Император всего - Марти Бурнов

"Нет, все-таки я его убью!" — Тайла обхватила голову руками. От присутствия этого шумного безумца, голова уже начинала болеть.

— Я выйду в открытый космос и сниму маячок, — продолжил Алберт.

— Наверное, твоя божественная сущность поможет тебе выжить в вакууме? — простонала она. — Тогда иди, иди! Хоть самой тебя туда выкидывать не придется.

— Нет, мне поможет скафандр.

— Но у нас нет скафандров! — удивился Брунадар.

— Зато они есть у меня. Если бы я был дангаром, где бы я разместил маячок? — Алберт в раздумье закатил глаза. — Нет, Алберт Грей не может думать как дангар! Определенно! — его взгляд обратился к гвардейцам. — А скажите-ка мне, кто из вас, придурков, больший идиот?

— Ну, опять! — шагнул вперед Гитон. — Скафандры-то хоть надежные?

— Лучшие из тех, что выпускались в прошлом веке!

Скафандры оказались действительно прошлого века, им самое место на прилавке антикварного магазина. Гитон видел подобные в учебниках по истории. С опаской влезая в него, Гитон удивился, как он не расползся тут же по швам. Для большей уверенности он хорошенько подергал костюм и шлем и только после этого подошел к шлюзу.

— Ну и где, по-твоему, его искать? — раздался в динамике голос Алберта.

— Ну, маскировать они его точно не стали бы. Где-то не слишком высоко от земли.

— Почему?

— А зачем им куда-то лезть? Но и не слишком низко.

— А это еще почему?

— Наклоняться им тоже незачем.

— А с какой стороны корабля?

— Естественно с той, что была обращена к гарнизону, какого черта им его обходить?!

— К сожалению, я не знаю, какой стороной этот корабль стоял к какому-то там гарнизону.

— А это я сейчас покажу!

Маячок оказался точно в указанном месте. Алберт даже расхохотался, снимая его. Спустя всего несколько минут они вернулись на центральный пост в весьма приподнятом настроении. Алберт хлопнул Гитона по плечу:

— А парнишка-то у вас смышленый. Первый кандидат в лазутчики к дангарам, — он продемонстрировал трофей. — А это я дезактивирую и оставлю себе. Он еще может пригодиться. И еще, нам бы лучше поскорее убраться с того места, где он в последний раз работал.

— Одной проблемой меньше, — Тайла потянулась и зевнула. — Не пора ли нам всем отдохнуть. Пока мы здесь — мы в безопасности.

— Ваше Величество, капитанская каюта ждет вас! — рапортовал Аскилт.

— Нет, спасибо. В помещениях такого размера у меня развивается клаустрофобия. Меня больше устроит общая комната личного состава.

— Так что сами лезьте в дыру, из которой вылезли, — Тайла направилась в каюту старшего офицера, где уже успела обжиться, пока сидела взаперти.

— Алберт, пойдемте с нами! — предложил Гитон, видя некоторое замешательство старика.

— Я думаю, Алберта пока разместим у меня. — Брунадару, не смотря на усталость, не терпелось пообщаться со старым другом.

"Слава тебе, господи!" — хором подумали гвардейцы.

Комната личного состава отличалась не только размерами. Здесь дангары проводили больше всего времени. На полу валялись обрезки кабелей, кучи поломанных запчастей, пол был щедро усыпан песком, но вершиной всего были кучки испражнений перемешанных с объедками, как непременный атрибут присутствия дангар. Выбирая помещение, Брунадар как-то упустил все это из виду. Теперь он в нерешительности застыл на пороге. Зато не колебался Алберт, едва сунув туда нос, он с ревом понесся к каюте Тайлы.

— Шлюха, а ты не подумала, что в покоях императора неплохо было бы прибраться! — завопил он, ворвавшись к ней.

— Да пошел ты, со своим императором! — Тайла бесцеремонно вытолкнула старика и захлопнула дверь.

Услышав все это, Аскилт и Гитон вылетели из своей каюты:

— Простите Ваше Величество, нам следовало подумать об этом раньше.

Пока гвардейцы надраивали полы, Брунадар обратил внимание, что что-то не так с их формой. Приглядевшись, он рассмотрел темные пятна, местами ткань и вовсе расползлась. "Странно, отец, помнится, хвастался, что форма его гвардейцев сшита из мономолекулярной ткани, и выдержит любые нагрузки. Точно! Мономолекулярной — электрический разряд разрушил молекулярные связи. Разработчики формы как-то не учли, что гвардейцы станут замыкать собой электрические цепи".

