И любовь, и бриллианты - Эллисон Тейлор

Эта новость несколько улучшила его моральное состояние, но взгляд помрачнел.

— Я думаю, как же ты будешь жить без меня?

— Без тебя — не смогу, — ответила Чарли.

Это неожиданное и непредусмотренное объяснение было достаточно красноречиво. Вдруг она почувствовала, что бледнеет от эмоционального шока, вызванного этим откровением. Она не соврала, когда рассказала Дэвиду о двух попытках выйти замуж. Пережив эти печальные эпизоды, она дала себе слово избегать отношений, которые в той или иной мере приближали ее к замужеству.

И вот, пожалуйста, сегодня, сидя на полу рядом с мужчиной, ее первым клиентом, с которым знакома лишь неделю, признается, что не представляет свою жизнь без него.

Они долго и напряженно смотрели в глаза друг другу, не в силах поверить в слова, которые только что произнесли. В этот момент с большим подносом в руках, на котором стояли серебряный кофейник и три чашки, в комнату вошел Кенни.

— Молоко или сахар? — спросил он.

Затем посмотрел на Чарли и Дэвида и очень искренне им улыбнулся.

Глава 7

Среда, 13 июля, 3 часа дня, Абилен, Техас

— И все-таки, куда они уехали? — раздраженно спросил Дэвид у телохранителя.

— Спокойнее, Дэвид. Кенни ведь уже сказал, что не знает.

— Да, это так. Мистер Янгмэн и ваша матушка уехали сегодня утром. Обстановка становится здесь напряженная, и я полагаю, что мистер Янгмэн увез ее в более спокойное место. Скажу вам, что в последнее время вокруг ранчо бродят какие-то подозрительные личности. Скорее всего это охотники, если вы понимаете, что я имею в виду. Мистер Янгмэн презирает их… И речи быть не может, чтобы я позволил кому-нибудь приблизиться к нему, — уточнил он и понимающе улыбнулся.

— Вы прекрасно делаете свою работу, Кенни… А ваши любознательные непрошеные гости, я думаю, надеются превратить ранчо мистера Янгмэна в остров сокровищ… Что вы думаете на этот счет?

— Я отвечу так: если мистер Янгмэн и спрятал драгоценности, то не здесь.

— Откуда эта уверенность, что драгоценности…

— Не изменить ли нам тему? — вмешался Дэвид. — Чарли, я плачу тебе за то, чтобы ты нашла мою мать, а не занималась раскопками мифического клада. Может, ты позвонишь своим коллегам и попросишь помощь? Дела серьезно осложняются и…

— Ты думаешь, у меня не хватит способностей довести расследование до конца? Да? — спросила Чарли и посмотрела на него долгим осуждающим взглядом. — Осторожно, «мистер профессор».

— То, что я предлагаю, ни в коей мере не должно оскорблять в тебе женщину. Я знаю, что ты лучшая в…

— И как только возникают трудности, ты становишься нервным. Позволь сказать тебе одну вещь, профессор Вудроу… если бы не я, Кенни растер бы тебя в порошок.

— Э!

Кенни безуспешно пытался прервать ссору.

— Молчите! — приказал ему Дэвид, забыв вдруг, что Кенни на самом деле мог сделать из него лепешку.

К счастью, эта гора мышц обладала добрым сердцем. И к тому же ему платили за плохое обращение с врагами патрона, а не с друзьями и родственниками знакомой Янгмэна. Он сидел спокойно и пил кофе.

— Ты воображаешь, что я не могу постоять за себя? — почти выкрикнул Дэвид. — Значит ли это, что мне нужна женщина, чтобы защитить себя? Несколько минут назад ты утверждала, что я был великолепен, а теперь превратился в несчастного, немощного мальчика…

Взгляд Чарли становился угрожающим.

— Ты не можешь сам себя защитить даже от комаров!

— Даже так! Так вот, слушай меня внимательно, Чарли. В мире, откуда я пришел, люди не разговаривают с помощью кулаков. Они не развлекаются тем, что замеряют друг у друга объем бицепсов! Теперь мне ясно: мужчины, которых ты знала, похожи на «Мистера Универсум». Вот это для тебя настоящий эталон мужчины, не так ли? Они знают, как сломать руку или ногу. Да? Я их хорошо представляю: гора мышц и мозг размером с горошину.

Кенни вдруг угрожающе напрягся.

— Не слишком ли…

— Извините, я не хотел вас обидеть, — бросил Дэвид раздраженным тоном.

Кенни встал, покачал головой и направился к двери. «Хватит и горошины, чтобы понять, что эта парочка немного не в себе», — подумал он.

— Я прогуляюсь, — сказал он. — Если хотите, оставайтесь здесь. Мистер Янгмэн и его подруга должны возвратиться к вечеру.

— Хорошо… спасибо, — ответила Чарли, даже не повернув голову в его сторону.

Она стояла, расставив ноги и уперев кулаки в бедра, и неистовым, горящим взглядом смотрела на Дэвида.

— Знай, профессор Найбас, что те мужчины, с которыми я встречалась, были умные, прекрасно воспитанные, красивые, с фигурами киногероев, а не водителей грузовиков… Я была бы признательна тебе, если бы ты убрал с лица эту гаденькую, презрительную улыбочку.

— Профессор Найбас? — оживился он. — Уже долгие годы никто так ко мне не обращался. Это прозвище я получил вместе с «библиотечной крысой» и еще чем-то…

Он подошел к Чарли и положил руки ей на плечи.

— Ты отдаешь отчет в том, что происходит?

— Что ты хочешь этим сказать? — спросила Чарли, которая почувствовала себя совершенно выбитой из колеи от ласкового взгляда Дэвида.

По непонятной причине ей не хотелось, чтобы ее злость прошла. Это была хорошая защита, которая позволяла ей держать ситуацию под контролем.

— Это наша первая ссора…

— О!

— Значит, — сказал он, обнимая ее, — чтобы помириться, мы должны поцеловаться.

— Я еще не хочу мириться! — воскликнула она, безуспешно пытаясь вырваться из его, объятий.

— Видишь, я все-таки сильнее тебя, — сказал он, улыбаясь.

— Дэвид, отпусти меня. Ты прекрасно знаешь, что наша история ничем хорошим закончиться не может. Послушай, наша миссия становится все сложнее. Но я способна реализовать ее, если мы оба сконцентрируемся на деле, ради которого мы здесь.

Он не разжал своих объятий, и она начала реагировать на прикосновения его тела.

— О, Дэвид. Ты фантастичен…

Она рассмеялась.

— …даже если ты и самый смешной из всех, с кем я встречалась. Ты красив, умен… Но мы такие разные… это просто режет глаза. Мне даже плакать хочется. Это же полное безумие! Все, что нас интересует…

— Меня интересуешь ты, Чарли. Только ты…

— Дэвид, прекрати, пожалуйста… хоть на секунду. Дай мне здраво подумать… Все, уезжаем…

— Ты разве не слышала, что сказал Кенни относительно Янгмэна и матери? К вечеру они должны возвратиться. Нам предложили подождать их здесь. Мы так и сделаем.

— Только что ты сказал, что нужно действовать, а теперь предлагаешь сидеть сложа руки?