История села Мотовилово. Тетрадь 9 (1926 г.) - Иван Васильевич Шмелев

бутылках, вышибая пробки из горлышек которых, издают звук как из ружья. Тесновато от народа, торговых палаток и каруселей на Ярмонке, но приехал походный цирк, и место для него нашлось. Размалёванный на все лады рыжий клоун своими шутками-прибаутками занимает, веселит народ. Одним словом, на Ярмонке по дешёвке можешь приобрести всё, что душа желает. Веселись, ликуй, потешайся! Вынимай счастье у смиренно сидевшего на ящике с пакетиками разноцветного попугая, ешь вдоволь, запивай баварским квасом – ублажай душу и тело, и всё это за какие-то пятачки и копейки.

Ванька Савельев со своими друзьями-товарищами Панькой, Санькой и Васькой под водительством брата Саньки направились в Чернуху на Ярмонку. У Ваньки в кармане имелись деньги – пятьдесят копеек, заработанные им во время поездок в ночное. Отец «платил» ему по десять копеек за ночь, пять ночей – он получил полтинник, а это для парня на Ярмонке деньги! Весело переговариваясь дорогой, ребята и не заметили, как быстро дошли до Чернухи, а там вступили на площадь, где нарядного разгуливающего народу было уже, как говорится, кишмя-кишело. Санька брат, имея у себя другие, свои собственные намеренья, вскоре отошёл от ребят и скрылся в бурлящей ярморочной толпе. А ребятишки остановились у школьного здания, на парадном крыльце которого размалёванный разными красками с рыжими волосами клоун-карлик, призывно крича, смешил и разными шутками и прибаутками забавлял народную толпу. Время от времени он как-то искусно вздыбливал свои рыжие волосы, истошно орал, своими фокусами и проделками удивляя и смеша публику. Стоявшая на дороге толпа зевак весело смеялась. И ребятишки, заинтересовавшись, поразинув рты, наблюдая, смотрели на клоуна с неиссякаемым интересом. В разнаряженной шумной ярморочной толпе Наташка Статникова, ища глазами Саньку Савельева, и не найдя, подошла к Ваньке и спросила: «Ты не знаешь, где ваш Санька?»

– А куда он тебе? – спросил ее Ванька.

– Да он хотел меня на карусели покатать, а найти я его никак не могу.

– Народу-то вон сколько! Где-нибудь там ищи, около фотографий, – отговорился Ванька.

Наглядевшись на клоуна, ребята влились в толпу народа, которая неторопливо разгуливалась по торговым рядам палаток и торговли прямо на земле и с рук. В первую очередь Панька с Ванькой отхватили себе по пугачу и по десятку пробок к ним, уплатив за это всё по пятиалтынному. Испробуя их бой, ребята выпили по полбутылки розового ситро, а потом, купив мороженого, полакомились им.

В знойном воздухе то и дело раздавался призывной голос зазывал, которые, рекламируя свой товар на Ярмонке, приглашали к своим палаткам, а также слышны были и завлекающие призывы разнообразных игр: «Здесь у меня на моей вертушке-рулетке каждый может выиграть: за копейку – пятак; за пятак – четвертак; за гривенник – полтинник; за полтинник – два рубля с полтиной!» – кричал игрок в публику, привлекая к себе для игры молодых мужиков и парней. А девки гуртовалесь около каруселей и фотографа. Парни услужливо катали девок на карусели за свои деньги, женихи со своими невестами «на память» фотографировались.

Ребята подошли к заманчивой игре, где на стойке наложено всякой всячины из забавного, сладостного и соблазнительного товару. Нужно уплатить пятак и, испытывая своё счастье, крутнуть за специальный бегунок и ждать, где он остановится. Счастливцу он укажет на предмет, а для несчастливца пробежит мимо. Присмотревшись, Ванька вынул из кармана пятачок, подал его хозяину.

– Я хочу испробовать.

