Союз пяти королевств. Трилогия - Татьяна Геннадьевна Абалова

Принцесса драконов, поднявшись следом за Петром, вдруг повисла у него на шее, пытаясь поцелуем закрыть рот, а когда он, думая только о Роуз, оттолкнул ее, сложив руки для вызова портала, вцепилась в эти руки и закричала. Петр был ошеломлен ее напором, словно перед ним только что вырвали пробку из запечатанного сосуда с бродившим вином, и теперь неудержимая пена рвалась наружу.

– Не пущу! Пусть Роуз сгинет! Она не нужна, она лишняя! Ты только мой! Я сделаю тебя правителем Тонг-Зитта! Я сделаю для тебя все! У нас…

Но Петр не дослушал, что кричит Солнце, расцепив ее руки, он кинулся в портал.

Он опоздал, Роуз унес Соргос.

Петр переместился в замок и метался по нему, не зная, где искать Роуз. Он обыскал ее комнаты, забежал в покои Лолибон, но застал там спящего Анвера. Он тряс его за грудки, хлестал по щекам, но не смог выбить из сонного брата и слова, как будто тот находился под действием сонного зелья.

Вдруг Петра прошила сильная боль, и он понял, что Роуз жива. У мертвых ничего не болит. Она очнулась, но находится на грани. Он шел на боль Роуз словно слепой, интуитивно преодолевая запутанные лабиринты дворца. Как когда-то в детстве, когда они с Генрихом искали спрятанный Роуз предмет, а она кричала «холодно» или «горячо». Только в этой, взрослой игре время шло на секунды, а его чувства кричали «больно» или «очень больно».

Когда Петр очутился в подземелье, он уже знал, что ему готовят ловушку. Ни охраны, ни драконов. Его ни разу не окликнули и не остановили. Он ясно ощутил, в какой из комнат находится источник боли и нырнул в портал, но выходить из него не стал. Прячась в его тьме, Петр слушал разговор Лолибон с Фарухом и внимательно всматривался в окружающие его стены. Он разглядел едва мерцающую магическую решетку, след от которой какой-то сильный маг попытался спрятать в камне. Неправильная, искаженная злом решетка незаметно тянула, высасывала магию. Сделай Петр хоть шаг, и ему не выбраться из ее призрачных, зловещих оков. Но что его может остановить, если за стеной умирает Роуз? Ничего. Даже страх собственной смерти. И он сделал выбор.

***

– А знаешь, я буду скучать по тебе, – вдруг заявил Анвер. – Ну, когда тебя казнят за предательство. Я останусь совсем один в этом чертовом дворце. Я так привык соперничать с тобой.

– Королева – это приз, за который ты бьешься который год. Теперь он достанется тебе, – усмехнувшись, произнес Петр. Он понимал нелепость ситуации, но решил утешить брата. – Пропадет повод ревновать.

Анвер опустил голову.

– Ты что? Плачешь?! – он не мог поверить, но Анвер всхлипывал. Петр тронул брата за плечо, а тот задрал голову и громко, с надрывом засмеялся. Но смех его был сродни рыданиям.

– Прости, я забыл сказать тебе, что Лоли нашла мне замену! Теперь в ее кровати находится новая игрушка. Ты тоже будешь смеяться, когда узнаешь, кто!

Петр смотрел на Анвера как на безумца.

– И не надо меня жалеть! Пожалей Роуз. Если она любила его, как ты говоришь, новость разобьет ей сердце.

– Руфф?!

Анвер кивнул головой.

– Поэтому я считаю, что ты мертвец. Наверное, он уже выложил нашей красавице в перерывах между ласками, как ты пытался спасти Роуз, и кто тебе помогал. Прости, Петр, я оказался плохим братом, заманил в ловушку, лишил магии…

– Анвер, ты сам скоро останешься без нее.

– Пусть, – он опять рассмеялся, теперь его смех казался язвительным. – Представь, в какую ярость войдет Лоли, когда узнает, что потеряла сразу двух магов! Не видать ей дороги бахриманов!

Роуз вздохнула, и оба мужчины посмотрели на нее. Петр поправил простыню, которой укрыл, как только закончил исцеление.

– Просыпается, – сердце его часто забилось. Как она поведет себя, увидев его? Как воспримет предательство Руффа? Стоит ей говорить или нет?

– Слушай, брат, я придумал! – Анвер хлопнул Петра по плечу. – Я помогу вам сбежать. Ты подожди немного, я проберусь к себе, подберу амулеты и обереги, одежду для Роуз. Ну, и захвачу вина для стражи.

Он подмигнул, и Петр понял, что вино будет непростым и наверняка усыпит охранников.

Надежда вспыхнула в его сердце, когда Анвер покинул комнату, а в двери провернулся ключ.

Роуз опять вздохнула и открыла глаза.

Глава 10

Петр склонился над Роуз и застыл. Он боялся дышать, гадая, что она скажет, что сделает. Он отдал бы полжизни только за одно, прежде нелюбимое им слово «Петрик», всегда означающее, что Роуз воспринимает его как близкого человека. Но принцесса молчала.

Роуз не отрываясь смотрела на Петра, пытаясь найти в его лице признаки неудовольствия или даже ненависти. А как еще мог к ней относиться тот, кого она предала? Петр сидел в заточении по ее вине, а она развлекалась с бывшим женихом – так происшествие, поломавшее ее жизнь, выглядело со стороны. Сейчас судьба дала ей шанс исправиться, рассказать, объяснить, что Руфф ей не нужен, что она пребывала в уверенности, что находится в кровати с ним, Петром. Но Роуз никак не находила правильных слов, не знала с чего начать, боялась окончательно всё испортить.

Она до сих пор не могла понять, как вообще очутилась в кровати. Кто ее раздел? Откуда взялся Руфф, как на свободе оказался Петр, почему в самый трагический для нее, Роуз, момент, в комнату зашла Санти?

Злополучную ночь Роуз вообще помнила с трудом, обрывками, словно всё происходило во сне, и не она была той безголовой куклой, не сумевшей понять, что отдается ласкам другого мужчины.

В Роуз опять поднялось смятение, когда она, поплыв по волнам памяти, заново пережила события в трактире, а увидев, словно наяву, как выпрыгнула из окна, испытала непередаваемый всплеск ужаса. Одинокая слеза появилась в уголке ее глаза и устремилась вниз, чтобы уступить место другой.

Петр больше не мог видеть слезы Роуз, каждая из них служила ему, похитителю, стражнику, плохому защитнику укором.

– Тише, малявка, тише! – он стер подушечкой большого пальца набежавшую слезу.