Жнец и его тень - J. R. Crow

не осталось не осталось незамеченным: все присутствующие коллеги дружно подняли головы над перегородками.

— С возвращением, шеф! Нам вас не хватало.

— Спасибо.

— Как отдохнули, шеф? — невинно поинтересовалась секретарь.

— Устал отдыхать, — честно признался жнец. — Есть необработанные списки?

— Этого добра всегда навалом.

Секретарь протянула ему планшет с закреплённой стопкой листов. Жнец в уме подсчитал интервалы, необходимые на сопровождение одной души, выбрал оптимальный маршрут и расставил сразу шесть печатей.

— И сделай мне синхронную копию, чтобы лишний раз не возвращаться.

— Мне порой не хватает вашего энтузиазма, шеф, — прокомментировал коллега, который, повиснув на перегородке, наблюдал за процессом. — Я люблю между выездами в офис заскочить, кофейку выпить.

— Именно поэтому ты называешь меня «шеф», а не наоборот.

— Да, да, похоже на то. Но меня всё устраивает.

Общительный коллега скользнул обратно за свой стол, а жнец, дождавшись, когда секретарь скопирует списки, переместился по первому адресу.

Невольно горько усмехнулся, осмотрев комнату: все стены были увешаны плакатами с героями аниме, которые он смотрел или собирался посмотреть. В этот раз отдел планирования сделал погрешность в другую сторону: таймер ещё отсчитывал последние секунды, а жизнь уже полностью покинула тело. Душа бледного длинноволосого паренька безуспешно пыталась растолкать своё безжизненное обиталище.

— Вставай, ну вставай же, ну!

— Мне очень жаль, но встать это тело сможет только в форме нежити, а это запрещено.

— Кто здесь? — душа резко обернулась в поисках источника голоса. Взгляд её остановился на жнеце, пытаясь вникнуть в произошедшее. Самый важный момент, в который может произойти всё, что угодно: отрицание, торг, побег... Но эта душа лишь уважительно хмыкнула:

— Крутой прикид, чувак.

Потом призрачные глаза стали печальными, обратившись к монитору, где всё ещё был открыт остановившийся видеопроигрыватель.

— Не знаешь, на той стороне есть кто-нибудь, кто знает, чем закончилась «Академия»? Я даже краткое содержание не читал, не люблю спойлеры. А вот теперь уже жалею. Я пытался сделать это сейчас, но не могу нажать даже кнопку.

— Такеши стал ректором, — начал жнец, изрядно удивив этим душу. — Акира женился на Аяно, а Торанагу посадили в тюрьму.

— А-хре-неть, — медленно по слогам произнёс парнишка. — Откуда ты знаешь?

— Смотрел. Это единственная вещь, которая мешала тебе спокойно уйти?

— Никогда бы не подумал, что смерть смотрит аниме. Это хорошо, что Торанагу не убили, он мне нравился, хоть и злодей.... Да, пожалуй, это всё, что я хотел знать.

Жнец привычно призвал серп и уже дотронулся до связующей нити, как вдруг душа выкрикнула:

— Погоди минутку! — и метнулась к стеклянному шкафу, где ровными рядами стояли фигурки любимых персонажей. На переднем плане, самая качественная и детализированная из всех, возвышалась красавица Аяно в развевающемся платье волшебницы. — Ты можешь открыть этот ящик, у меня не получается?

— Хорошо.

Стекло само отъехало в сторону, призрачная рука нежно провела по подставке фигурки.

— Раз уж ты тоже в теме, возьми её себе, хорошо?

— Мы не берём взятки у людей, — категорически отказался жнец.

— Да какая там взятка! Подарок, от всей, так сказать, души. Иначе Вадик из соседней комнаты умыкнёт, извращенец. Ничего он в японской анимации не понимает, кроме «гы, сиськи!», а слюни распустил, как Аяночку увидел, аж противно стало. Так что, если ты не возьмёшь, я никуда не пойду и останусь здесь её охранять!

— А это уже шантаж.

— Блин, — душа задумчиво уставилась в пол, ища новые аргументы. Предприняла последнюю попытку: — Ну пожааалуйста!

— Ладно, — достоверно непонятно, имело ли здесь место сочувствие к собрату-анимешнику, но жнец сдался. — Оформлю, как последнее желание.

Под его взглядом фигурка уменьшилась до размеров брелка и плавно спланировала в карман пальто. После этого душа признала, что больше её в этом мире ничего не держит, и спокойно позволила себя сжать.

Следующие клиенты попались ничем не примечательные: несколько попыток побега, два скандала с требованием позвонить адвокату и одно истерическое отрицание, но в большинстве своём — мирное принятие.

Ближе к вечеру, привычно удовлетворённый проделанной работой, жнец вернулся в офис. Приведя её к обычному размеру, поставил трофейную фигурку на угол стола. У других сотрудников иногда на какое-то время появлялись на рабочем месте разные безделушки, но он предпочитал не держать там ничего лишнего. Но Аяно, пожалуй, смотрелась весьма органично.

— О, шеф, какая миленькая! Почём покупали?

А жнец-то уже понадеялся, что в первый день их пути со стажёром не пересекутся.

— Мёртвая душа отдала.

— То есть вы всё-таки иногда берёте взятки? — непонятно чему обрадовался стажёр.

Жнец молча протянул ему почти дописанный отчёт.

— ... подношение от мёртвой души... согласно поправкам 7 и 9 к кодексу об обмене... считать безвозмездным даром, полученным в результате действий, предусмотренных актом о последних желаниях... Эх, вот ведь, мне бы какая-нибудь душа безвозмездно подарила пару миллиончиков денег!

— Опять ты за своё, — кажется, в чём-то Радомир всё же был прав: после отпуска поведение новичка уже не казалось таким раздражающими, просто надоедливым. — Может, не стоит так зацикливаться на деньгах?

— Вам легко говорить, шеф! Вы сами свои хоромы видели? Колонны, прихожая с бальный зал. А у меня однушка за чертой города.

— У нас в конторе не как у людей, всё прозрачно: лучше работаешь — больше зарабатываешь. Снимаешь квартиру побольше. В чём проблема?

— Заработаю я, как же. Лет через двести, когда стану таким же трудоголиком, как вы, и мне уже будет не особо надо.

— Ну так выбирай, что тебе дороже: хоромы или оставаться раздолбаем, — жнец позволил себе лёгкую усмешку.

У стажёра аж челюсть отвисла:

— Шеф, вы что... вы это вот сейчас пошутили?

Он вскочил, как ужаленный и понёсся между кубиков, распространять новость:

— Ребят, вы слышали? Наш шеф умеет шутить!

Жнец удручённо покачал головой и вернулся к написанию отчёта.

Что-то заставило жнеца войти в дом по-людски, через дверь. Он машинально повесил шляпу на вешалку, потянулся к пуговицам пальто, но так и не расстегнул, удивлённый увиденной сценой: на банкетке сидела Варвара, прижимая к покрасневшим глазам мокрое полотенце. Кощей тонкой кисточкой поправлял ей растёкшиеся стрелки туши.

— Что ты здесь... — он вспомнил просьбу не быть злюкой и поправился: —