Приквел цветных революций: Апогей гибридной холодной войны. 1946—1991 - Дмитрий Викторович Суржик

репрессий», а советская администрация была обвинена в преступлениях против прав и свобод личности. Группа была официально зарегистрирована как НКО в ноябре 1948 г. в Шатлоттенбурге (Западный Берлин), а в апреле 1949 г. группа Хильдебрандта-Биркенфельда была официально признана военными (оккупационными) комендатурами Западного Берлина. Затем группа перешла в введение Центрального разведуправления США, в документах которого фигурировала под кодовым именем DTLINEN. Массив рассекреченных документов о ее деятельности сейчас доступен пытливым исследователям на просторах Всемирной паутины.

Спустя некоторое время для штаб-квартиры группы был снят отдельный особняк, причем арендную плату за него внес CIC за полгода вперед. Финансирование началось с 5000 долларов США (около 20 тысяч западногерманских марок) в месяц и закончилось суммами в 250–260 тысяч ежегодно. Впоследствии один из общественно-политических журналов в Восточном Берлине опубликовал копию письма от руководства Фонда Форда, в котором подтверждалось предоставление гранта на 150 тысяч долларов Национальному комитету за свободную Европу, чтобы тот, в свою очередь, мог бы поддержать гуманитарную деятельность Боевой группы против бесчеловечности. Национальный комитет за свободную Европу был одной из подставных организаций ЦРУ и управлял деятельностью радиостанции «Свободная Европа». Материальную помощь группе оказывали и другие спонсоры.

Очень быстро группа скатилась к актам саботажа, поджогам и отравлениям питьевых источников. Как Хильдебрандт описывает в отчете своему куратору из ЦРУ, в июне 1951 г. он вместе с «кадровиком» с Радио «Свобода», власовцем-полковником К.Г. Кромиади, создал общество германо-русской дружбы. Только Хильдебрандт не знал одного: Кромиади тоже отправил отчет об этой встрече своему куратору — начальнику мюнхенской базы ЦРУ103.

Группа вела политический и военный шпионаж (успехи призывных кампаний, настроения в войсках и народной милиции, движения военных колонн), экономическую разведку (снабжение предприятий, финансовый оборот, добыча полезных ископаемых, внешнеэкономическая деятельность ГДР). Группа занималась контрразведывательной работой, выявляя потенциальных советских агентов. Также она не гнушалась саботажем. Одной из первых акций здесь были фальшивые почтовые и продовольственные карточки, которые распространялись среди «восточных немцев». Когда же восточногерманская экономика перешла на денежный оборот в 1948 г., резиденты гуппы начали совершать диверсии против железнодорожного транспорта, которые оборачивались ущербами в сотни восточногерманских марок. Агенты группы занимались посильным вредительством на других предприятиях. Например, сорвали работу завода фотопленки Agfa.

Она также стала и вербовочным пунктом для найма молодых беженцев из Восточной Германии, прибывших в ФРГ, на войну в Корее и Вьетнаме.

Группа вела психологическую войну. Используя типографию газеты Die Neue Zeitung («Новая газета»; NZ), созданной также на американские деньги, группа печатала и распространяла в Восточной Германии листовки, направленные на дискредитацию ее властей с целью сорвать деятельность восточногерманских общественно-политических организаций, вызвать раскол между властями и обществом и затем — массовые беспорядки. В изданиях, замаскированных под восточногерманские, группа давала советы призывникам, как избежать призыва путем членовредительства и усугубления случайных ран.

В лучших традициях нацистской политической разведки группа создала свой розыскной лист с именами тех, кого следовало арестовать и уничтожить в Восточной Германии, если вдруг начнется война. Однако, как признал позднее один из лидеров группы, Эрнст Тиллих, население ГДР вяло реагировало на эти агитматериалы, ибо оказалось более подготовленным. Тем самым он признал успехи контрпропаганды и Штази в этом противостоянии.

Двадцать второго марта 1950 г. CIC назначило бывшего полицейского-ищейку Герда Байтца вторым лицом в группе. Назначение было вызвано неудовлетворительным качеством материалов и желанием кураторов активизировать «психологическую войну», то есть террор на территории ГДР. Такая активизация была вызвана политическим строительством в Восточной Германии. Так, накануне и в день проведения выборов в Народную палату ГДР 15 октября 1950 г. Байтц приказал устроить поджоги во всех зданиях СЕПГ в восточногерманских землях, предполагалось также вмешиваться в работу избирательных комиссий, совершая звонки от имени властей, подбрасывать фальшивые бюллетени и т. д.

