Душеприказчица Мерил Пери - Ева Финова

подлости и речи быть не может! – попыталась выправить ситуацию я. – Я лишь предположила, что ты захотел остаться со мной ради контроля. А иначе зачем тебе жертвовать своим будущим, зачем жертвовать дипломом некроманта?

– Ключевое – «остаться со мной», – задал загадку Втор. И после этих слов стремительно вбежал по лестнице на второй этаж.

Остаться с собой? Что он имел в виду? Он хочет остаться сам с собой?

Я крепко задумалась на этот счет. Очень крепко. Так крепко, что даже не заметила, как подняла взгляд и проследила за высокой и худой фигурой Виндоухарда, исчезающей там, наверху.

Вот умеет же он задачки задавать! А я даже не успела спросить его о Тгруме!

Но, думаю, переживать о местном сладкоежке не стоит – он наверняка и сам неплохо справляется с собственным пропитанием, и не только. Чего нельзя сказать обо мне. Ведь я еще умыться не успела, стою тут голодная как собака, в помятом платье. Про воронье гнездо на голове вместо прически вообще молчу.

Ох! Определенно, с этим надо что-то делать.

Прощупала карман жакета, который вновь надела после пробуждения, и с удовлетворением отметила, что складной нож на месте. Может, волосы себе подстричь? Да и ногти почистить не помешало бы.

Нет, сначала умываться и кушать.

– Эх, – вздохнула в голос. – Нужно было спросить, где здесь кухня и прочие удобства…

Стоило только проворчать так, как со второго этажа услышала знакомый зловредный голосок Румы:

– Кухня справа от тебя. Пройди по коридору, один раз сверни и загляни во вторую дверь, первая – посудная. Там ловить нечего.

– А комната удобств? – попытала счастье я.

Невежливый чертяка хмыкнул, фыркнул, хрустнул очередной конфетой и только после этого поделился столь необходимыми для меня знаниями:

– Во внутреннем дворе за сараем у них баня, там же нагревательный котел, а рядом с хозяйственной пристройкой – колодец, его видно с порога.

Вот уж не ожидала, что от демона может быть хоть какая-то польза. Обычно они делают все возможное, чтобы насолить людям. А тут явное отклонение от норм демонического поведения. Но тем не менее кивнула чертенку в знак благодарности. Его любопытный носик как раз показался у перил верхней ступеньки лестницы.

– Скажи, – не удержалась я от уточнения, – тебя кто-то воспитывает здесь, ведь так?

Не знаю, как пришла к подобному выводу. Видимо, интуиция сработала на опережение, потому что в следующий миг я услышала подтверждение собственной правоте:

– Ну да, а как ты догадалась?

– Да так, опыт душещипательства.

Сказав это, я улыбнулась и поспешила к той самой тумбочке, рядом с которой стояли мои ботиночки.

К слову, черт так просто от меня не отстал.

– Эй ты! – позвал он меня. – Ты мне должна!

Я изумленно обернулась к лестнице и встретила настырный и слегка обиженный взгляд пузатой мохнатой мелочи, которую, кстати, тоже не мешало бы подстричь.

– И что же я должна? – мелодично уточнила я, прикидывая в уме, смогу ли сама его обкорнать.

– Пять конфет, – безапелляционно выпалил нахаленок, прыгающий по ступенькам.

С другой стороны, почему бы и нет? Почему ему нельзя получить оплату за свои услуги?

– Согласна… но с одним условием, – упрямо ответила я. – Ты целый день помогаешь мне советами и выполняешь мелкие поручения, идет?

– Не-не-не! – возразил Тгрум. – Так не пойдет! Гони мои пять конфет – и я свободен. Мне их как раз до вечера хватит.

Я помотала головой, упорствуя.

– Или так, или никак.

Пузатая мелочь подбоченилась, сверля меня обиженным взглядом.

Но вот секундная пауза – и выражение его лица изменилось. Глазки заблестели от слез, а нос захлюпал.

– Так нечестно… – Рума почти натурально захныкал. А выпятив вперед нижнюю губу, еще и продолжил свой шантаж: – Я-я сейчас заплачу!..

– Ну и пожалуйста. – Я пожала плечами и продолжила обуваться. – Я же вижу, что ты несерьезен. Ведь если бы ты действительно испытывал душевные страдания, это отразилось бы на твоей ауре. А так все у тебя стабильно и не требует вмешательства.

Тгрум обиженно надулся.

– Так неинтересно! – вякнул он, скрестив руки на груди, наверное, раз в сотый. – И все-то ты видишь. Фи! – Под конец фразы чертяка громко фыркнул. – И все равно я никуда не пойду, мне на улицу путь заказан. Иначе как только увидят местные, так сразу на вилы и насадят. Без вариантов.

– Чего это? – изумилась я. А немного подумав, пришла к выводу, что все возможно. Чем и поделилась: – Потому что ты демон? Кстати, а ты вообще откуда взялся такой мелкий, а?

– Я? Из Запретной башни, откуда же еще? – И сказал он это так, будто об общеизвестной истине.

С одной стороны – логично. Все демоны оттуда. Преодолевают сотни и сотни ступенек, опасные, ужасные и жутко зловещие залы знаменитой на весь мир башни и выходят на поверхность, из ада прямо к людям. Но я-то говорила не о том.

– Насколько мне известно, Виндоухард находится немного в стороне от Заставы, поэтому и спрашиваю. Как тебя сюда занесло?

– Как-как? – передразнил мелкий. – Взяло и занесло. И вообще, ты мне еще за прошлые ответы не заплатила. А уже новые вопросы задаешь. Вот притащишь мне конфеты, тогда и поговорим. – Гордо вздернув свой нос картошкой, он демонстративно развернулся на пятках и принялся взбираться по лестнице обратно наверх.

Не знаю зачем, но мне вдруг очень захотелось отомстить.

– О! Конфеты! – выкрикнула я.

Чертяка выпучил глаза и мигом крутнулся ко мне. Однако ожидаемо ноги его запутались, и он прямо-таки шмякнулся на пол со ступеньки.

– Ой, обозналась, – оправдалась я, вытаскивая из кармана жакета складной ножик. – А думала, у меня там конфеты.

Для пущей убедительности я даже состряпала виноватую рожицу, но мохнатый комедиант не повелся и громко фыркнул. Далее в ход пошли оскорбления:

– Ах ты, вредина!

Отлепив слегка помятую мордочку от пола, он подвигал челюстью и продолжил еще более неласково:

– Я к тебе с душой и телом, а ты вот так, да? Издеваешься надо мной?

Его слова разбередили во мне старую рану. Да… было дело, припоминаю за собой несколько абсолютно непростительных поступков, о которых боязно даже вслух произнести, не то что покаяться маме и папе на семейных собраниях рода Пери.

– Нет-нет, что ты? – оправдывалась я. Но, судя по гримасе чертенка, безуспешно. Поэтому дальше юлить не стала, честно призналась: – Ну прости. Не удержалась. Больше так не буду.

– Десять конфет! – возопил демоненок, подскакивая на ноги. – Десять – и я тебя прощаю!

Я чуть было рот не раскрыла от такой наглости. Так он и не обижался, что ли? А лишь выискивал повод