Закон Арксеона 4 - Александр Сергеевич Виланов

Но даже так противостоять ему было нелегко. Если в начале боя Кабрио чувствовал превосходство в силе и был уверен, что без яда Хорр ему не соперник, то появившийся на сцене класс спидстера резко склонил чашу весов в другую сторону.

Но похоже, что Хорр всё же проигрывал. Быть может, необходимость постоянно залечивать переломы сильно сушила ману.

Как Кабрио понял, что некромант проигрывает? Очень просто: тот сменил тактику. Перестав размениваться ударами на ближней дистанции, он стал отскакивать подальше от противника и обстреливать его рунными ударами.

Как оказалось, для этой воинской магии вовсе не обязательно держать в руках два клинка. Хватит и одного, даже полуторного. Лишь бы сила позволяла быстро им размахивать и чертить в воздухе руны.

Так он и дрался: отпрыгивал, выстреливал руной, отбивался от Кабрио, снова отскакивал и стрелял. Решил взять измором? Выражаясь игровым сленгом — захаррасить? Ну пускай попробует.

Вот некромант в очередной раз подскочил высоко в воздух — метров на десять — и принялся водить клинком, вычерчивая очередную алую руну.

Высокий прыжок — это он зря. В воздухе ведь особо не поманеврируешь. Подпрыгнув вслед за ним, Кабрио зарядил левую ногу и махнул некроманту по лицу.

Первая странность, которую он заметил: не было отдачи от столкновения. Промахнулся? Вторая: в ноге возникло какое-то странное ощущение.

Третья же странность заключалась в том, что, посмотрев на ногу, Кабрио увидел вместо неё обрубленную культю, из которой вылетал кровавый шлейф.

— ААААА!!!

Обрубок взорвался болью — такой же непереносимой, как когда тётка с топором отрубила ему руку. Мгновенно растеряв концентрацию, странник кулём повалился вниз и врезался лицом в каменную плитку.

Но быстро взял себя в руки, сел и осмотрелся. Хорр приземлился неподалёку, но бросаться в атаку не спешил. Любил он почесать языком и покрасоваться.

— Глупый некромант чертит очередную бесполезную дальнобойную руну. Да ещё и подставил себя под удар, подпрыгнув в воздух. Так ты подумал? — раздался из-под маски его вкрадчивый голос. — Похоже, мой блеф сработал, и ты решил, что в моём арсенале есть только один рунный удар.

Один? Так они бывают разные? Хотя это логично. Кабрио и сам догадывался, что на следующих ярусах Зора сможет пополнить свой арсенал.

Некромант продолжал:

— Вот этот удар, к примеру. Я назвал его «руной разрубателя». Он игнорирует защиту цели, и способен разрезать любую, даже самую крепкую броню. И, как ты уже понял, предназначен для ближнего боя, а не для стрельбы.

— Где ты… его… раздобыл? — спросил Кабрио, кривясь от боли. Вдруг и правда расскажет? Информация лишней не бывает. Особенно когда в твоём отряде тоже есть воин.

— Подсмотрел у одного местного монстра. Этакий самурай с катаной.

— Синий… самурай?

— Так ты тоже его встречал? Но тогда почему не знал о рунном ударе?

…

— Он ни разу не применил этот приём в бою? Ах, понимаю: вы навалились на него всей толпой и заколотили, не дав ничего сделать. Так с воинами драться нельзя, Кабрио. Я вышел против него один на один, и самурай раскрыл мне своё искусство.

Сдерживаться в бою с монстром, чтобы он смог показать приём, а ты смог его подсмотреть? Это что-то новенькое. Хотя, если у вас за день не произошло ничего «новенького», значит, вы не в Арксеоне.

— Кабрио! — донёсся со стороны знакомый крик. Повернувшись туда, парень увидел стоявшую на стене мечницу.

— Подмога подоспела? — задумчиво произнёс Хорр.

Очень вовремя. Кабрио сам не любил нарушать правила честного боя, но против читера с пятью классами можно сделать исключение.

Вот только, раз Зора здесь…

— Ты нашла Лорену⁈ — крикнул он в ответ.

— Можно сказать, что нашла… — произнесла та со скорбью в голосе.

— Не томи уже, говори!

— Я уже несколько минут следую за её меткой на карте, и могу сказать со всей уверенностью: метка Лорены ведёт к этому ублюдку.

Чего? К Хорру? Не поверив ушам, Кабрио сам призвал интерфейс карты. И увидел, что метка и правда находится прямо перед ним. Ровно в той точке, где стоит вражеский лидер в маске, сжимая в руке полуторный меч. Значит, та женщина, что стояла возле него в самом начале, была не Лореной?

— Это как понимать? — произнёс странник, хотя уже начал догадываться об ответе.

— Лорена? Это имя той девки, которую Рейц похитил в деревне?

— Что ещё за Рейц?

— Спидстер из моей гильдии. Во время той битвы я приказал ему не вмешиваться в бой, поэтому ты его, скорее всего, не видел. Ну а потом он облажался и понёс за это наказание.

На последних словах Хорр похлопал себя по левой ноге.

— Хо… — выдохнул Кабрио. — Я-то думал, ты ловишь и пускаешь на органы посторонних странников. А ты собственную гильдию…

— А почему нет? — озадаченно произнёс некромант. — Ведь союзники для того и нужны, чтобы приносить пользу. Разве не так?

— Плевать мне на тебя и твоих союзников. Говори, что с Лореной!

— Ну… Можешь считать, что она находится внутри меня.

Вот и прозвучали эти слова. Вот и отпали последние сомнения. Вот и сбылись худшие страхи. Лорена внутри него. Внутри франкенштейна, что убивает людей и пришивает себе их органы, чтобы обрести их способности.

Теперь ясно, почему метка обольстительницы вела к нему.

Только вот непонятно, какую часть тела Лорены Хорр вживил в себя. Учитывая, что её класс завязан на сексе… Да нет, даже этот тип не может быть настолько отмороженным, чтобы оторвать себе этот орган и пришить чужой.

И вообще, на кой ему сдался класс обольстителя? Кого он в этом мире собрался соблазнять?

Но всё это не важно. Важно лишь одно: сейчас он умрёт.

— Зора, не вмешивайся, — произнёс Кабрио, поднимаясь на ноги. На правую ногу в ботинке и левую, целиком сотканную из синей энергии.

— Не вмешивайся? — озадаченно произнёс Хорр. — Хочешь повергнуть меня самостоятельно? Надеюсь, это не просто эмоции, и у тебя есть план.

Ещё как есть. Крайняя мера, к которой Кабрио надеялся не прибегать. Но разве можно обойтись без крайних мер, сражаясь с чудовищем?

Странник сконцентрировался и начал расширять каналы. Не на двадцать процентов: этот режим и так работал всегда, по умолчанию. Сейчас он открывал каналы шире, выходя за свой предел.

Энергия вокруг него загудела, воздух завибрировал, а каменная