Сильнее обстоятельств - Пенни Джордан

Ее работа! Ворд заволновался: это она о своем партнерстве с Джулианом Коксом? Как бы ему порасспросить ее, не вызывая подозрений?

– Ммм… я знаю, ты здорово занята, – согласился он.

– Я?.. – Анна нахмурилась, лицо ее внезапно сморщилось. – О, Ворд! Я не знаю… не могу вспомнить… – В голосе ее зазвучали панические ноты. – Когда мистер Баннермен осматривал меня, он сказал, что я помню события нескольких прошлых месяцев. Это было в субботу, накануне Пасхи… Как раз моя очередь готовить еду. Беф пригласила меня на обед… – Анна казалась совсем подавленной.

Ворд, ни о чем больше не думая, потянулся к ней – лишь бы успокоить ее, но, как и раньше, Анна опередила его, накрыв его руки своими, слегка дрожащими.

– О, Ворд, пожалуйста, обними меня… Я чувствую себя так неуверенно… мои мысли… моя голова….

– А ты не думай! – прошептал ей Ворд.

– Не думать… – Она немного успокоилась, приблизила к нему лицо, так, что он отчетливо видел блеск ее глаз, и прошептала прямо ему в губы: – А что же мне делать вместо этого?..

Абсолютно ненужный вопрос, потому что ответом стал сладкий поцелуй. Ни одна женщина не волновала так Ворда прежде, не прикасалась к нему так – ни физически, ни эмоционально…

– Ммм…. ты такой вкусный…

– А ты-то!..

Ворд почувствовал, как у нее затвердели соски и буквально прожигают ему насквозь кожу на груди… Охваченный страстным желанием, он закрыл глаза и, забыв обо всем на свете, отдался горячему чувству, которое все больше овладевало им.

На этот раз он уже не колебался, как и где дотронуться до нее, чтобы доставить больше удовольствия. Она неразборчиво бормотала что-то, пока он целовал ее шею; глаза ее крепко закрыты; она лежит в его объятиях, успокоенная его нежностью и страстью.

Потом она стала дотрагиваться до него, но сначала чуть колеблясь, смущаясь.

– Я… Ворд, я просто не помню, что тебе нравится.

Голос у нее неуверенный, глаза глубоки и взволнованны.

– Мне нравится все, что ты делаешь… Делай, как тебе хочется.

Он сразу осознал, как много эти слова значат для него.

– Тебе стоит… показать мне… – предупредила очень застенчиво Анна.

Но скоро они поняли, что это не нужно. Анна, казалось, точно знала, где ее прикосновения наиболее желанны и приятны, – горло его мгновенно пересохло от ее страстных, легких поцелуев. Его соски превратились в маленькие жесткие комочки удовольствия, и это передавалось всему его телу, как только она начала медленно целовать и облизывать их. Теперь ему понятно, почему она дрожала и стонала, когда он ласкал ее так же… Но вот она сжала пальцы вокруг его твердого оружия и мягкими, нежными касаниями стала поглаживать его.

– Иди ко мне! – умоляюще простонал он, счастливый, что она здесь, рядом. – Ты ведьма, ты знаешь это? Никто не мог заставить меня так чувствовать… желать так, как ты заставляешь… – Он ощутил ее под собой – все ее тело страстно, будто привычно прижалось к его. Это потрясающе – Ворд сразу же растворился в ней…

– Если я ведьма, то ты… волшебник, – прошептала Анна через несколько секунд, когда тело ее стало отвечать на пульсирующие толчки.

Секс с Ралфом, она помнит, был приятен, нежен, но ничего общего с этим… абсолютно ничего… Она читала, слышала, что так бывает, но никогда не знала сама… никогда не чувствовала…

Как она могла это забыть? Как такое ускользнуло из ее памяти? Потом… она подумает, она вспомнит потом… А сейчас мощный призыв охватил все ее тело. Произнесла она эти слова вслух или нет, целиком растворившись в живительной, жизнеутверждающей струе удовлетворения, стремительным потоком заполняющей ее тело?..

– Ты… ты самая… – нежно бормотал Ворд, покрывая страстными поцелуями ее шею. Она смотрела на него улыбаясь, слезы счастья блестели на ресницах.

– Все еще не верю, что у нас с тобой есть это, Ворд, что все это по-настоящему, что мы с тобой вместе. Это так прекрасно, так волшебно… – Она коснулась пальчиками его губ и, лаская, стала обводить их контур.

Он не мог противиться и, сжимая ее пальцы губами, стал целовать каждый.

– Я так счастлива… – нежно произнесла она.

Знай Анна правду, подумал Ворд, вряд ли произнесла бы она сейчас эти слова.

Анна коснулась его щеки.

– Тебе надо побриться.

Она права: Ворд уже заметил розоватые полоски на ее нежной груди – натер своей щетиной.

– Э-э… да. – Он вдруг растерялся. – Я… видишь ли, я оставил свои вещи в машине, пойду принесу. И еще куплю газету.

– О, но ты говорил, что принес все вещи вчера вечером…

– Да, только забыл бритву…

– Отлично. Но если ты пойдешь за газетой, почему бы мне не присоединиться…

Ни в коем случае! Покупка газеты – просто предлог, чтобы добраться до отеля, заплатить по счету и собрать вещи.

– Нет, Анна, консультант велел тебе отдыхать, – нежно напомнил он. – Куплю газету, а потом мы что-нибудь поедим и…

– Какой сегодня день? – неожиданно спросила Анна, чем-то взволнованная.

– Воскресенье, а что? – Ворд порадовался, что хоть на этот вопрос может ответить честно.

– Значит, тебе не надо на работу. Кем ты работаешь, Ворд?

– Я не работаю. Недавно продал наконец свое дело, сейчас только консультирую время от времени, ну и инвестиции…

– Инвестиции… – Анна наморщила лоб. – О, этот звонок…

Ворд задержал дыхание, но она с сожалением покачала головой.

– Нет… нет… Значит, так мы встретились? Ты пришел посоветовать мне, куда вложить сбережения?

Ворд едва подавил изумленное восклицание: он советовал ей, куда вложить деньги?!

– Нет, я ничего не советовал тебе…

– Извини… Врач сказал, память возвратится сама. Иди, покупай свою газету. О, не купишь ли и для меня заодно?

Газету для нее? Но какую?.. Ведь ему полагается знать, какую газету она предпочитает. Недаром говорят, что, запутавшись в паутине лжи, из нее не выберешься.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

С газетами в руке Ворд почти побежал к машине. Уладить дела в отеле и опять вернуться к дому Анны – это потребовало куда больше времени, чем он рассчитывал. Что касается газет для Анны, он нашел спасительный выход: купил те, что обычно читала его мать.

Когда Ворд уже собрался садиться в машину, внимание его привлекли свежесрезанные цветы, выставленные на продажу. Он прошел было мимо, но вдруг остановился и подошел к симпатичной молодой продавщице.

Через несколько минут Ворд садился в машину с чудным букетом – прямо-таки художественно оформленная композиция; нежно-кремовые розы в окружении темно-зеленых листьев и тяжелых гроздьев сочно-фиолетовой сирени. Какие цветы нравятся Анне, он не имел ни малейшего представления, но несомненно, что вот эти очень хороши, а пахнут…