След «Семи Звезд» - Андрей Чернецов

Майор лишь помотал головой.

– Это XVI век, а не что-нибудь! И не подделка – мы нашли эти вещи в каталоге.

– И сколько они стоят? – не сдержался Савельев.

– Точно сказать не могу, но сумма определенно четырехзначная. И не в рублях, само собой. Зацепок на них нет, сразу предупреждаю – ни на аукционах в последние годы не появлялись, проверили уже по Интернету, ни в списках похищенных ценностей не числятся.

Есть, правда, одна мелочь. «Перышки» определенно побывали в Карибском море. Рукоять из американского дерева и отделана черепашьим панцирем – причем все доподлинно старое: фактура, трещины, ну и все такое. И обтянуты они акульей шкурой: чтобы не скользила в руке – лучше и не придумаешь. Так что видимо, этими ножами какой-нибудь капитан Флинт резал свои жертвы. Ну, вот пока и все…

Распрощавшись с Эрастом Георгиевичем, майор вернулся к себе. Еще минут сорок он изучал протоколы допроса Варвары и этой… жрицы-стриптизерши. Потом заварил чай, но насладиться ароматным «Северным Львом» не успел.

В кабинет вошла яркая молодая женщина, чуть наклонила голову в приветствии.

– Здравствуйте! Я – Лидия Ровнина. Мне назначено на двенадцать к следователю Савельеву. Ох, простите. Это, полагаю, вы… Можно сесть? – осведомилась она.

– Да, конечно, – чуть смутился Савельев.

Но тут же уточнил:

– Вообще-то, без разрешения входить в мой кабинет не разрешается…

– Извините, – пожала плечами гостья – Я никогда раньше не бывала в милиции, кроме как при получении паспорта.

Пока свидетельница расписывалась «за дачу заведомо ложных показаний», майор внимательно изучал ее.

Если при несомненных достоинствах Вещуньи Алены красавицей ту назвать было сложно, то сидевшая перед ним молодая женщина как раз отличалась несомненной красотой и, в отличие от своей «коллеги», как уже выяснил Савельев, происходила из почтенной профессорской семьи, пусть и из провинциального Оренбурга.

В фирме Монго она частично вела финансовые вопросы и некоторые проекты – ну помимо магических консультаций и ясновидения. Но именно частично – чародей, несмотря на свое более чем среднее образование, лучше иных выпускников МГУ и даже Гарварда понимал, что в бизнесе не стоит класть все яйца в одну корзину.

Но, черт возьми, покойный и в самом деле любил разнообразие – Леди Ровена была полной противоположностью жрице Змея, или как ее там. Стройная худощавая шатенка, с безупречными тонкими чертами лица и черными глазами наводила на мысль о восточных танцовщицах и полумраке сераля. Дорогой черный костюм «в искорку», черная блуза с неглубоким узким вырезом, блеск светлых камней в ушах и на пальцах – да, и впрямь Леди Залов Ночи!

– Вы, видимо, хотите задать вопрос – знаю ли я что-нибудь, проливающее свет на это несчастье, – первой начала она разговор. – Вынуждена разочаровать. Не имею ни малейшего представления, за что его могли убить.

Савельев уже приготовился бросить сакраментальное «Вопросы здесь задаю я», но тут вдруг отметил, насколько равнодушно Ровнина говорила о покойном. Видимо, компьютер, стоявший в ее очаровательной головке, уже списал мертвого шефа как нечто, не имеющее значения. И совершенно по-другому увидел сыщик и костюм в три его зарплаты, и ключи на брелке с надписью «хонда», которые она рассеянно вертела на указательном пальце правой руки, и отсветы дорогих камней… Лидия явно знала себе цену, стоила дорого, что не упускала случая продемонстрировать.

Майор слегка разозлился.

– А это никак не может быть связано с вашей «Школой»? – буркнул он (вопрос-то, между прочим, довольно скользкий – всякое ведь всплыть может). – Вы ведь ее курировали?

Но Лидию оказалось не так-то просто смутить.

– Что в ней особенного? – пожала она плечами. – Таких школ немало в Москве. Я курировала ее исключительно с финансовой точки зрения, – изящного рисунка губы тронула многозначительная улыбка. – Ею занимался лично Григорий Ефимович…

«Ну и стерва!» – не без уважения подумал майор.

Как успел разнюхать неутомимый Хасикян, при Ложе Серебряного Змея существовало нечто вроде кружка юного мага. Причем вел ее действительно сам Монго, отдавая предпочтение юным симпатичным девушкам, в том числе и не достигшим совершеннолетия, набирая из них ассистенток.

Первоначально Савельев даже подумал – нет ли тут ключей к разгадке убийства? В конце концов, оскорбленные родительские чувства толкали на преступления и куда более жестокие, особенно в ситуации, когда на правосудие надежды мало, а оскорбитель богат и влиятелен. Может, все же тряхнуть эту Ровену насчет «Школы» поосновательнее?

Нет, пожалуй, зацепок тут нет. Ни одного скандала и даже намека на него в связи с этим заведением не зафиксировано. Вероятно, Монго если и таскал девчонок в постель, так выбирал тех учениц, кто сам не прочь был там оказаться. Хотя это тоже не тот факт, что остановит разъяренного папашу…

– Может быть, все дело в «Книге Семизвездья»? – голос Ровниной вывел его из размышлений о морали.

– Что? Средиземья? – не понял Савельев.

– Семизвездья, – ехидно улыбнулась Лидия. – Это редкая древняя книга, написанная, если мне память не изменяет, Брюсом.

И уточнила:

– Не Брюсом Ли и не Брюсом Уиллисом… – теперь издевка стала откровенной.

«Интеллигенция, мать ее!» – выругался Вадим про себя.