Русский Севастополь - Александр Борисович Широкорад

передвигаться лишь с помощью буксирных пароходов. Любопытно, что пароходы буксировали британские парусные корабли[27] не на канатах сзади, а боком (буксиры крепились канатами к левому борту кораблей).

Согласно заранее разработанному плану, французские суда должны были обстреливать укрепления Южной стороны, а английские – Северной. Между французскими находились и немногочисленные турецкие корабли.

Расположение союзных кораблей 5 октября 1854 г.

Итого вооружение одного борта союзных кораблей состояло из 1244 орудий. 5 октября союзный флот атаковал Севастополь с моря. Ему могли отвечать только пять батарей – Александровская, Константиновская, № 10 и № 13 и № 12 (Картошевского). Огонь остальных батарей был малоэффективен. Батареи Николаевская, Михайловская, Павловская и № 4 поначалу открыли огонь, но вскоре прекратили.

На Александровской батарее было 56 орудия, из них: две 3-пудовые бомбовые пушки, 11 – 36-фунтовых пушек, 16 – 24-фунтовых пушек, 4 – 18-фунтовых пушки, 19 – 1-пудовых единорогов и 4 – 5-пудовые мортиры.

На Константиновской батарее было 91 орудие, из них: 50 – 24-фунтовых пушек, 34 – 1-пудовых единорога, 4 – полупудовых единорога, 1 – 12-фунтовая карронада, 2 – 5-пудовые мортиры.

На батарее № 10 было 58 орудий, из них: 2 – 3-пудовых бомбовых пушки, 29 – 36-фунтовых пушки, 12 – 1-пудовых единорогов, 9 – полупудовых единорогов, 6 – 5-пудовых мортир.

На батарее № 12 было 5 орудий, из них: 1 – 36-фунтовая пушка, 3 – 1-пудовых единорога и один полупудовый единорог.

На батарее № 13, расположенной в каменной башне Волохова, было 10 пушек, из них: 8 – 36-фунтовых и 2 – 18-фунтовых.

Корабли союзников бомбардировали береговые батареи Севастополя в течение всего светового дня (около 12 часов). Огонь 11 французских и 2 турецких кораблей, имеющих 746 орудий одного борта, был направлен по преимуществу на батарею № 10 и Александровскую с дистанций 800 сажень (1707 м). Корабли подвергались действию 73 орудий батарей № 10, Александровской и Константиновской.

На следующий день корреспондент британской газеты «Таймс» писал: «Огонь был ужасен. На расстоянии шесть миль шум был похож на грохот локомотива, несущегося на полной скорости, только много сильнее. День был абсолютно безветренным, корабли и батареи окутывал пороховой дым, и зачастую противники не видели друг друга. Огонь время от времени прерывался, чтобы дать рассеяться густому дыму».

5 английских кораблей, стоявших против правого фланга Константиновской батареи, действовали из 259 орудий одного борта с дистанции 650 сажень (1387 м). Они же подверглись действию 54 орудий батарей Константиновской, Александровской и № 10. Из них 18 орудий Константиновской батареи действовали с 650 саженей (1387 м), другие две батареи с 900–950 саженей (1921–2027 м), 4 английских корабля к северо-западу от Константиновской батареи в необороняемом секторе действовали из 169 орудий одного борта с дистанции 450 саженей (960 м). По ним действовали только 2 орудия Константиновской батареи, 13 орудий батареи № 10 и Александровской, которые стреляли в них с 900–950 саженей (1921–2027 м).

Корабль «Аретуза» с 25-ю орудиями одного борта действовал по Константиновской батарее с 300 саженей (640 м), и корабль «Альбион» с 45-ю орудиями действовал по башне Волохова с 450 саженей (960 м).

В бою британская эскадра потеряла 44 человека убитыми и 266 человек ранеными. Согласно рапорту вице-адмирала Дандаса, командовавшему британской эскадрой, «корабли, мачты, такелаж повреждены в большей или меньшей степени, в основном бомбами и раскаленными ядрами. “Альбион” получил повреждения как корпуса, так и рангоута. “Родней” сел на мель и был снят при помощи “Спайтфула”… Все корабли за исключением “Аретузы” и “Альбиона”, которые отправлены в Константинополь на ремонт, будут отремонтированы за 24 часа».

Замечу, что «Аретузу» и «Альбион» в Константинополе отремонтировать не удалось, и их отправили на Мальту – главную британскую военно-морскую базу на Средиземном море.

Французская эскадра потеряла всего убитыми и ранеными 212 человек. Французские корабли потерпели сильные повреждения: «Виль де Пари» получил 50 пробоин, «Наполеон» получил опасную подводную пробоину, «Шарлемань» получил повреждение машины.

На турецкие корабли севастопольские артиллеристы не обращали особого внимания, и они отделались всего парой раненых.

Повреждения же русских батарей оказались невелики. На батарее № 10 было подбито 3 орудия, и у 7 повреждены лафеты. На Александровской батарее подбито 3 орудия и столько же лафетов. На башне Волохова поврежден один лафет. Сильно пострадала батарея Константиновская из-за неудачного расположения. Хотя она находилась на выдающемся мысе, у нее только половина орудий могла стрелять по кораблям. А 27 орудий на верхнем ярусе не были прикрыты от тыльных и продольных выстрелов, поэтому там остались неповрежденными только 5 орудий.

Из 152-х береговых орудий было сделано 16 тысяч выстрелов. Союзники из 1244 орудий выпустили 50 тысяч снарядов.

На береговых батареях убыло: 16 убитых и 122 раненых.

После неудачной попытки 5 октября союзный флот ни разу не предпринимал решительных действий против береговых батарей Севастополя и ограничивался только редкими действиями отдельных судов против русских укреплений на больших дистанциях.

Так два сильнейших в мире флота оказались бессильны против береговых батарей Севастополя.

Глава 6. Оборона бастионов Севастополя

Первый бастион был построен на Корабельной стороне на левом берегу Килен-бухты, в районе современной улицы Макарова, над нынешней железной дорогой. По проекту 1834 г. первый бастион предполагалось построить позади Ушаковой балки, но позже вынесли его вперед, за возвышенность между Ушаковой балкой и Килен-бухтой.

В 1851 г. из киленбальского известняка построили оборонительную казарму с подвалом на 250 человек. Длина фасада казармы – 80 м, ширина – 12 м, высота – 4,2 м. На её вооружении находилось 9 полупудовых крепостных единорогов. На месте будущего бастиона инженерная команда под руководством капитана Ф.А. Старченко построила батарею, вооружённую четырьмя орудиями, позже добавили ещё пять пушек. У батареи в скале выдолбили ров. Но очертания бастиона укрепление приобрело только в начале июня 1855 г., когда моряки с корабля «Париж» соорудили в его тыловой части батарею, получившую номер 107.

Поскольку расстояние между 1-м бастионом и Малаховым курганом было слишком велико, в начале сентября 1854 г. на месте будущего 2-го бастиона построили батарею на 6 орудий. Позже число пушек довели до 20. Вокруг укрепления в скальном грунте выдолбили ров. В связи с тем, что ров не удалось вырубить в скале на нужную глубину (не хватало шанцевого инструмента), на контрэскарпе вала возвели каменную стенку для прикрытия от штуцерных пуль противника.

Второй бастион и стоящий рядом Малахов курган были соединены Камчатским люнетом, Волынским и Селенгинским редутами. Укрепления были названы в честь полков, которые их строили и обороняли. Во время второй обороны на Камчатском люнете находилась зенитная батарея № 54, перенесенная из района хутора Лукомского.

В начале 1854 г. на Малаховом