Примерь свадебное платье - Дина Аллен

— Сегодня я слишком устала, чтобы передвигаться, но все же одна мысль не дает мне покоя. Я чувствую, что должна куда-то поехать, только не знаю, куда именно и зачем.

— Ладно, завтра мы постараемся это выяснить, — с готовностью отозвался Джеф.

Но Кэтрин видела — человек расстроился из-за того, что она не хочет остаться здесь. Хотелось утешить, дать понять, как много он для нее значит. Но какими словами выразить это чувство? Вздохнув, произнесла:

— Давай поедем куда-нибудь вместе. Чтобы… начать все сначала.

Ответом был взгляд, полный любви и нескрываемой страсти. Сердце у Катрин заныло — нетрудно понять, как долго и жестоко испытывалось его терпение, как мучительна для него ее уклончивость. Она отвела взгляд. Краска смущения залила щеки. Уж лучше не видеть его сейчас. Но ей необходимо быть уверенной, что она руководствуется сейчас собственным чутьем, а не желанием загладить вину перед мужчиной.

— Все будет так, как ты хочешь, — тихо сказал Джеф. — Твои слова для меня, как обманчивая надежда.

Катрин прекрасно понимала его. Он слишком долго ждал и теперь не может вот так сразу ей поверить. Боится потерять то, чего еще не нашел. Катрин виновато взглянула на Джефа.

— Я чудовищная эгоистка… Ведь ты столько для меня сделал.

Чуть усмехнувшись, собеседник покачал головой.

— Никто не заставлял меня помогать тебе. Я делал то, что хотел.

Сколько же раз та, прежняя миссис Гайс отвергала его? Сколько раз заставляла страдать?

— Ты устала, — мягко сказал он. — Пойдем, я провожу тебя в спальню. Тебе надо поспать. Завтра… будет новый день.

Джеф встал, обошел кофейный стол, взял Катрин за руки и помог подняться.

Завтра… Что принесет ей день грядущий? Вдруг да вспомнится наконец то, что как раз лучше всего забыть?

Хозяин проводил ее к порогу уютной комнаты. Очевидно, это была его собственная спальня. Чемодан гостьи уже стоял там.

— Ванная вон за той дверью, — коротко сказал он.

— А ты где собираешься спать? — Катрин заглянула ему в глаза. Только бы не разочаровать его сейчас… Вот ведь готова сделать все, что он захочет, а сама от усталости едва держится на ногах.

— У меня в кабинете есть диван.

Она положила руку ему на грудь.

— Но я не хочу выживать тебя из твоей постели.

Джеф нежно коснулся ее щеки.

— Тебе надо хорошенько отдохнуть. Если я лягу в постель вместе с тобой, никакого отдыха не получится.

Его руки сомкнулись вокруг Катрин — медленно, осторожно, нежно, но скрытая сила его желания обжигала молодую женщину, она жаждала его прикосновений и видела, что он сдерживает себя из последних сил.

— Наверное, я не должен так делать, — хрипло проговорил он. — Но я ждал так долго…

Обняв ее за талию, он заглянул ей в глаза, и Кэтрин поняла, что не сможет устоять перед этим человеком. Горячая волна охватила ее, неведомая сила прижала их друг к другу… Она положила руки ему на плечи, откинула голову назад, тело замерло в предвкушении давно забытой радости, губы раскрылись сами собой.

Джеф упивался вкусом ее губ, целовал требовательно, жадно, ожидая ответа, и Катрин растворилась в этой всепоглощающей страсти, желая только одного — дать ему счастье, ему и себе. Сейчас надо забыть обо всем, кроме желания испытать неизведанное, разделить с ним сладостные мгновения.

Усталость как рукой сняло. Джеф прижимал ее к себе, но, несмотря на оставшиеся синяки и ссадины, она не чувствовала боли. Катрин отдавала себя, наслаждаясь его властью, обволакивающей, завораживающей и захватывающей в плен.

Голова у нее шла кругом. Их поцелуи — не просто слияние губ. Все ее существо стремилось навстречу тому, что должно произойти между ними. Необъяснимое, захватывающее дух восхитительное чувство — отдавать себя целиком и то же получать взамен. И тело, и душа, и разум хотели этого. Да, он нужен ей — весь, без остатка. Так и должно быть, потому что он — ее мужчина. И ничто теперь ее не остановит.

Катрин, захваченная необычными для себя мыслями и чувствами, даже сначала не заметила, что Джеф начал отдаляться от нее — медленно и осторожно. Руки все еще ласкали ее, но без прежней требовательной настойчивости. Послышался глубокий вздох.

Только теперь стало ясно, что продолжения не будет, и она в изумлении открыла глаза. Что бы он ни прочел в ее взгляде, весь вид его говорил: неудовлетворенное желание плоти принесло ему удовлетворение душевное. Обоюдное стремление к близости — уже в какой-то мере близость. Что-то тайное, интимное между ними свершилось. Это надо признать и принять как данность. Ее расположения к нему он ждал долгие годы. И теперь она принадлежит ему. Иначе и быть не может. Она ответила на его чувство — окончательно и бесповоротно. И отныне ее избранник может уверенно смотреть в будущее.

Томпсон знал это, и глаза его сияли.

Оба молчали. Не было ни сил, ни желания говорить.

Да и нужны ли здесь слова?.. Достаточно того, что оба знают высокую степень взаимного доверия. И желают друг друга. Теперь ничто не сумеет разорвать возникшую между ними связь. Страсть, даже не получившая завершения, остается страстью.

Он опустил руки, отступил на шаг. Катрин смотрела на него, не желая верить, что сейчас он уйдет и оставит ее одну. Этому сопротивлялись и ум, и сердце, и неуспокоенное тело. Хотелось закричать, окликнуть, вернуть, но внутренний голос подсказывал, что на сегодня довольно.

Будет и завтра день.

Он вышел, притворив за собой дверь. Последняя преграда между ними, подумала Катрин. Завтра они поедут куда-нибудь вместе, и уже никогда между ними не будет закрытых дверей.

Разве что дверь ее памяти.

Но эта преграда уже ничего не значит. Какие бы воспоминания ни вернулись — неважно. Непозволительно прошлому разрушать настоящее.

Джеф Томпсон — мужчина, который ей нужен. Ее мужчина. И ничто не сможет изменить этого решения.

7

— На север или на юг? — с улыбкой спросил Джеф. Ему было все равно, куда ехать. Глаза мужчины сияли от предвкушения грядущего счастья. Они сидели в его машине рядом, плечом к плечу, готовые, минуя былое, игнорируя сегодняшние реалии, рвануть в будущее. А пока оставалось выбрать — на север или на юг?

— На запад, — ответила решительно женщина, сама не понимая почему. Во всяком случае, не из желания противоречить. Просто что-то, возможно, подсказывало, что именно там их ждет нечто важное.

— Ты хочешь поехать в горы?

Улыбку смыло с лица Джефа. Может быть, ему не понравился ее выбор? Или просто удивлен?

— А что, ты против?

В ответ быстрый взгляд, торопливые слова: