Адмирал Нимиц - Элмер Поттер

Пытаясь достигнуть сотрудничества и взаимной поддержки, представители вовлеченных сил встретились в новом штабе Макартура в Холландиа. Нимиц послал делегацию во главе с Форрестом Шерманом. Так же поступил и Хэлси; его делегацию возглавлял его начальник штаба, Мик Кэрни. По возвращении Шермана в Перл-Харбор, 22 сентября, штаб командования секторами Тихого океана составил План действий 8-44, который был подписан Нимицем 27 сентября. Этот план предписывал силам секторов Тихого океана «прикрывать и поддерживать силы Юго-западного Тихого океана, чтобы помочь в штурме и занятии целей в центральной части Филиппин». Согласно плану Третий флот, то есть адмирал Хэлси, должен был «уничтожить вражеские военно-морские и воздушные силы, находящиеся в районе Филиппин или представляющие угрозу этому району».

Можно было подумать, что приказ «уничтожить» вражеские силы выходит за рамки и даже противоречит общему приказу «прикрывать», который подразумевал просто препятствовать столкновению сил врага с десантными войсками. Специальная директива для Третьего флота шла еще дальше: «В случае, если появится или сможет быть создана возможность для уничтожения большой части вражеского флота, такое уничтожение становится первичной задачей». Эта директива, в отличие от других, не была отмечена ни номером, ни буквенным обозначением. Как выяснилось, она была добавлена позже, возможно, офицерами ВВС, которые хотели удостовериться, что Хэлси не постесняется сделать то, что Спрюэнс отказался делать в июне. Она все же не противоречила приказу «обеспечить прикрытие». В ней не утверждалось, что уничтожение было единственной задачей. Короче говоря, она не разрешала Хэлси оставлять береговой плацдарм.

Пока одни члены штаба командования Тихоокеанского флота и секторов Тихого океана планировала участие в приближающейся кампании на Лейте, другие уже задумывались о будущих операциях. Эти офицеры пришли к заключению, что взлелеянный адмиралом Кингом план вторжения на Формозу был невыполним. Намеченная дата, 1 марта 1945 года, основывалась частично на всеобщей вере в то, что Германия сдастся осенью

1944 года; таким образом освободились бы все войска, необходимые для скорейшего окончания войны с Японией. Но становилось очевидно, что фанатичная воля Гитлера будет заставлять немцев сражаться даже тогда, когда будет потеряна последняя надежда на победу. Поэтому командующим силами, раздислоцированными в Тихом океане, нужно было пересмотреть цели.

Планировщикам штаба понравилось предложение Спрюэнса по поводу взятия Иводзимы и Окинавы, но эти острова находились слишком близко от Японии, и их нельзя было штурмовать до тех пор, пока японская авиация была все еще довольно многочисленна. Тогда Макартур предложил, используя силы, которыми он располагал, и положившись на поддержку Третьего флота, 20 декабря штурмовать Лусон (на эту дату изначально было назначено вторжение на Лейте). Планировщики одобрили это предложение, и ориентировочно наметили дату 20 января 1945 года для штурма Иводзимы, а 1 марта — для штурма Окинавы.

Адмирал Нимиц, вызванный в Сан-Франциско на другое совещание, взял с собой следующих офицеров: адмирала Форреста Шермана, генерала Хэрмона, который перешел из штаба командования Южно-Тихоокеанскими силами, чтобы командовать армейскими ВВС в центральной части Тихого океана, и генерала Бакнера, который был назначен командующим новой Десятой армией. Спрюэнсу Нимиц предложил не уезжать из Калифорнии, а присоединяться к нему в Сан-Франциско. Нимиц, готовясь к тому, чтобы отговорить Кинга от его планов относительно Формозы, тщательно подобрал аргументы, а затем выписал их на отдельном листе бумаги.

Когда Спрюэнс 29 сентября прибыл в Федеральное здание, в зале заседаний сидели штабные офицеры и болтали в ожидании прибытия Нимица и Кинга. Шерман вручил ему лист Нимица и сказал:

— Прочитайте это внимательно, и скажите мне, что Вы думаете об этом.

— Я не заменил бы здесь ни слова, — сказал Спрюэнс, отдавая документ Шерману.

Вошел адмирал Нимиц, через некоторое время появился адмирал Кинг, и заседание началось. Нимиц взял листок у Шермана и вручил его Кингу, а тот, нахмурившись, прочитал. В ходе последовавшего за этим обсуждения говорили в основном Нимиц и Шерман, очень тактично указав, почему стратегия, предложенная Кингом, не должна быть принята. Кинг обратился к Спрюэнсу, который спокойно сидел на своем месте. Кинг вспомнил, что именно Спрюэнс первым предложил Окинаву. Что он скажет теперь? Спрюэнс ответил, что Нимиц и Шерман представили ситуацию очень хорошо; ему было нечего добавить.

Нимиц обратился к Хэрмону и Бакнеру, чтобы узнать точку зрения ВВС и армии. Оба высказались против Формозы. Бакнер указал, что в гарнизон на Формозе входила первоклассная японская Квантунская армия. Основываясь на недавнем опыте сражений американцев с элитными войсками, Бакнер заключил, что для завоевания Формозы необходимы по крайней мере девять дивизий и что даже с такими крупными силами атакующие войска могут потерять около 50 ООО человек. Наконец Кинг сдался. Он согласился, что вместо Формозы нужно атаковать Иводзиму и Окинаву, и сказал, что он так и посоветует Объединенному комитету.

В последующих обсуждениях вспомнили о многих других занятых Японией территориях. Кинг и Нимиц согласились, что Японию можно и нужно победить с помощью блокады, бомбардировки и подводной войны. Кинг сказал, что, если армия настаивает на вторжении на Кюсю, она должна подготовиться к быстрому незамедлительному броску к равнине Токио. Он одобрил план Нимица использовать Гуам для расширенного штаба Тихоокеанского флота, дал Нимицу указание проследить, чтобы силы быстроходных авианосцев обеспечили всю возможную помощь Макартуру в его десантных операциях на Филиппинах. Кинг подчеркнул, что Хэлси должен незамедлительно начать атаки аэродромов на Формозе, Лусоне и на Центральных Филиппинах.

В отличие от первых, довольно незаметных, совещаний командования, это мероприятие вне рабочего времени превращалось почти что в праздник. Офицеры из Перл-Харбор и Вашингтона развлекали и развлекались на приемах и обедах, организованных местными армейскими и морскими подразделениями. Присутствовали дамы. К Честеру присоединилась Кэтрин. Спрюэнс послал за своей женой Маргарет. 2 октября совещание закончилось. На следующий день Нимиц со всеми своими офицерами, включая Спрюэнса, вернулся в Перл-Харбор.

Нимица ожидало письмо от Хэлси, в котором он прояснял, что он не намеревался устраивать такое же сражение, как Спрюэнс у Марианских островов:

«…Я намереваюсь, если возможно, лишить врага шансов превзойти меня в воздушном поединке, а также лишить его возможности применить против меня тактику челночной бомбардировки “авианосец — цель — земля”. Если я хочу это осуществить, я должен иметь информацию как можно раньше и действовать как можно энергичнее.