Назад в СССР - Валерий Рожнов

Антон лежал на земле, широко раскинув руки, и в этой картине сверху, через голые ветви деревьев, царапающих небо, было что-то мистическое.

Он очнулся, лежа на холодной земле. Его колотил озноб. Антон приподнялся и посмотрел по сторонам и только тут с ужасом заметил, что он абсолютно голый:

– Вот суки! – пробормотал он. – Все сняли.

Он поискал вокруг себя одежду, но не нашел даже носка. Вокруг валялся только мусор и обрывки газет. Антон потер ушибленное место на голове. Поднес испачканную кровью руку к глазам и с удивлением посмотрел на нее. Кровь была темной и густой. Потом он обтер руку об обрывки газеты, валявшиеся на земле.

Без одежды было очень холодно. Изо рта при дыхании выходил пар. Антон обхватил себя руками, сделал несколько шагов и тут же обо что-то укололся. Нагнулся и пошарил рукой по земле в надежде что-нибудь найти. Но похитители ничего не оставили. Даже пластиковые права и все дисконтные карточки унесли с собой.

– Дисконтные карточки зачем вам, уроды! – прокричал Антон в темноту.

К нему вернулось эхо. Переулок казался вымершим. Сзади на кирпичной стене висела большая, приклеенная клеем, афиша.

В ДК «КОММУНАР» выступает казачий ансамбль песни и пляски станицы «ПРИВОЛЬНАЯ»

На афише были изображены казаки в народных костюмах и стояла дата:

9 мая 1975 года

Антон подошел ближе и посмотрел на казаков, а потом на дату.

«Неужели она тут висит с 1975 года, – подумал он. – Нет, наверное, это какая-то ошибка».

Антон пошел вперед, повернул за угол, из-за которого появились бандиты, и увидел кривую улицу с глухими стенами домов. Ни подъездов, ни вывесок, никаких дверей, в которые можно было бы постучаться и попросить помощи. Он пробежал дальше, раня о камни голые ноги, и заметил вдалеке трехэтажные дома с темными окнами. «Слава богу, тут хоть люди живут, – подумал Антон».

Он побежал быстрее, все время, осматриваясь по сторонам и прикрывая рукой член, и оказался на пустыре, на котором в свете нескольких фонарей на веревках сушилось белье. Среди влажных простыней и полотенец Антон заметил мужские и детские вещи. На всякий случай еще раз он осмотрел все дома – светящихся окон не было ни в одном.

После этого Антон осторожно приблизился к белью. Откинув в сторону тяжелые простыни и полотенца, он начал срывать с веревок мужские кальсоны, брюки, рубашку и тут же их натягивать на себя, ежась от холода. Задубевшая одежда с трудом налезала на тело, пуговицы не застегивались, пальцы рук не слушались Антона. Потом сначала в одном, затем в другом окне будто по команде загорелся свет.

– Ой, черт! Заметили, – прошептал Антон.

Он заметался среди белья, отыскивая мужские вещи, сорвал с веревки тельняшку, женский бюстгальтер и тут услышал собачий лай. Кто-то из жильцов выпустил собак. Антон бросился наутек.

Он мчался по переулку в лунном свете, высоко задирая ноги, на ходу придерживая штаны. Обернулся. Две огромные лохматые собаки неслись за ним. Антон поднажал.

С наскоку он перепрыгнул через невысокий заборчик и рванул дальше. Собаки не смогли его преодолеть и бросились в обход, рыча и роняя слюну. Им не терпелось разорвать его на части. Антон понимал, что вся надежда сейчас – его ноги. И пожалел, что так мало ходил в последнее время в фитнес-клуб.

Впереди показалась высокая изгородь из некрашеных досок. Собаки не смогут одолеть, решил Антон. Изо всех сил он бросился туда и, перемахнув через изгородь, оказался на заднем дворе. Побежал дальше, роняя на землю украденные вещи, и тут неожиданно он с ужасным грохотом полетел вниз, куда-то в темноту.

«Мне конец» – в последнюю секунду успел подумать он, прежде чем ударился головой о тяжелый мешок с картошкой.

Антон пришел в себя в неизвестной комнате, в чужих кальсонах и с забинтованной головой. На пальцах рук виднелись следы йода. Он попробовал приподняться и застонал от боли. В окно било яркое полуденное солнце.

– Смотри, он пришел в себя, – услышал он мужской голос позади.

Антон закрыл глаза и снова застонал. Все тело ломило от боли. Затем откинулся на подушку. Кто-то подошел и стал рядом. Антон опять открыл глаза.

На него глядели парень и девушка.

– Смотри, он открыл глаза, – сказала девушка парню.

– Вижу, – ответил он. – Ты нас слышишь? – обратился он к Антону.

– Слышу, – тихо ответил он.

– Ну вот, – заметил парень, повернувшись к девушке. – А ты боялась, что он умрет.