Брунадар в очередной раз попробовал отряхнуть въевшуюся в одежду пыль. "Пожалуй, из всего экипажа я выгляжу наиболее пристойно: Алберт в больничном халате, форма гвардейцев того и гляди распадется окончательно и вряд ли Тайла поделится с ними своей занавеской". Он представил себе Аскилта и Гитона, закутанных в нечто подобное, и поморщился — это уж слишком! Он в ужасе отогнал видение волосатых тощих ляжек, торчащих из-под занавески Гитона. Тайла права — нам всем нужно отдохнуть, а то у меня уже кошмары наяву.

К этому моменту гвардейцы привели его каюту в более-менее удовлетворительное состояние, и император провалился в сон, даже не обратив внимания, на что улегся.

Когда он проснулся, Алберта в каюте не было, зато из коридора доносилась ругань Тайлы.

— Это стратегические запасы! И им есть более достойное применение, чем радовать вас, бездарные пивные бочки!

Выглянув, Брунадар увидел Тайлу, отбирающую у гвардейцев ящик с вином. Те оказывали отчаянное сопротивление. Ситуация норовила перерасти в открытую драку.

— Что происходит?

— Она пытается присвоить все запасы вина! — не глядя на императора, Гитон рванул на себя ящик.

— Если мы хотим выбраться отсюда, нам нужен инженер, а трезвого Алберта я не подпущу ни к реактору, ни к двигателю на пушечный выстрел! — вконец разозлившись, она со всей силы ударила Гитона каблуком по ноге.

— Стерва! — взревел Аскилт и бросился на защиту друга.

— Прекратите! — Брунадар встал между ними, — Чтобы избежать недопонимания, вино я заберу к себе. Гитон, отнеси его в мою каюту!

Гвардеец дернул на себя ящик. Тайла неожиданно выпустила его, и Гитон отлетел к стене.

— Отдаю под императорскую защиту, — усмехнулась Тайла. — Не вздумай приложиться по дороге! — крикнула она вслед хромающему прочь Гитону. — Надеюсь, Ваше Величество понимает, как это "лекарство" необходимо для нормальной работы нашего гения? До ближайшего бара очень и очень далеко, нельзя расходовать его понапрасну!

— Не беспокойся, я не меньше тебя против нерационального использования наших запасов. А ты явно проявляешь тягу к медицине. Похоже, рассказы Алберта о медсестре с Эроса были правдой. Наверное, тяга исцелять ближнего своего все же дремлет в тебе, — Брунадару было приятно немного позлить ее.

— Больше всего мне хочется исцелить вас всех мощным разрядом лучевого пистолета и…

— Болваны! И на этом вы хотите лететь дальше?! — раздался вопль Алберта.

"Только не это! Второго раза я не выдержу!" — запаниковал Аскилт, но тут он сообразил, что крик раздался не с места разрыва кабеля, а из реакторного отсека.

Влетев туда, они увидели пару битых бутылок под стеной и перепачканного пылью Алберта. "Надо попросить его перестать бить бутылки об стену" — успел подумать Брунадар, прежде, чем услышал гевный вопль Алберта:

— Не знаю, о чем вы думали, добираясь сюда, но гипердвигатель абсолютно разряжен!

— Эти сволочи решили, что лишний заряд смертникам ни к чему! Нас заправили на один гиперпрыжок! — от ярости, у Тайлы побелело лицо.

— Все остальное более-менее работает, но без заряда мы навсегда останемся здесь. Что ж, летучий голландец с императором на борту — достойное последнее пристанище для бога.

— Может, можно что-нибудь сделать? — убито спросил Гитон.

— Нет, мой мальчик, если ты не больший бог, чем Алберт Грей, потому что даже Алберт Грей не может зарядить гипердвигатель из ничего!

7

"…И далее вы возвыситесь и повергнете к ногам своим Каберонскую Империю!" — несколько раз прочитав последнюю фразу, Эль Мизар захлопнул книгу, написанную великим Хардилем в имперской "тюрьме". Его всегда восхищал тонкий экономический расчет, позволивший объединить крупных пиратов, контрабандистов и торговцев в консорциум хардильеров, способный противостоять Каберонской империи. А первые договоры с дангарами… Определено, Хардиль был гениальным человеком. Но где же цель? Вот Каберонская империя повергнута (правда, непонятно к чьим ногам), и хардильеры остались один на один с дангарами посреди разоренной галактики. И что дальше?..

Меланхолия мучила Эль Мизара уже пару дней. Он бродил по своим апартаментам, беспрерывно окуривая все вокруг, и никак не мог избавиться от ощущения неправильности происходящего. Казалось, вот он — величайший триумф хардильеров, но будущее виделось ему туманным и мрачным. Империя была полем, с которого хардильеры собирали щедрый урожай, а теперь?.. Лишь нищета, разорение и хаос маячили впереди. Великий Хардиль был гениальным стратегом, но неужели он не мог предвидеть всего этого. "Или в его расчеты закралась ошибка, или я чего-то не понимаю? Ужас какой-то!.."