Обреченные - Тея Лав

Со временем все встало на свои места. Но он не забыл. Не забыла и я. И как такое можно забыть?

Его руки на моей груди, его язык внутри меня. Я помню все: этот запах, мои фиолетовые простыни с пятнами крови, наш пот и его дыхание… Звуки, которые он издавал, когда входил в меня. Эти руки, на которых проступали вены, когда он опирался на них, нависая надо мной. И глаза. Черные омуты, наполненные тоской и любовью…

Сейчас все повторялось. Я снова чувствовала то, что чувствовала тогда. Но в десять раз сильнее.

Картер снова поддался мне. Я этого не планировала. Ночь, что мы провели вместе, была адски мучительной. Когда он рисовал на мне, а потом всю ночь набивал тату, мне приходилось закусывать губы и заставлять себя думать, о чем угодно, но только не о его руках. Но ни громкая музыка, ни боль от иглы, ничто не смогло подавить это желание. Эту ноющую боль между ног.

Когда моя голова коснулась кровати, и я почувствовала запах его постели, мне стало ясно, что я снова хочу совершить ошибку.

Нетерпеливый язык Картера заставлял меня чуть ли не визжать от восторга. Я извивалась словно змея. Пальцы ног с силой вжались в простыни, а пальцы рук теребили шелковистые волосы Картера.

– Чертенок… – стонал он между поцелуями с моей плотью. – Что же мы делаем?

Я сходила с ума от его наполненного страстью голоса.

– Не останавливайся, – прошептала я.

Он и не думал этого делать. Я открыла глаза. Руки Картера выводили круги на моих сосках под майкой. Его голова плавно двигалась между моих бедер. Он полулежал, склонившись надо мной. Из-под низко опущенных спортивных штанов выпирало его возбуждение. Мне так хотелось прикоснуться к нему. Так хотелось попробовать его на вкус. Сейчас я ненавидела всех девушек, которые получали от него, то же самое, что и я сейчас.

Это только мое. Картер мой.

Он глубже вонзил свой язык, и я застонала так громко, что Картер удовлетворенно рыкнул. Его руки оставили грудь, и нашли мои ладони. Мы вцепились друг в друга обеими руками, сплетая пальцы. Картер потянул меня на себя, и я качнула бедрами.

– Вот так, чертенок. Двигайся.

Я держалась за его руки, запрокинув голову, и двигала бедрами, буквально насаживаясь на его язык.

– Кончи для меня, – на миг остановившись, шепнул он.

Я вскрикнула и почувствовала огромную накатывающую на себя волну удовольствия. Руки и ноги тряслись. Картер отпустил мои руки и провел горячей ладонью по татуировке. Я вздрогнула и открыла глаза.

Он тяжело дышал, так же, как и я. Его эрекция достигла пика. Я привстала и протянула руку. Мои пальцы прошлись по тонкой полоске волос, ведущей к паху. Картер поймал мою руку, когда она почти забралась под резинку штанов.

Я подняла на него взгляд.

– Тебе нужно…

– Нет, – резко ответил он. Его голос уже не был хриплым от страсти. Он стал холодным.

Картер встал с кровати и посмотрел на меня. Я свела ноги вместе.

– Поцелуй меня, Картер.

Он ухмыльнулся.

– Чем я по-твоему сейчас занимался?

Меня разозлили его слова.

– Не выставляй меня похотливой стервой. Ты охотно это сделал.

– Кейли, так нельзя. Твою мать! – Он схватился за волосы. – Я иду в душ.

Я бросила в него подушкой и забралась под одеяло. Возможно, он прав. Тело все еще ныло от его прикосновений и, чувствуя себя полностью удовлетворенной, я стала медленно погружаться в сон.

Я проспала до полудня и, проснувшись, обнаружила записку от Картера.

Обработай тату, мазь на столе. Увидимся дома.

К.

Отбросив лист, я схватила тюбик, лежавший на прикроватном столике и сделала так, как велел Картер. Что ж, кажется нам снова придется делать вид, что ничего не было и вести себя как ни в чем не бывало.

Меня это жутко раздражало.

Хотя… чего я собственно хотела?

Джек и Лукас с ума сойдут, узнай они правду. Я уже не представляю, что будет с мамой.

Они не поймут.

Но будь я хоть немножко разумной, я бы никогда не полезла к Картеру.

Неужели так и будет продолжаться, пока нас не поймают? Звучит дико. И мне бы мог понравиться такой расклад. Мне нужна была тайна. А тайна в лице Картера идеальна.

Но он на это не пойдет. Я знаю это точно.

Сегодня утром он не позволил мне прикоснуться к нему. Хотя было очень заметно, как он хотел. Но и трахая меня языком, Картер получал не меньше удовольствия, чем я.

После душа я спустилась вниз и решила немного порыться на стеллаже из ламинированной древесины. На нем был беспорядок. Все рисунки, блокноты, карандаши и краски лежали в огромной куче в каждом отсеке. Пролистывая альбомы, я аккуратно складывала их в отдельные стопки. Меня поражала креативность Картера. Каждый рисунок: будь то черно-белый карандашом или портретный красками, отражал его особый стиль. Я выбрала на свой взгляд, самые интересные и расклеила их на стене рядом со стеллажом. Мое лицо мелькало очень часто. Моя улыбка или слезы.

Что же он чувствует ко мне? И что нам с этим делать?

– Вы сумасшедшие! – Лукас крутил мою правую ногу, пока я пыталась напечатать е-мэйл своему научному руководителю. – Вот вы чем занимались всю ночь?

Я поперхнулась и отложила лэптоп.

– Ну, д-да, да…

Воскресный день уже подходил к концу. Завтра я решила посетить кампус и встретиться со своим научным руководителем по археологии. Когда мне пришел ответ с колледжа, миссис Бейтс сразу же связалась со мной по телефону и пригласила на специализированные курсы второй степени.

– Кому ты пишешь? – поинтересовался брат.

– Миссис Бейтс хочет встретиться со мной завтра. Она ознакомилась с моими научными проектами по Американской