День близился к закату… Попахивало дымком и жареным мясом — где-то неподалеку во дворе кто-то делал шашлык. Лениво перебрехивались собаки. Уютная, почти домашняя атмосфера.

Дом № 12 выглядывал из-за редкого заборчика. Сам он был внушительных размеров, правда, одноэтажный, но выложен из кирпича. Во дворе, среди фруктовых деревьев и кустов — помидорной и прочей рассады, прогуливался большой пес, кажется, сенбернар.

Я долго и настойчиво стучала в дверь, прежде чем она распахнулась. На пороге стоял мужчина лет сорока, с небольшой бородкой, небрежно одетый в какие-то мятые штаны и клетчатую рубаху. От него попахивало спиртным, глаза смеялись:

— О, кто к нам явился! Мадонна во плоти!

«Женщина, ваше величество…» Он сделал широкий приглашающий жест рукой. Я довольно скованно переступила порог и в полумраке прихожей первым делом отразилась в большом зеркале, стоящем у противоположной стены. Пахло жареной картошкой, масляной краской и еще… чем-то сивушным. Нормальная творческая атмосфера.

— Меня зовут Татьяна, и я пришла к вам по делу.

— Очень приятно, что по делу. Интересуетесь картинами? Может, купить хотите? Пойдемте покажу.

Две большие комнаты были с потолка до пола увешаны масляными холстами, иногда попадались и акварельные работы. Реализмом тут и не пахло. Буйство красок, сюжетов… Короче, мне все это понравилось.

— Знаете, по-моему, великолепно. Но я, признаюсь, не такой уж знаток, да и дело у меня другое.

— Ну, тогда пошли ужинать. Скоро подбегут ребятки, они за бутылочкой-другой отправились, проведем приятный вечер общения.

Мы перешли в комнату, которая одновременно являлась и кухней. Стол был в полном беспорядке, здесь явно долго пировали. Хозяин немного прибрался, приговаривая, что он холостяк и смущаться ему нечего. Поставил передо мной сковороду с картошкой и тарелку свежих огурцов.

— Покушайте пока, а я подожду ребят, тогда уж…