Девушка сходила за стулом, поставила его рядом с кроватью и села на него.

– Меня зовут Наташа, а его – Виктор. – Она указала рукой на парня.

Антон промолчал, соображая, что с ним и где он?

– Как ты себя чувствуешь? – спросила девушка Антона.

– Плохо, – едва слышно произнес он.

– Что ты стоишь, сходи за водой! – сказала девушка парню.

Виктор, покачав головой, пошел на кухню за водой. Он был в рубашке в цветочек и бежевых кримпленовых брюках.

– Где я? – спросил Антон.

– У меня дома. Ты свалился в наш погреб ночью. Мы нашли тебя только час назад, – ответила девушка. – Извини.

– Какой погреб?

Антон приподнялся на подушке.

– На заднем дворе у нас погреб. Там мы храним картошку. Вчера я забыла его закрыть.

– А что я делал на вашем заднем дворе?

– Ты убегал.

– От кого?

– От собак. Но это не наши собаки. Не беспокойся, никто не знает, что ты здесь.

Антон немного подумал.

– А почему я убегал от собак?

– Ты воровал белье на пустыре.

– Я воровал белье… на пустыре… Бред какой-то.

– Вспомнил?

– Нет…

К кровати подошел Виктор с кружкой воды.

– Помогите мне подняться, – попросил Антон.

Виктор и Наташа усадили Антона на кровать и подложили под спину подушку. Антон взял кружку в руку и медленно выпил всю воду. Он отдал кружку назад и спросил:

– А про какое белье вы говорили?

– Это ты у нас воруешь белье на пустыре? – спросил, нахмурив брови, Виктор.

– Зачем мне ваше белье? Я что – ненормальный? – удивился Антон.

– А зачем ты ходишь по улицам голый?

– Я голый ходил по улицам?

– Да, – ответил Виктор.

– Мы нашли его в штанах! – с укором заметила Наташа Виктору.

– Ворованных!

И вдруг Антон все вспомнил:

– А-а-а… вспомнил! – закричал Антон. – У-у-у, Сталкер. У-у-у, сука!

Парень и девушка на всякий случай отошли от кровати подальше. Антон продолжал кричать и колотить подушку руками. Его крики были слышны на улице. Жители боязливо позакрывали ставни и задернули занавески. Антон перестал кричать и уткнулся в подушку.

«Я его найду и порву на части! – думал Антон о Сталкере. – И заодно разнесу все это сборище Анонимных Алкоголиков, все это чертово осиное гнездо, сборище ханжей и неудачников. И это будет самое малое, что я сделаю, как только вернусь в Москву, – сказал он себе. – Самое малое…»

– Я, пожалуй, пойду, – сказал Виктор Наташе. – Мне на работу надо.

Он еще раз посмотрел на Антона, пожал плечами и вышел из квартиры, осторожно прикрыв за собой дверь.

Антон поставил ноги на пол, встал и медленно доковылял до окна. Выглянул наружу и увидел пустырь, мокрое белье, сохнущее на веревках, несколько кирпичных домов вокруг и лениво прогуливающихся лохматых собак. Дальше виднелась пустая детская площадка с железной каруселью, которую надо было приводить в движение ногами.

Ошарашенный Антон вернулся назад к кровати, сел и прикрыл ноги полотенцем. Подошла Наташа с мужской одеждой в руках. Она протянула ее Антону.

– Чья это одежда? – спросил Антон, подняв голову.

– Брата. Размер должен подойти.

– А как его зовут?

– Антон.

– Надо же. Как и меня.

Антон взял одежду и недоверчиво повертел в руках.

– Можешь отвернуться? – попросил он девушку.

Наташа отошла в сторону и отвернулась. В большом зеркале, висящем на стене, ей было видно, как Антон влезает в штаны, прыгая на одной ноге.

– А тот парень? – спросил Антон, натягивая на тело синюю застиранную олимпийку. – Разве он…

– Нет, – сказала Наташа. – Он мне не брат. Сосед. Иногда помогает по хозяйству. Картошку донести и все такое…

– Ясно, – заметил Антон. – Жених.

Наташа опустила голову и немного покраснела:

– Ну, мы дружим, конечно…

Антон поправил одежду и расправил складки.

– А что – ты одна живешь? – спросил он.

– С отцом. Он сейчас за границей. С делегацией поехал перенимать опыт.

– А брат где?

– Уехал на стройку. БАМ строит.

Антону показалось, что он ослышался.

– Что поехал строить? – переспросил он.

– БАМ. Байкало-амурскую магистраль, – с гордостью ответила девушка.

– А… ясно, – заметил Антон. – У твоего брата неплохо с чувством юмора!

Наташа увидела, что Антон оделся. Выглядел он как огородное пугало. Все довершала грязно-белая повязка на голове.

– Можешь оборачиваться, – сказал он задумчиво.

Девушка повернулась и зажала ладонью рот от смеха.