И любовь, и бриллианты - Эллисон Тейлор

— Я не совсем в этом уверена.

Он с любопытством посмотрел на нее.

— Тебе знакома фамилия Янгмэн?

— Янгмэн… Нет, не думаю.

— Он жил…

— Постой! Янгмэн… профессор Питер Янгмэн… Да, я знаю его. Он работал в Колумбийском университете вместе с моим отцом. Математик и очень умный человек. Отец часто говорил о нем. Да, да… Янгмэн вырос в Куинсе. Его семья жила по соседству с домом моей матери. Они ходили в один и тот же лицей. Будучи студентом, я посетил несколько его лекций. Он был несколько эксцентричен, но как человек — замечательный. На моего отца трудно было произвести впечатление, но Янгмэн очаровал его. Однажды он уволился из университета и уехал… Даже не знаю, что с ним теперь. Возможно, преподает в другом университете. Только не говори, что он тот человек, к которому моя мать направилась в Абилен. Но если это так, тогда я совершенно спокоен.

Терпение Чарли истощилось, и она горячо заговорила:

— Питер Янгмэн нигде больше не работает. Он использовал свой талант в несколько иной области… В Лас-Вегасе за игральным столом. Он, вероятно, пристрастился к картам во время своего отпуска. Возможно, он хотел крупно выиграть только раз, этого никто не знает. Но я узнала, что в то время газеты Лас-Вегаса только и писали о том, что он разорил банк Ривьеры. Именно в тот период им заинтересовалась женщина с несколько подозрительной репутацией. Он влюбился в нее, как мальчишка, а она, кажется, точно определила его талант.

— Хорошо, Чарли, — прервал ее Дэвид. — Мои нервы уже на пределе. Предполагаю, что у тебя есть причины так все подробно рассказывать мне, но нельзя ли ближе к делу?

— И здесь развитие дальнейших событий приобретает нечеткие очертания. Янгмэн и Джорджия Леонард переезжают в другой город азартных игр, в Лэйк Тихинне. Полагаю, что в Лас-Вегасе они стали нежелательны. Выигранные деньги позволили Янгмэну купить шикарное ранчо недалеко от Абилена. Он был хлебосольным хозяином и сам вместе с Джорджией часто ездил в гости.

Но через два года от красивой жизни остались лишь воспоминания… Очевидно, Джорджия транжирила деньги быстрее, чем зарабатывал Янгмэн. Однажды вечером он вызвал полицию и заявил, что его обокрали. Исчезли драгоценности на сумму около миллиона долларов. Комиссар, который вел расследование, был уверен, что это мошенничество. Но доказать ничего не смог, и страховая компания вынуждена была выплатить всю сумму. Часть денег Янгмэн успел вложить в доходное дело, остальные быстро промотала Джорджия. Когда не осталось ни цента, она бросила мужа и сбежала, плюнув на все юридические формальности. Через некоторое время ее нашли мертвой в шикарном номере одного из отелей Лас-Вегаса. В ее сумочке полиция обнаружила бриллиантовую брошь. Можешь представить их удивление, когда выяснилось, что это одна из драгоценных штучек, заявленных Янгмэном в списке украденных. Янгмэн был осужден за убийство Джорджии и отсидел 18 лет в тюрьме. Две недели тому назад он вышел на свободу.

— По-твоему, моя мать поехала навестить этого убийцу? Это невозможно!

— То, что я тебе сейчас скажу, будет для тебя… Она переписывалась с ним. Об этом Янгмэн пишет собственной рукой в письме от 24 июня, которое получила твоя мать.

— О чем там?..

— Он благодарит ее за письма, которые она присылала ему в тюрьму, за поддержку, которая помогла ему пережить тот мерзкий период в его жизни. Теперь он свободен и надеется на встречу с ней. Дэвид, это не любовное письмо. Твоя мать, вероятно, испытывала сочувствие к другу детства, и для нее казалось вполне естественным, находясь в этих местах, заехать к нему и сказать «здравствуй».

Зрачки Дэвида сузились.

— Ты очень напряжена. Что ты не договариваешь?

— Есть две версии относительно этого темного дела с похищением драгоценностей. Одни считают, что кражу совершила Джорджия в компании с одним из своих любовников, коих у нее было предостаточно. Другие полагают, что сам Янгмэн инспирировал пропажу драгоценностей, чтобы заполучить страховку, а бриллианты спрятал где-то на ранчо. Но за последнее время его ранчо так часто «перепахивали» вдоль и поперек, что он, находясь в тюрьме, дал указание обнести территорию колючей проволокой и пропустить через нее ток. Он даже нанял частных детективов для охраны дома.

Чарли замолчала, задумавшись. Дэвид с нетерпением ждал продолжения.

— Какие-то подозрительные личности, которые кормились с его стола в годы его удачи, вдруг решили, что он им чем-то обязан. Эти мерзкие твари уверены, что Янгмэн обвел страховую компанию вокруг пальца, и пытаются вытащить у него деньги в обмен на молчание. В скором времени все они объявятся здесь… Надеюсь, что твоей матери среди них не окажется.

Крупные капли пота скатывались по лбу Дэвида, но жара здесь была ни при чем.

— Возможно, она и была на ранчо у Янгмэна. Но я уверена, что все обойдется, и даже могу заключить пари, что сейчас она на пути к Большому Каньону. Что ты об этом думаешь? Может, она и не заезжала к нему?

Чарли спросила об этом, чтобы отвлечь Дэвида от мрачных мыслей, и он понял это. Он наклонился и осторожно поцеловал ее в губы.

— Уезжаем отсюда.

Напрасно Чарли пыталась сохранять спокойствие. Ей всегда хотелось испытать свои способности в сложном деле, но о таком она даже мечтать не смела. Представить только, что она может найти клад!..

Айронсу и Джекобу пришлось бы признать ее талант. Но следовало помнить и о том, что страховая компания пришлет своего сотрудника, чтобы изъять драгоценности. Наплевать, она приедет раньше…

Но почему в этой неясной истории возникла мать Дэвида? Она очень переживала за Милдрид, которая из-за своей наивности рисковала ступить в гнездо гадюки.

Через двадцать минут они подъезжали к ранчо. Чувствовалось, что в свое время Янгмэн ни в чем себе не отказывал. Его владение раскинулось на добрые десятки гектаров. Вблизи основной постройки располагались еще три дома.

Дэвид снизил скорость.

— Не останавливайся! — закричала Чарли.

— Какая муха тебя укусила?

— Внешне все вроде спокойно… Но мы проедем вперед и остановимся чуть дальше ранчо. Потом я возвращусь и, перед тем как предстать перед Янгмэном, посмотрю, что происходит вокруг.

— Ты хотела сказать «мы посмотрим».

Она готова была запротестовать, но непреклонность, которую она прочла в глазах Дэвида, отбила у нее всякое желание вступать с ним в спор.

— Надень рубашку с длинным рукавом и джинсы. Нам придется поползать.

— Замечательно! Жизнь на свежем воздухе начинает мне нравиться.

Они остановились в километре от ранчо и спрятали машину в кустарнике. Пока Дэвид переодевался, Чарли достала из сумочки маленький револьвер и сунула его в задний карман джинсов. Она была готова ко всяким неожиданностям.