Тайные желания - Мартин Гейл

— Нет, я просто заметила, что дела пошли наперекосяк. Том говорит, что слишком заработался. А я не могу спросить у него обо всем напрямую, потому что… потому что боюсь его ответа.

— Иногда лучше точно знать, чем строить предположения.

Кэтрин знала, о чем говорила. Сама она ушла, высоко подняв голову, и никто больше не шептался у нее за спиной. Она отогнала неприятные воспоминания и посоветовала:

— Если он с кем-то встречается, у тебя будет реальный повод волноваться. А пока что ты сражаешься с тенью. Ты понимаешь?

Последовала пауза, потом вздох.

— Ты права, — согласилась Энн. — Мне надо пораскинуть мозгами и… Кэтрин, я так признательна тебе за то, что ты меня выслушала. Я просто не могла позвонить маме с папой, не хватало только их волновать.

— Звони мне в любое время дня и ночи, когда захочешь, — ответила Кэтрин.

Ее сестра первый раз оказалась в сложной ситуации, и, что бы там ни было в прошлом, Кэтрин хотела дать ей какой-нибудь мудрый совет.

— Попробуй упросить родителей Тома недельку присмотреть за детьми, а вы вдвоем отправляйтесь в отпуск. Даже самые романтические отношения со временем тускнеют. Была же между вами та самая искра, вот и зажгите былой огонь.

— Хорошая мысль! Может, нам и в самом деле стоит так поступить, — ответила Энн, правда, довольно уныло.

— Если хотите, приезжайте сюда, ты и дети!

Слова сами сорвались с языка Кэтрин, прежде чем она успела их обдумать. И что ей прикажете делать с тремя путающимися под ногами детьми и сестрой, которую она недолюбливала в юные годы? Но отчаяние в голосе Энн пересилило былые обиды.

— Спасибо, Кэтрин. Я тебя люблю.

Слова сестры поразили Кэтрин как молния.

— Я тоже тебя люблю, — услышала она свою фразу, которую произнес словно кто-то другой.

Положив трубку, Кэтрин упала на диван и уставилась в потолок. Господи, что она натворила? Во-первых, она сказала «я тебя люблю» своей сестре. Во-вторых, пригласила все семейство в свой дом.

Дети. Сердце Кэтрин начинало таять при одной мысли о них. Она не видела племянников уже три года. Кимберли тогда было восемь, значит, сейчас ей уже одиннадцать. И каково ей будет, когда весь дом окажется заполнен топаньем маленьких ног и звонким смехом? Кэтрин просто не могла себе представить.

Она услышала стук в дверь и поспешно опустила ноги на ковер, но не успела встать, как Лукас уже был рядом.

— Прости за опоздание. Пришлось разбираться с неожиданно подвернувшимися делами, — объяснил он.

Кэтрин навострила уши.

— Делами? — переспросила она.

— Ничего страшного, — успокоил ее Лукас. Кэтрин промолчала, ожидая более развернутого ответа. — Твоя машина — просто сказка, — продолжал Лукас, словно забыв о вопросе Кэтрин. — Стоит купить такую же и себе.

Купить такую же? Разве плотник может позволить себе спортивную машину? Чушь какая. Однако же человеку, который любуется птицами и цветами, наверняка может взбрести в голову безумная идея вложить все свои сбережения в покупку спортивного автомобиля.

Кэтрин не стала утруждать себя ответом, да и Лукас его явно не ждал. Постояв немного, он пересек комнату и взял книгу с коленей Кэтрин.

— Интересный роман, как по-твоему?

— Только не надо рассказывать конец, — выпалила она.

— Если бы и хотел, то не смог бы. Я еще не дошел до конца, хотя, похоже, продвинулся дальше тебя. — Он пролистнул несколько страниц и показал Кэтрин на одну с загнутым уголком. — Я остановился здесь.

У Кэтрин просто дух перехватило, когда она увидела его пометку в ее книге.

— Ты хочешь сказать, что читаешь мой роман?!

— Но ты же ведь не будешь возражать? Я читаю его, только когда тебя нет дома.

— Ну еще бы! — Кэтрин почувствовала, что все тело ее напряглось, а плечи приподнялись. Наверное, она сейчас напоминает кобру. Ничего удивительного, что ее закладка оказалась не на месте! И когда же ты находишь время для чтения? — Вопрос еще не успел сорваться с губ, как Кэтрин протянула руку ладонью вперед. — Нет-нет, не стоит отвечать. Я знаю — во время одного из твоих перерывов.

Лукас уронил книгу обратно ей в руки.

— Слушай, я совершенно не хотел тебя злить. Я могу купить себе такой же. Она лежала там, — он махнул в сторону стола, — и я ее взял. Мне просто стало интересно.

Кэтрин содрогнулась от чувства неловкости и смущения. Что она делает? Устроила шум из-за какой-то книжки!..

— Ладно, забудь. Только не трогай мою закладку.

— Нет-нет, я куплю себе такую же книгу. И прости за закладку. Она выпала, когда я читал, и я не заметил, откуда.

Кэтрин взглянула ему в лицо, потом представила выражение своего собственного и поняла, какая на самом деле создалась смехотворная ситуация. И чем больше думала она о том, что двое взрослых, сознательных людей спорят из-за какой-то книжки в мягком переплете, тем сильнее ощущала абсурдность происходящего.

Не выдержав, Кэтрин рассмеялась.

Лукас какое-то время упорно сжимал губы, но вот мышцы его живота начали подозрительно подрагивать, и наконец он тоже разразился низким громким смехом.

Упав на диван рядом с Кэтрин, он обхватил ее за плечи и уткнулся в ее шею. И хотя они смеялись как дети, удивительное чувство родилось в сердце Кэтрин. Смех и Лукас — лучшее лекарство от многих неприятностей.

После целого дня на работе Кэтрин еще заехала навестить бабушку и теперь, усталая, направлялась домой. Дела у бабушки Брайтон шли хорошо, и врач сказал, что через две недели она сможет отправляться домой… только куда именно?..

Кэтрин не могла винить Лукаса. Он работал как вол, причем оставался и после того, как его официальный рабочий день заканчивался.

Кэтрин судорожно искала выход из положения. Как ей помочь Лукасу закончить работу к сроку? Крыльцо можно оставить на потом, главным были спальня и ванная. А может, у Лукаса есть знакомые плотники, которые работают неполный рабочий день и могли бы помочь ему? Или его двоюродный брат? Надо спросить.

Кэтрин въехала на подъездную дорожку. Ее всегда охватывало чувство спокойствия и уверенности, когда она видела припаркованный там грузовичок Лукаса.

Кэтрин открыла дверь, и вместо знакомых звуков, обычно сопровождающих стройку, ей в нос ударил соблазнительный аромат. Идя на запах, она проследовала из прихожей прямо на кухню. Оказавшись на пороге, Кэтрин воззрилась на Лукаса, открыв рот, — он стоял у плиты с полотенцем вокруг талии вместо фартука и прихваткой в руке.

— Что ты здесь делаешь?

Лукас развернулся, словно его ударили.

— Кэт! Привет. Я тебя не слышал.