Инопланетянин на Рождество (ЛП) - Абель Реджина

Я быстро справилась с этим, перебирая бесконечные аргументы, оправдывающие, почему я не могу просто в полной мере насладиться своим подарком. В то же время я удивлялась безумию позволять этому совершенно незнакомому человеку — ни много ни мало инопланетянину — жить у меня. Конечно, Кларисса никогда бы не прислала его мне, если бы существовал хоть малейший риск для моего благополучия, но все равно это было странно и безрассудно, даже для меня.

После того, как я завернулась в огромное полотенце, и до того, как стол будет готов, оставалось еще несколько минут, я быстро поискала информацию о лирианах, особенно предупреждения. К моей радости, я не нашла ни одного, совсем наоборот. Вместо этого в каждой статье говорилось, что на Альфе Центавра быть выбранным одним из них было привилегией и знаком статуса. И что еще лучше? Разводов, расставаний или неудачных отношений с их участием не было.

Звуковой сигнал репликатора, завершающего свою работу, заставил меня оторваться от компьютера. Я взяла еще пару полотенец и вышла в коридор, где обнаружила Андерса, играющего с Ворфом. Босиком, но в облегающих черных шортах, которые не скрывали восхитительных изгибов его задницы, и прозрачной белоснежной рубашке, обтягивающей каждую точеную мышцу его пресса, мой инопланетный подарок был незаконно сексуальным.

Мое сердце растаяло, когда я увидела, как он играет с маленьким фудианом. Стоя посреди гостиной, Андерс позволил Ворфу вцепиться ртом в палец ноги. Затем он помахал взад-вперед ногой, на которой висела маленькая зеленая угроза, прежде чем выбросить ногу вверх. Я не мог сказать, потерял ли Ворф хватку или намеренно отпустил — я подозревал последнее, — но он отлетел, сделав сальто назад. Как только он безупречно приземлился на свои низкорослые ножки, мой питомец тут же подбежал обратно, чтобы снова укусить Андерса за палец ноги. Нежное выражение лица лирианина, когда он смотрел на моего малыша, и его веселый смешок, когда он, казалось, искренне наслаждался игрой в эту глупую игру с ним, вызвали у меня слезы на глазах.

У Ворфа было трудное начало жизни. К тому времени, когда я спасла его, он уже был серьезно ранен своей стаей. После этого ему потребовалось много времени, чтобы выбраться из своей скорлупы. Очевидно, я не была его матерью, но он все равно был для меня как ребенок, и любил меня безоговорочно. Обычно он был застенчив с незнакомцами, если только не считал, что они представляют угрозу для меня, и тогда он становился диким. Любой мужчина, с которым я когда-либо рассматривала возможность вступления в отношения, должен был ладить с Ворфом. Поэтому, увидев, что они так быстро подружились, я еще больше заинтересовалась дальнейшим изучением этого вопроса.

Как раз в тот момент, когда Ворф побежал обратно на очередной раунд, голова Андерса внезапно дернулась в мою сторону, как будто он почувствовал мое присутствие. Его веселое выражение сменилось такой нежностью и счастьем, что я чуть не растаяла лужицей. Черт возьми, этот мужчина знал, как заставить девушку почувствовать себя чертовой богиней.

— Я думаю, все готово, — робко сказала я.

— Замечательно, — сказал он с усмешкой, стряхивая Ворфа со своей ноги. — Давай я тебе принесу. Я решил, что лучшее место — в гостиной и взял на себя смелость передвинуть часть мебели, если ты не против.

— Это идеально, — сказала я, впечатленная его планированием.

Там, где я ранее наугад отодвинула кофейный столик, чтобы освободить место для его контейнера, он должным образом поставил его у стены, а стул рядом с ним. Вся одежда, которую прислала мне Кларисса, была аккуратно сложена на кофейном столике. Черт возьми, этот парень определенно был находкой.

— Отлично, — сказал он, довольный моей реакцией.

Андерс вошел в маленькую каморку, которая должна была быть моим кабинетом, но служила еще одной кладовкой, в которой находился большой репликатор. Он поднял стол, как будто тот ничего не весил, и отнес его в гостиную. Прелесть репликаторов вместо 3D-принтеров заключалась в их способности воссоздавать все типы материалов, даже мягких, и избавлять от хлопот по зачистке шероховатых краев после.

