Любовь и «каннибалы» - Норма Клейн

Увидев его на нижней ступеньке лестницы, она запуталась в собственных ногах и чуть не упала.

— Советник! — Он поддержал ее.— Осторожнее!

— Ну, что еще? — отшатнувшись, воскликнула она.— Что случилось? Хоть суд и назначил нас опекунами Майкла, неужели я не могу и часа провести без вашего присутствия?

Он внимательно посмотрел на нее, уловив в больших светло-карих глазах выражение усталости и гнева.

— Знаете, голубушка, я решил, что после выигранного процесса настроение у вас будет получше. Вот, держите!

Он торжественно вынул из-за спины руку с букетом цветов — золотистых, бронзовых и коричневых.

Не позволяя себе растрогаться, Эйджи подозрительно уставилась на букет.

— Зачем это?

— На замену тем, которые засохли у вас дома.— Она не протянула руку, и Олаф начал проявлять признаки нетерпения. Черт возьми, он пришел просить прощения и он сделает это, что бы она ни говорила.— О'кей, я извиняюсь за то, что набросился на вас вчера вечером. После того как у меня прошло желание задушить вас, я понял, что вы приехали помочь мне, а я отплатил вам неблагодарностью...— Снова разъярившись, он сунул ей цветы.— Черт побери, леди, я всего лишь поцеловал вас!

Всего лишь, возмущенно подумала она, испытывая желание швырнуть цветы наземь и растоптать их. От простого поцелуя у женщины никогда не будет гудеть в голове, как после целой рабочей недели!

— Не нужны мне ваши цветы, ваши изысканные извинения и...

— Хватит! — Он поторопился прервать ее, пока она не успела съязвить похлеще.— Я сказал, что прошу прощения, и сделал это от чистого сердца, хотя, может быть, и не слишком изысканно.— Для пущей уверенности, что она не уйдет до конца этой покаянной речи, Олаф взялся за лацкан ее фиолетового жакета.— Я не жалею о том, что поцеловал вас, и не буду жалеть, если поцелую еще раз. Я прошу прощения только за то, что неправильно повел себя, когда вы нажали на тормоза.

Она иронически прищурилась.

— Неправильно повели себя,— повторила она.— Логика, как у пьяного!

У него на скулах заиграли желваки, и это доставило ей огромное удовольствие.

— О'кей.

Опытный адвокат знает, когда следует пойти на мировую. Поджав губы, она посмотрела на цветы.

— Это что, взятка, Стивенсон?

Проблеск усмешки и тон, которым она произнесла его имя, убедили Олафа, что первое препятствие он преодолел успешно.

— Ага.

— Ладно, я принимаю их.

— Ну, наконец-то! Спасибо.— Руки у него освободились, и он тут же засунул их в карманы.— Я прошмыгнул в суд час назад и следил за вами.

— Да ну? — Слава Богу, что она не видела его.— Ну и как?

— Неплохо. Обвинить в вандализме самого этого парня...

— Это называется «выдвинуть обвинение против истца»,— объяснила она.— Моего клиента оправдали, потому что он впал в отчаяние, когда исчерпал все средства, пытаясь заставить домовладельца соблюдать условия найма.

— И поэтому он баллончиком написал на цоколе «чертов домовладелец» такими буквами, чтобы видела вся улица? Ничего себе способ бороться с отчаянием!

— Он просто высказал свое мнение. Мой клиент платил за квартиру честно и вовремя, а домовладелец и слышать не желал о возмещении расходов на ремонт и содержание квартиры. Однако согласно условиям найма...

— Стоп, голубушка! — Он протестующе поднял руку.— Не пудрите мне мозги. Когда вы закончили речь, я болел за истца. На балконе для посетителей уже сговаривались линчевать домовладельца!

Его рот был скорбно поджат, но в глазах прыгали веселые искорки. Контраст был столь разителен, что Эйджи не выдержала и расхохоталась.

— Я люблю справедливость,— злорадно добавила она.

Он воспользовался моментом и принялся играть тоненькой золотой цепочкой, висевшей у нее на шее.

— Может, отпразднуем вашу победу над этим беднягой? Не хотите прогуляться?

Сигнал опасности вспыхнул в ее мозгу, но аромат цветов был так силен, а вечер так хорош, что ей не хотелось ни о чем тревожиться.

— Что ж, пожалуй, но только до моего дома. Надо будет побыстрее поставить цветы в воду.

— Дайте-ка это мне.— Он выхватил у нее из рук чемоданчик прежде, чем она успела возразить. А затем — она так и знала! — взял ее за руку.— Что там у вас, кирпичи?

— Юриспруденция — нелегкое дело, Стивенсон.— Его хватка заставила ее умерить шаг. Он прогуливался, а она торопилась по делу.— Как там дела у Майкла?

— Получше. То есть мне так кажется. Ему взбрело в голову, чтобы Монти научил его готовить, а вот убирать со столов он не очень-то рвется. И со мной он почти не разговаривает. Но ведь прошла всего неделя!

— Точнее, идет восьмой день.

— Ага. Если бы я так быстро превращался из салаги в настоящего моряка, это было бы здорово!

— Вы скучаете? — Она посмотрела на него снизу вверх.— Скучаете по морю?

— Уже не так, как прежде. Правда, иногда я еще просыпаюсь по ночам и думаю, что я на корабле.— На первых порах его мучили ночные кошмары, но мужчины не любят признаваться в этом.— Когда разбогатею, куплю себе яхту, возьму пару месяцев отпуска и махну под парусами в Европу. Лучше всего был бы двухмачтовик длиной сорок два фута. А что, не такая уж несбыточная мечта! — Он уже видел свою яхту — аккуратную, маленькую, отзывающуюся на малейший поворот штурвала, сверкающую медью и красным деревом, с надутыми ветром белыми парусами... Он представил себе Эйджи на борту и украдкой вздохнул.— Вы когда-нибудь плавали под парусами?

— Нет.

— Вам бы понравилось.— Он легонько сжал ее руку.— Вот это действительно выход для страстных натур!

Во избежание зла Эйджи решила не спорить. Когда они дошли до ее дома, она положила руку на свой чемоданчик.

— Спасибо за цветы и прогулку. Может быть, завтра после работы я зайду в бар поглядеть на Майкла.

Вместо того чтобы отдать чемоданчик, он накрыл ее руку своей.

— Я ушел на всю ночь, Эйджи. Я хочу провести ее с вами.

Ловушка сработала: она инстинктивно рванулась в сторону. Это было не только смешно, но и польстило его самолюбию. Все же он слегка поквитался с ней!

— Что вы сказали?..

— Наверно, я неточно выразился. Я был бы рад провести с вами ночь — и не одну, но я имел в виду только вечер.— Он ухитрился снова намотать ее локон себе на палец, и она не успела отстранить его руку.— Давайте вкусно поедим, послушаем музыку... Я знаю место, где и то, и другое делают классно. Но если эта мысль действует вам на нервы...

— Я не нервная.— Во всяком случае, не слишком, подумала она.

— Что ж, давайте выясним. Могут двое людей, имеющих взаимный интерес, провести вместе несколько часов? Кому повредит, если за это время мы чуть лучше узнаем друг друга? — И тут он выложил свою козырную карту.— Майклу это будет только на пользу.