Звезда по имени Стиг Ларссон - Барри Форшоу

Коммерческая проницательность Ларссона (которая может удивить тех, кто относится к нему только как к идеологическому борцу) распространялась даже на рекламную кампанию «Девушки с татуировкой дракона». Целый год он размышлял о том, чтобы создать сайт, посвященный «Миллениуму», и задавал ряд уместных вопросов (такой маркетинговый ход вполне подходит для цикла, где речь идет об Интернете).

Отвечая на эти вопросы, Ева Гедин заверила Ларссона, что не будет делать никаких пометок красным карандашом, но хотела бы встретиться и обсудить более важные исправления, которые могут потребоваться в первой книге. Она похвалила ее структуру, рекомендовала изменения на уровне строчного редактирования и одобрила идею с сайтом.

Все это доказывает внимательное отношение к процессу правки, в котором Ларссон мог бы принимать участие, останься он жив.

Глава 5

Что я хочу сказать

30 апреля 2004 года Ларссон написал несколько писем, представив необычный взгляд на жизнь журналиста с точки зрения заведующего редакцией «Экспо». Внезапно он обнаруживает, что сегодня — канун Вальпургиевой ночи и его коллеги жаждут отправиться домой или хотя бы спуститься вниз и выпить пару кружек пива. Он добавляет, что обещал отпустить их вечером после девяти, напоминая тем самым о высоком редакционном статусе человека, которого мы привыкли видеть журналистом-одиночкой, занимающимся расследованиями.

Ларссон замечает, что редакционный секретарь последние две недели вынужден спать в офисе, а его коллеги начинают поговаривать о профсоюзе! Интересно, что Ларссон упоминает о неверии в свои писательские способности и признает, что его тексты значительно улучшились после того, как над ними поработал редактор, — полезная информация для тех, кто после смерти писателя спорит о его таланте. Он привык вносить исправления и привык, чтобы исправляли его; иначе говоря, Ларссон не слишком чувствительно относится к подобным вещам. Наиболее поразительным откровением в этих письмах является упоминание об «одержимостях», которыми он наслаждается, от которых не собирается отказываться и которые обязательно будут в его книгах. Он считает, что первые главы первой книги чересчур затянуты и, чтобы сюжет обрел динамику, требуется достаточно много времени. Однако его целью было создание реалистичных персонажей и места действия прежде, чем повествование начнет активно развиваться. По всеобщему мнению, первую книгу следовало бы подвергнуть разумным редакторским сокращениям, и с этим согласны даже поклонники Ларссона.

Те же самые поклонники могут заинтересоваться электронными письмами, в которых говорится о том, что Ларссон хотел сказать своими книгами. Он явно стремился расшатать традиционные методы и приемы детективного жанра. Появление Микаэля Блумквиста в романе связано исключительно с расследованием, которое проводит Лисбет Саландер.

«Я пытался создать героев, радикально отличающихся от традиционных персонажей детективов, — пишет Ларссон. — Поэтому у Микаэля Блумквиста нет язвы, нет проблем с алкоголем и экзистенциальных страданий. Он не ходит в оперу, не занимается каким-нибудь странным хобби вроде моделирования самолетов; по большому счету, у него нет проблем, а его главной характерной чертой является то, что он ведет себя как типичная «шлюха» — да он и сам это признает. Кроме того, я сознательно изменил гендерные модели поведения: Блумквист во многом играет роль «красотки», а Лисбет Саландер демонстрирует характер и качества, традиционно приписываемые мужчинам.

Моей главной задачей было ни в коем случае не идеализировать преступление и преступника и не делать жертв стереотипными. В первой книге я создал серийного убийцу, соединив в его образе три реальных случая. Все, что там описано, можно найти в настоящих полицейских делах. Изнасилование Лисбет Саландер основано на преступлении, произошедшем в Остермальме три года назад… Я не хотел, чтобы жертвы были анонимными, а потому уделил много времени Дагу Свенссону и Мие Бергман, подробно рассказав о них до (их) убийства.

Я терпеть не могу детективы, в которых главный герой ведет себя как ему вздумается или делает то, чего нормальные люди не могут сделать без определенных для себя последствий. Если Микаэль Блумквист кого-то застрелит, пусть даже во время самозащиты, он все равно окажется в суде.

Лисбет — исключение, поскольку она социопат с психотическими чертами и ведет себя не так, как остальные люди. У нее иное восприятие «правильного» и «не-правильного», но и она страдает от последствий».

Далее Ларссон пишет, что хотел создать для своих героев реалистичный мир, а потому в «Девушке с татуировкой дракона» уделил много внимания Драгану Арманскому, давая понять, что он будет периодически возникать и в дальнейшем. В «Девушке, которая играет с огнем» на авансцену выходят полицейские, работающие с Бублански и Соней Мудиг. В последней книге в центре повествования оказываются адвокат Анника Джианнини — сестра Блумквиста, и его коллега и любовница Эрика Бергер. Интересно отметить проблемы, связанные с любовницей Лисбет Мириам Ву: «Я толком не знаю, что с ней делать», — пишет Ларссон, и действительно, это один из наименее удачных персонажей цикла. Ларссон понимает, что его одинокая героиня не может создать крепкую дружескую связь и при этом сохранить оторванность от общества.

Электронная переписка прекратилась со смертью автора, так и не дожившего до времени, когда книги, над которыми он трудился, обрели ошеломляющий успех.

Коллекционеры пристально следят за книгами таких прославленных авторов триллеров, как Ян Флеминг и Джон Ле Карре (особенно за первыми изданиями в хорошем состоянии), и в эту благородную компанию стремительно влился Стиг Ларссон. «Путеводитель по редким книгам» отмечает, что в 2009 году первое британское издание «Девушки с татуировкой дракона» было продано примерно за 400 фунтов, а относительно распространенное первое издание книги в США можно было приобрести менее чем за 100 долларов. Первые британские издания регулярно выставляются на eBay, и цена почти новых экземпляров достигает 425 фунтов (710 долларов). Интернет-продавцы оценивают свои книги в 500 и более фунтов, активно пропагандируя их как хорошее вложение денег (не вдаваясь в споры об их столь хладнокровном (и корыстном) использовании — это можно расценивать как предвестие, что книги Ларссона вскоре обещают стать одними из наиболее коллекционируемых). Есть и другой стимул для приобретения первых изданий: экземпляры, подписанные переводчиком Регом Киландом (псевдоним Стивена Мюррея), о котором говорилось ранее, обрели собственную — и высокую — стоимость, что можно назвать новым поворотом дел на рынке, где всегда помнят о ценности каждого пенни, когда дело доходит до первых изданий. Прогнозы грядущего повышения цен на первые издания Ларссона либо положительные, либо отрицательные в зависимости от вашей точки зрения: положительные, если вы продавец, следящий за подъемом стоимости своего товара, и отрицательные, если вы поклонник Стига Ларссона, пожелавший заменить недорогое второе издание первым изданием на белой бумаге в глянцевой обложке.