Я чувствовала себя немного неловко, когда Андерс помог мне лечь животом на стол и просунуть лицо в отверстие. Я развернула полотенце и позволила ему забрать его у меня. Как бы сильно меня ни смущало лежать в бабушкиных трусиках, это было лучше, чем быть полностью голой, и чтобы только полотенце прикрывало мою задницу.

Мой пульс участился, когда его невероятно мягкие руки поправили мое положение на столе. Прошло слишком много времени с тех пор, как я оказывалась настолько раздетой перед мужчиной, который не был врачом. Предвкушение, возбуждение и сильный трепет заставили мою кровь забурлить в жилах.

Я подняла голову при звуке открывающегося контейнера, но Андерс вернул меня в расслабленное положение.

— Это лирианские бусины, которые я положу на тебя. Они излучают успокаивающее тепло, тебе должно понравиться, — сказал Андерс мягким голосом, от которого у меня мурашки побежали по коже.

Однако он не положил их на меня сразу. Судя по звуку, он поставил контейнер на стол, рядом с моей головой. Последовал легкий хлопающий звук, прежде чем до меня донесся восхитительный аромат. Я не могу точно описать его. Цветочный или фруктовый не подошел бы, и все же он был легким, свежим, воздушным и немного сладковатым. Звук трения рук Андерса друг о друга длился всего несколько секунд, прежде чем обжигающий жар его ладоней коснулся моей спины.

Я никак не ожидала такого громкого стона, который вырвался у меня изо рта, как только он начал втирать масло мне в спину. Мою кожу покалывало, а мышцы, казалось, испустили вздох облегчения, как будто с меня внезапно сняли всю тяжесть мира. Андерс тихо хихикнул с самодовольством, которое могло бы раздражать, если бы я буквально не таяла под его прикосновениями. Меня даже не волновало, что Ворф улюлюкает, в то время как мои пальцы на ногах подгибались.

Он нанес масло мне на спину, шею и руки, прежде чем остановиться. Я чувствовала себя такой чертовски вялой, что у меня едва хватило сил протестующе захныкать.

Он снова усмехнулся.

— Терпение, любимая. Я только начинаю, — сказал Андерс.

Это меня чрезвычайно порадовало.

Затем лирианин приступил к нанесению камней, о которых он упоминал ранее. На самом деле они были не похожи на камни, а скорее на пластыри в форме монет, которые он наносил на определенные места на моей спине, затылке и руках. Я подозревала, что расположение соответствовало их версии каких-то акупунктурных точек. Они немедленно начали наполнять меня приятным теплом, которое проникало до самых костей.

Андерс повторил процедуру с моими ногами. К тому времени, как он закончил, у меня текли слюни. А затем он снова принялся массировать меня по бусинам. Они были такими тонкими, что я едва ощущала их, когда его руки блуждали по мне. Мои нервные окончания стали такими чувствительными, что каждое движение его ладоней чуть ли не провоцировало микрооргазмы на своем пути. Возможно, это и не был сексуальный массаж — и я была слишком вялой, чтобы возбудиться, — но с таким же успехом он мог им быть. Это было настолько хорошо.

Когда он наконец остановился и начал убирать бусины, я была в слишком коматозном состоянии, чтобы двигаться. Андерс накрыл меня полотенцем и осторожно перевернул на бок, одновременно прикрывая, прежде чем поднять на руки. Я уткнулась лицом в его шею. Его руки крепче обняли меня, и он прошел к дивану, сел и усадил меня к себе на колени. Я прижалась к нему, пока он нежно гладил мои волосы и спину. Я не могла сказать, заснула ли, но я никогда не чувствовала себя так расслабленно, так замечательно и так спокойно. Казалось, время потеряло всякий смысл, пока я наслаждалась этим ощущением благополучия, окутанная коконом его теплых объятий.

Первые признаки голода в конце концов вывели меня из полусонного оцепенения. Я открыла глаза и обнаружила, что Ворф дремлет, свернувшись калачиком у меня на коленях. Все еще чувствуя себя немного неуверенно, я подняла голову, чтобы посмотреть на Андерса. Он улыбнулся мне, выглядя совершенно довольным и счастливым. Черт возьми, этот мужчина был идеален.