Двенадцать часов соблазна - Шома Нараянан

– Уверена? Мне показалось, ты избегаешь своего брата.

Я не могу избегать его до конца жизни. И мне очень хочется увидеть племянника.

– Я могу тебя подвезти, – предложил Самир, – туда, где вы встречаетесь. И остаться, если нуждаешься в моральной поддержке.

Похоже, до него не дошла мысль об одноразовом сексе! Моральная поддержка настолько не была частью сделки! И конечно, не помогало еще и то, что сегодня он выглядел особенно сексуальным, в приталенном пиджаке поверх рубашки с распахнутым воротом и в джинсах, облегавших длинные ноги и худые бедра, как вторая кожа. Конечно, отель взял с нее не слишком дорогую цену за такси до Панаджи, где она встречается с Майклом. Недельное жалованье за поездку в вонючем старом такси или бесплатная поездка в Панаджи и обратно в роскошном внедорожнике Самира, – ее можно простить за капитуляцию. Но все же лучше будет кое-что прояснить.

– То, что я сказала раньше… насчет того, чтобы забыть о тебе…

– Знаю, ты не шутила. И прости за все, что я тебе наговорил. Отнеси это за счет моего эго, не привыкшего к поражениям. Мы остаемся добрыми друзьями, договорились?

Она так и не поняла, серьезно он говорил или нет, но Мелисса решила, что ей все равно. Только сверхъестественным усилием воли она продолжала придерживаться запрета на прикосновения. Не было смысла и дальше мучить себя, отказываясь от простого предложения подвезти ее.

– В таком случае, едем! – решила она, посылая ему сияющую улыбку.

Они были на полпути в Панаджи, и Мелисса как раз немного расслабилась, когда заговорил Самир:

– Ты встречаешься с отцом тоже? Или только с семьей брата?

– Только с братом, – вздохнула Мелисса. – Вряд ли я способна выдержать встречу с отцом прямо сейчас.

– Он кажется настоящим тираном. Чем он занимается?

– Владеет рестораном в Северном Гоа. А все мы помогали. Моя мать, я, Майкл, Черил, даже мой племянник все дни проводил там. А когда я закончила колледж, начала работать там постоянно. Отец стареет, а мы немного расширились. Он нуждался в любой помощи, какую только мог получить.

Самир послал ей быстрый взгляд. Она говорила грустно, с некоторым сожалением и, видимо, была не так уж безразлична к своему изгнанию из семьи, как хотела показать.

– А твоя мать?

– Она умерла шесть лет назад, – коротко сообщила Мелисса. Хотя было видно, что она так и не смирилась со смертью матери. – Ее сбила машина.

– Мне очень жаль, – сказал Самир.

Мелисса пожала плечами:

– Все случилось очень быстро. Она почти не мучилась.

В отличие от родных… Самир попытался представить, как тяжело было Мелиссе. Она была подростком, когда потеряла мать.

Мелисса невидящими глазами смотрела в окно, и он быстро переменил тему, спросив о ее племяннике. Она почти мгновенно приободрилась и к тому времени, как он высадил ее в Панаджи, снова улыбалась.

Он в глубокой задумчивости поехал к берегу реки Мандови, протекавшей рядом с Панаджи. Припарковав машину, он нашел маленький ресторанчик с окнами на реку.

Впервые за долгое-долгое время он настолько сблизился с женщиной, чтобы волноваться за нее. Не привыкнув анализировать собственные чувства, он пытался твердить себе, что это естественный результат тех поспешных отношений, в которые они вступили. Еще вчера они почти не знали друг друга, а ночью занимались страстным, отчаянным сексом. А теперь разыгрывали шараду «просто друзья», что было положительным оскорблением его статусу мужчины с горячей кровью.

Телефон Самира зазвонил, когда он доедал десерт.

– Ты можешь заехать за мной? – спросил тихий голос.

Он сразу понял: что-то неладно.

– Куда? – спросил он, и она назвала популярный магазин на главной улице.

– Я стою у входа, – добавила она.

Мелисса выглядела положительно безутешной, когда он остановился перед ней.

– Все в порядке? – мягко спросил он, видя, что она вот-вот расплачется.

– Джастин не узнал меня. Мой собственный племянник. И Майкл не сказал ему, кто я. Боялся, что он придет домой и все расскажет деду. Они тайком выбрались из дома на встречу со мной, словно я какая-то падшая женщина или что-то в этом роде. Майкл все твердит, что мне следует встретиться с нашим приходским священником: очевидно, он единственный человек, с которым отец говорит обо мне.

Ее буквально трясло от ярости, и как только они выбрались из маленького городка, Самир остановил машину на обочине и протянул руки. Несколько секунд Мелисса гневно смотрела на него, словно он был виноват в том, каким хаосом стала ее жизнь. Но тут она со сдавленным всхлипом бросилась в его объятия.

Ее тело было мягким и податливым, и поскольку она больше не плакала, просто прижималась к нему в поисках утешения, он не чувствовал своей вины в том, что приподнял ее лицо и стал целовать. Он искренне хотел целовать ее нежно, но она, похоже, воспламенилась, едва он коснулся ее губ своими.

– Эй… – тихо окликнул он, когда ее пальцы стали теребить пуговицы его рубашки. – Может, сначала нам лучше добраться до отеля?

Сначала она словно не слышала, но потом смущенно усмехнулась и отстранилась от него.

– Ты прав, – согласилась она. – Прежде чем нас поймает полиция нравов.

Она ничего не сказала о необходимости забыть его, довольно отметил он и завел машину.

– Ты первый мужчина, с которым я встречалась после Джоша, – резко бросила Мелисса.

Самир повернул к ней голову. Он так и подумал после прошлой ночи: она неопытна, и было очевидно, что не спит с кем попало. Интересно, почему она так стремилась произвести прямо противоположное впечатление?

– Так этот одноразовый секс…

– Всего лишь попытка доказать себе, что при желании я могу пойти в постель с любым, кого захочу. – Она смешно поморщилась: – Не получилось.

Самир невольно рассмеялся при виде выражения ее лица.

– Знаешь, я рад, что не получилось. Рискуя показаться ужасно старомодным, должен признать, что не одобряю беспорядочного секса и хочу, чтобы наш секс оказался не только одноразовым.

– Что? Настоящие отношения? – удивилась Мелисса.

– Что-то в этом роде.

Они остановились на светофоре, и он, наклонившись, поцеловал ее голое плечо. Мелисса вздрогнула.

– Не думай сейчас об этом, – посоветовал он.

Загорелся зеленый. Они снова тронулись в путь, так что Мелисса не спросила, почему не стоит об этом думать. Вместо этого она поинтересовалась:

– А у тебя уже были такие отношения?

Она так смешно и трогательно выговорила «отношения», словно развитой не по годам ребенок, пытающийся произнести новое слово. Самир улыбнулся. Это одно из самых привлекательных свойств Мелиссы: крошечные вспышки наивности, проглядывавшие за ее маской уверенной в себе, контролирующей собственную сексуальность женщины.