Теперь группа отправляла в восточногерманские органы и на предприятия властные распоряжения на фальшивых бланках и с поддельными подписями, внося хаос в работу и срывая снабжение немцев. Отдельные восточногерманские активисты получали в свои почтовые ящики анонимные предостережения об аресте или открытые угрозы. Панические настроения нагнетала также и радиостанция RIAS, созданная в 1946 г. на деньги Информационного агентства США. В одном только 1954 г. группа распространила 100 млн листовок, из которых 68 млн были изготовлены на мощностях самой группы.

Весной 1952 г. Байтц приказал химическому отделу группы изготовить 500 зарядов взрывчатки, фосфора и кислот, которые должны были сработать на железнодорожных путях, мостах, шлюзах, на заводах и электростанциях ГДР. Предполагалось, что закладывать их будут в том числе западногерманские полицейские. А еще через несколько месяцев Байтц решил разослать всем руководителям ГДР отравленные письма.

Многие проекты Боевой группы и различных организаций белогвардейцев реализовать не удалось. Несмотря на это, ретивость Байтца произвела хорошее впечатление, и Хильдебрандт вскоре был отправлен в «отставку» по болезни, а отдел Байтца еще больше расширился. Провалы группы, кроме прочего, были связаны с тем, что сведения об этих акциях просачивались через оппозицию (в том числе евангелическую) в ФРГ, от перебежчиков, арестованных МГБ ГДР.

В 1953–1958 гг. органы госбезопасности ГДР выявили и арестовали около 500 агентов группы, ликвидировали склады с оружием и радиостанциями, созданные, чтобы развернуть диверсии и террор в Восточной Германии в случае начала горячей войны. 11 февраля 1959 г. МГБ ГДР заявило о задержании членов группы, которые планировали поднять мятеж в Дрездене. Учитывая, что Конституция ФРГ, принятая еще в мае 1949 г., не признавала фактический раздел Германии, это восстание могло получить официальную поддержку из Бонна, который уже 4 года имел свои вооруженные силы и входил в состав НАТО. Причем генеральным инспектором бундесвера был генерал Адольф Хойзингер — бывший начальник Оперативного отдела Генерального штаба сухопутных войск вермахта, ответственного за другие ТВД, кроме советского. После войны Хойзингер участвовал в переговорах Европейской оборонительной организации (так и не созданной), а с 1961 по 1964 г. возглавлял Военный комитет Североатлантического альянса. То есть любая массовая провокация в ГДР грозила вмешательством Западной Германии и втягиванием всего НАТО в конфликт.

Надо также учитывать и общую международную обстановку. Дело в том, что это были не самостоятельные, а прокси-силы американо-британских спецслужб. Стратегия же последних заключалась, как ее сформулировал в «длинной телеграмме» Джордж Ф. Кеннан, в балансировании на грани войны. То есть Вашингтон и Лондон осознавали имиджевые издержки в случае, если они откровенно развяжут боевые действия против Советского Союза — жертвы нацистской агрессии, о которой еще слишком хорошо помнили. Поэтому американо-британские спецслужбы сосредоточились на подпольных подрывных акциях, стремясь показать непрочность советского тыла, и особенно ГДР: акты саботажа, попытки стимулировать массовое народное восстание в СССР и использовать его как казус белли. С этой же целью проводился регулярный мониторинг лояльности отдельных регионов советской власти, оценивался потенциал их антисоветской борьбы и возможности для заброшенных туда ДРГ.

Боевая группа против бесчеловечности была ликвидирована в июле 1959 г. после скандала в Конгрессе США. Но перед этим она провела немало акций: сюда входили и контрразведывательные задачи, и шумные митинги против «репрессий» в ГДР (заключения под стражу восточногерманских подростков, выполнявших задания Хильдебрандта). Группа изготовляла и печатала фальшивые почтовые марки ГДР, распространяла листовки (в том числе на воздушных шарах), обвиняя ГДР в инфильтрации бывших нацистов и тоталитаризме. Еще одна интересная акция группы — внедрение в восточногерманскую телефонную сеть и создание путаницы в берлинских предприятиях легкой промышленности. Результатом стал принципиальный отказ восточногерманских предприятий принимать заказы по телефонограммам.

1953 год: Иранская «Белая революция» и ее истинный смысл