Жанры печатных и электронных СМИ - Екатерина Максимовна Пак

его факты. Поэтому прежде, чем задать косвенный или безличный вопрос, журналисту нужно решить: в какой степени человек готов к откровенным признаниям, способен ли он принять игровые формы общения, может ли адекватно воспринять вопросы с подтекстом и т. д.

В журналистской деятельности находят применение некоторые приемы проективной техники. Слово «проекция» происходит от латинского projectio – «выбрасывание вперед». В 1939 г. социолог Л. Франк впервые использовал данное понятие для обозначения проективной методики. Суть ее состояла в предоставлении человеку «неопределенных, неоднозначных (слабоструктурированных) стимулов, которые испытуемый должен конструировать, развивать, дополнять, интерпретировать»[86]. Как видим, вопросы, основанные на проективной технике, предоставляют человеку возможность вообразить, представить, проинтерпретировать, прочувствовать, сопережить, смоделировать, сконструировать, сопоставить, сравнить те или иные явления с уже существующими. При этом стимулы, как отмечают теоретики, применяемые в проективных методиках, приобретают смысл не столько в силу их объективного содержания, сколько в связи с личностным значением, которое им придает автор высказывания. Отсюда – характерное для проективных методов отсутствие оценки ответов-реакций как «“правильных” или “ошибочных”, ограничений в их выборе»[87].

В журналистике вопросы различаются с точки зрения воздействия на собеседника. В ходе интервью возникают ситуации, когда необходимо в одних случаях подбодрить собеседника, в других – направить разговор в нужное русло, в третьих – спровоцировать собеседника на откровенные признания, в четвертых – вывести «зациклившегося» на какой-то проблеме человека из замкнутого круга и т. д. Во всех этих случаях журналисты могут использовать различные по характеру вопросы, одни из которых направлены на налаживание коммуникативного взаимодействия, а другие – на эффективное влияние на партнера.

Налаживанию коммуникативного взаимодействия способствуют вопросы, заданные в благожелательной форме, приглашающие партнера по общению к сотрудничеству, вызывающие у человека заинтересованность в беседе. Наиболее характерным свойством подобного рода вопросов является их комплиментарность. Журналист в вопросной форме может:

• отметить наиболее важные аспекты общественной жизни человека: «Анатолий Иванович, в своем новом качестве советника президента вы много ездите по России, помогая “встать на ноги” региональным комиссиям по вопросам помилования. Каковы ваши впечатления от их первых шагов?»;

• признать профессиональную компетенцию собеседника: «Являясь признанным специалистом в данной области, не могли бы вы пролить свет на эту проблему?»;

• подчеркнуть заслуги или достижения человека в какой-либо сфере: «Вас, Валентин Михайлович, наверное, и не нужно специально представлять читателям: вы – известный историк, автор многочисленных учебников и монографий. Повод для нашей беседы можно назвать специфическим. Вы больше, чем другие, занимались темой блокады и вели эту работу, если не ошибаюсь, четыре десятилетия. Так?»;

• выделить какие-то положительные характерологические черты личности: «Для того чтобы пробиться в западном музыкальном мире, мало быть, наверное, талантливым музыкантом, надо обладать еще и деловыми качествами. Откуда они у вас?»;

• на эмоциональном уровне выразить восхищение или удивление: «Дмитрий, вы, по-моему, единственный телеведущий, кто решился так смело и бесповоротно сменить свой экранный имидж! Но что же за этим стоит?»;

• проявить искренний интерес к услышанному: «Меня эти факты так поразили, что хотелось бы получить от вас более подробный комментарий»;

• продемонстрировать свою информированность об отдельных аспектах деятельности партнера по общению: «Владимир Васильевич, те цифры, которые вы приводили в докладе о состоянии законности в государстве Президенту РФ и Федеральному собранию, способны повергнуть в шок: каждые 10 минут в стране происходят одно убийство, разбой, четыре грабежа и почти 40 краж. Впору поднимать вопрос о национальной безопасности страны. Каковы, на ваш взгляд, причины столь тревожной ситуации?»

Воздействующую силу на собеседника имеют те вопросы, которые способны:

• побудить человека к размышлениям и высказыванию: «Говорят, что отечественные спортсмены слабо готовы к предстоящим Олимпийским играм. Попробуйте спрогнозировать распределение мест между национальными командами – есть ли у нас шанс оказаться в числе лидеров?»;

• вызвать у собеседника положительную или отрицательную реакцию: «А, скажем, могли бы вы написать мюзикл по телефонной книге?»;

• заронить сомнение: «Что крепче ударило по нашим офшорным ИТ-компаниям: интернет-кризис, продолжающийся уже несколько лет, или последствия терактов 11 сентября, заставившие американские фирмы отказаться от многих зарубежных проектов?»;

• вызвать воспоминания: «Певец Юрий Иванов недавно вспоминал, как вы приехали на презентацию его нового диска. Он был поражен: к нему, молодому, неизвестному артисту пожаловала королева романса…»;

• спровоцировать человека на неожиданные признания: «В вашей творческой биографии (особенно в кинематографе) есть роли, связанные с нечистой силой. Отразился ли как-нибудь этот “загробный опыт” на вашей судьбе?»;

• вызвать собеседника на спор: «Наша российская рок-музыка замечательна. Но почему же наши композиторы не имеют признания на Западе? Ведь музыка – интернациональная культура…» и т. д.

В журналистском интервью иногда используются провокационные вопросы. С точки зрения этических норм их постановка нежелательна, так как ответы на них могут выставить человека в невыгодном для него свете. Коварность данного способа выуживания информации заключается в том, что провокационные вопросы, как правило, таят в себе некий скрытый подвох, о котором собеседник может и не догадываться. И все же на практике журналисты используют такой тип вопросов в следующих случаях: 1) когда стремятся поставить партнера по общению в затруднительное положение («Когда вы перестанете посещать сомнительные ночные заведения?»); 2) когда хотят побудить человека к саморазоблачению («Говорят, что в день ограбления банка вы были за городом. Расскажите, с кем и как вы проводили там время?»); 3) когда хотят подвести собеседника к противоречию между его идеальными представлениями и конкретными поступками («Только что вы отметили, что благодаря введению альтернативной службы в армии можно было бы решить многие проблемы, но в то же время проголосовали против данного законопроекта в Государственной Думе. Как это понимать?»).

Во всех этих случаях человек ставится в невыгодную для него ситуацию, при которой он должен или оправдываться, или доказывать свою невиновность, или опровергать те или иные тезисы. Подобного рода приемы выгодны для интервьюера только тогда, когда он хочет в чем-то уличить своего собеседника, продемонстрировать человеку его профессиональную несостоятельность, довести его суждения до абсурда и т. д. Именно поэтому любой провокационный вопрос вызывает у людей негативную реакцию. И все равно многие попадаются на подобного рода уловки.

Причин здесь несколько. Прежде всего, в отношении человека может быть применена суггестивная техника. В этом случае, как отмечают специалисты, процесс психологического воздействия на человека ориентирован на снижение сознательности и критичности восприятия любой информации.

Бдительность собеседника может быть усыплена благожелательным и доверительным тоном. Тогда он начинает искренно верить журналисту и готов к самораскрытию. Собеседник даже не подозревает о том, что вопросы готовились с определенным умыслом, что его сознательно подвели к совершенно неподготовленному ответу, что он вынужден выдавать больше информации, чем хотел, что его, наконец, просто