– Крути, – ответил хозяин игры.

Ванька крутнул что есть мочи. Бегунок, обежав несколько кругов и треща по гвоздочкам, указатель остановился.

– Вот это да, вот какой ты счастливчик! – похвалил хозяин, подавая коробку печенья, изготовленную на фабрике «Моссельпрома». Под одобряющий гул приближённой толпы Ванька, раскупорив коробку, стал пробовать печенье, которое оказалось весьма сладким и вкусным. Попробовав печенье, Ванька поделился и с товарищами, дав им по паре штук. Ребята обошли всю площадь, завистливо осмотрели всю торговлю.

Несколько поодаль, в стороне от торговых рядов, на стене амбара прибита доска, а на ней написано объявление, около которого толпится толпа парней и молодых мужиков. Переминаясь с ноги на ногу, нудятся, томятся, соблазнительно поглядывают вверх. Написанное на доске гласит: «Аттракцион «Удача для верхолаза»; затейник – купец Шапиро из Арзамаса. Выбирай любое: самовар, сапоги, ружьё или примус, и только за тридцать копеек!» Что и говорить, заманчиво и соблазнительно не только для парней, но и для пожилых и стариков. Тут в землю врыт гладкий шест высотой метров восемь. Наверху шеста на крест-накрест перекладинах развешены ценные вещи: самовар, сапоги и примус. Уплатив 30 копеек, кто залезет по этому шесту и снимет оттуда любую вещь – вещь будет собственностью этого верхолаза. А для того, чтобы тот, кто залезет на шест и, сорвавшись оттуда, не расшибся, вокруг шеста предусмотрительно насыпан речной песок. Несколько раз порывался Панька вскарабкаться на этот шест и попытать счастья овладеть чем-нибудь из висящих вещей, так соблазнительно для глаз побалтывающихся на ветру в высоте. «Лазил же я у Савельевых во дворе по шесту на сушилах, только тот вроде чуть пониже!» – думал про себя Панька, наблюдая, как один парень лез на шест и, не достигнув верха с метр, начал скользя спускаться с шеста ни с чем.

– Ванька! Дайка взаймы гривенник, у меня не хватает. Я решил слазить! – обратился Панька к Ваньке за гривенником. Отдав 30 копеек хозяину аттракциона, Панька, поплевав на ладони, полез на шест. Крепко цепляясь руками за шест, он по-обезьяньи вскарабкивался всё выше и выше. Притихшая толпа с затаённым дыханьем наблюдала, все взором устремились вверх, ведя бородами всё выше и выше. «Эх, как кошка лезет, язви его в дыхль-то!» – удивлялись в толпе. Паньке осталось преодолеть метр, аршин, вот он уже совсем у цели и, схватив одной рукой примус (он был всех ближе к Паньке), он, сорвав его с места, бросил на песок, к ногам торжествующей толпы. Толпа, расхваливая ловкача Паньку, буйно шумела: – Вот это парень! – Вот это ловкач! – Сукин сын! Уж больно цепок! – дуй ево, горой-то! – Эт чей такой? – Да Панька Крестьянников, из Мотовилова! – Это его варваром-то зовут? – кто-то спросил из бурлящей толпы.

– Молодец! – коротко похвалил Паньку и хозяин аттракциона.

– Это что за штука? – спросил Паньку Серёга Федотов, когда тот, свистя ладонями, быстро соскользнул с шеста.

– Это примус. Вот сюда красин наливают, вот этой штучкой воздух надувают, а сюда вот зажжённую спичку подставляют, и он зашипит, как поспевающий самовар, а тут вот вспыхивает пламя, на которое ставь похлебку в чугуне, и она моментом сварится! – объяснил Серёге Панька, видимо, уже ранее имевший знакомство с назначением примуса.

– А ну-ка расступитесь. Я испробую! – вылезая из толпы, провозгласил Николай Ершов, отдавая в руки хозяина аттракциона